Не успевает Отелло ответить, как появляются Брабанцио и его сторонники. Оскорбленный отец обвиняет Отелло в колдовстве; иначе его дочь не решилась бы бросить

…дом, уют, довольство,

Чтоб кинуться, насмешек не боясь,

На грудь страшилища чернее сажи,

Вселяющего страх, а не любовь!

Перед нами еще одно свидетельство того, что Отелло – чернокожий. Отелло – человек знатный, могущественный, занимающий высокое положение в обществе и добившийся большого уважения – был бы достойной парой Дездемоне, если бы не цвет его кожи. Любопытно, что Брабанцио ни слова не говорит о вероисповедании Отелло. Сведений об этом в тексте пьесы нет.

Однако, если относиться к «Отелло» всерьез, а не как к чистому вымыслу, где детали не имеют значения, следует предположить, что Отелло родился мусульманином. Однако вряд ли венецианцы доверили бы мусульманину командование армией, воевавшей с мусульманами-турками; из этого следует, что Отелло был выкрестом (то есть принял христианство).