К Клеопатре для тайных переговоров прибывает другой посол – офицер по имени Тирей [в оригинале: Фидий. – Е. К.]. Все понятно: если ее удастся убедить принести Антония в жертву, это лучше делать в его отсутствие. Клеопатра стремится польстить Октавию как ради себя, так и ради Антония. Надо отдать царице должное: нет ни одного исторического свидетельства о том, что она хотела избавиться от Антония.

Однако, когда она любезничает с Тиреем и протягивает ему руку для поцелуя, входит Антоний. Человеку, опозоренному поражением, нетрудно поверить, что его хотят предать. Он приказывает высечь Тирея, обвиняет Клеопатру в безнравственности и попрекает ее былыми любовниками (можно подумать, что он не знал о них с самого начала). В припадке жалости к себе он кричит:

Затем ли

Оставил я супружеское ложе,

Не захотел иметь детей законных

От редкостной жены, чтоб надо мной

Негодница смеялась, для которой

Что я, что первый встречный лизоблюд!

Тому, кто знает об Антонии и Клеопатре только из этой пьесы, покажется странным, что законные дети у Антония все же были: Фульвия родила ему двоих сыновей.

Видимо, под «редкостной женой» он подразумевает Октавию, но тут Шекспир тоже искажает истину. В пьесе брак Антония с Октавией выглядит очень коротким, но в действительности Антоний прожил с ней в Афинах два года. Их связь была достаточно долгой и достаточно реальной, Октавия родила Антонию двух дочерей.