Слуги вносят в дом сундук, выловленный в море. Это гроб с телом Таисы, в котором лежит записка Перикла, содержащая просьбу похоронить мертвую согласно обычаям.

Но Церимон – действительно искусный врач. Он говорит:

Царица эта будет жить. Природа

Проснулась. От нее тепло струится.

Без чувств она была часов лишь пять.

Если бы шекспировский Tharsus был Тарсом, такое было бы невозможно. Если бы труп королевы бросили в море у Тарса, то, чтобы добраться до Эфеса, ему пришлось бы продрейфовать на запад вдоль всего побережья Малой Азии, а затем свернуть на север и проплыть половину эгейского побережья этого полуострова. Все путешествие составило бы около 650 миль (1040 км). Дрейф со скоростью 120 миль (192 км) в час – нечто из области фантастики.

Допустим, что буря пригнала корабль к Тасосу. Оттуда до Эфеса всего лишь 250 миль (400 км). Тогда скорость дрейфа составит 50 миль (80 км) в час, что тоже немало.

Но у Тарса Перикл спрашивает, когда они смогут добраться до Тира, и матрос отвечает:

Под утро, если ветер стихнет.

За одну ночь от Тасоса до Тира доплыть невозможно.

Поэтому про географию лучше забыть. Для Тарса нет места на карте, откуда он мог бы поддерживать регулярные связи с Эфесом, Тиром и Пентаполисом, месторасположение которых хорошо известно.