В «Илиаде» описанию поединка между Аяксом и Гектором отводится львиная доля седьмой песни. Оба бойца остаются живы, но Гектору сильно достается. (Это соответствует более ранней реплике из «Троила и Крессиды», где говорится, что однажды Аякс уже побеждал Гектора.)

После поединка павшие духом троянцы созывают совет и пытаются решить, не стоит ли вернуть Елену, выплатить контрибуцию и откупиться от греков. Антенор советует пойти на это, но Парис заявляет, что не отдаст Елену. Получив предложение о контрибуции, но без возврата Елены, греки, вдохновленные победой Аякса, отказываются заключать мир, после чего война продолжается.

У Шекспира все по-другому. Гектор бросил вызов, но его еще не приняли, а троянцы уже созывают совет, который должен принять важное решение. Нестор, выступающий от имени греков, предлагает закончить войну, если троянцы выдадут Елену и заплатят контрибуцию. Поскольку поединок еще не состоялся, требование греков и размышления троянцев выглядят в пьесе неубедительно.

Однако совет все же созывают. У Шекспира именно Гектор умоляет заключить мир, даже если это будет воспринято как капитуляция. В частности, он говорит следующее:

…сомненье ж

То буй спасенья мудрых или лот

Глубин несчастья. Пусть уйдет Елена.

Это вполне соответствует характеру того Гектора, который описан и Гомером, и Шекспиром. В «Илиаде» Гектор вовсе не горит желанием воевать. Он понимает, что правда не на стороне Трои и что нельзя оправдать Париса, похитившего чужую жену, однако он сражается за свой город. Гектор – воин поневоле, но это только вызывает большее уважение.