Ночь на постоялом дворе прошла без происшествий.

Наутро все остались живы, никто не подрался и не сбежал. Всемогущий демон и верный страж мирно переночевали в одной комнате, что стало таким знаменательным событием, что Абрам не преминул пошутить об этом за завтраком.

– За всю ночь я ни разу не услышал лязга мечей. Неужели Эриас и Морион не стали делить территорию? – со смешком спросил он, многозначительно глядя на Люциана.

– Ха-ха, – отозвался Эриас в пиалу с чаем, которую поднес к губам.

Морион, сидящий за столом подле Люциана, пропустил вопрос мимо ушей. Он был сосредоточен на том, чтобы незаметно переложить кашу из своей тарелки в его. Видимо, решил, что владыка Луны не наестся одной порцией, ведь каша была не основным блюдом, а гарниром к пряной курятине.

– Перестань, – проворчал Люциан.

– Модао нужно поесть, без мяса твоя порция слишком скудная, – не унимался Морион, пытаясь опустить свои палочки в чужую миску.

– А достопочтенному бессмертному поспать, – парировал Люциан, зыркнув на него.

Под глазами демона залегли темные круги. Впервые за время их знакомства! Очевидно, что ловушка у древа любви не прошла бесследно ни для одного из них, а учитывая, что до сегодняшнего дня Морион не спал, было почти не удивительно, что на его лицо легла тень усталости.

– Я передохну, если ты все съешь, – неприкрыто соврал демон и продолжил уверенно перекладывать еду, пока не отдал все, что у него было.

Люциан, посмотрев на горку каши, лишь бессильно вздохнул. Спорить он не осмелился; на них и так уже косились все, кто сидел за длинным столом: его товарищи, Адора, Лаус и даже темный магистр, который удостоился трапезы в их компании, потому что никто не собирался морить его голодом. Правда, порция его была значительно меньше, чтобы к нему не вернулись силы.

Столовая на постоялом дворе, в котором они находились, была маленькой и почти опустевшей – заклинатели вышли к завтраку позже всех. Утренний ветерок проникал через открытые бамбуковые двери, принося с собой из внутреннего двора свежие ароматы цветов и сочной листвы. На пороге, куда падал тусклый луч солнца, скрытого за серыми облаками, развалилась полосатая коричневая кошка. Она была большой и очень пушистой, чувствовала себя расслабленной и уверенной в своей безопасности настолько, что иногда переворачивалась на спину, открывая мягкий живот.

Заводить разговор и затягивать с завтраком заклинатели не стали и уже через пять минут приступили к десерту – чаю и сладким булочкам, которые подала хозяйка. Аромат сдобы манил так, что хотелось прильнуть к ней носом и вдыхать, вдыхать, вдыхать.

Он заинтересовал даже кошку. Она поспешила покинуть лежбище и начала крутиться между их ногами, как маленькая обольстительница, выпрашивая сладости. Когда забралась к Люциану на колени и громко замурчала, глядя на булочку, он не сдержал улыбки. Морион потянулся к кошке, чтобы погладить ее, но стоило ему прикоснуться к мягкой шерсти, как на его лице отразилось не удовлетворение, а недовольство.

«В этом воплощении его руки нечувствительны», – вспомнил Люциан, перестав улыбаться. Он с сочувствием посмотрел на Мориона, но тот уже убрал ладонь от кошки, а она спрыгнула с чужих колен.

После трапезы заклинатели перекинулись парой фраз, обсудили план действий и разошлись. Большая часть отряда и пленник остались на постоялом дворе, а Люциан, Эриас и Морион отправились к деревенской старосте, чтобы выяснить, не нужна ли ей помощь. Благо хозяйка постоялого двора подсказала им, где искать ее.

Староста сидела на лавке перед домом и подкидывала зерно кудахтающим курам. У нее были круглое лицо, миндалевидные глаза, тонкие губы и небольшой нос, а кожа – смуглой и суховатой. Длинные каштановые волосы, убранные при помощи простой деревянной заколки, подернулись сединой на висках, а светло-коричневое платье с широкими рукавами было украшено бежевой цветочной вышивкой. Лу Инши выглядела спокойной и мудрой, и в свои годы она напоминала человека, который многое повидал и пережил.

После того как поприветствовала гостей и выслушала их, она произнесла:

– Ну как вам сказать… Темные твари, слава богам, к нам не забредают, но вот от воров одни проблемы. – Лу высыпала зерно из широкой чаши и, поставив ее на лавку, встала, чтобы смотреть на собеседников прямо, а не снизу вверх. – Вчера кто-то частично опустошил зерновой склад, мы все утро ищем виновных, но даже представления не имеем, кто это мог быть. В последние дни торговцы жалуются, что у них с прилавков тащат еду, и я подозреваю, что это те же самые воришки. Вы с этим помогаете? – Она спрятала ладони в широкие рукава и выжидающе посмотрела на заклинателей.

– М-м… скорее нет, чем да, – честно ответил Люциан. – Но на всякий случай отведите нас к складу, чтобы мы убедились, нет ли магического вмешательства.

Лу кивнула и, махнув рукой, направилась к калитке.

Эриас поспешил за ней, поравнявшись плечом к плечу, а Люциан и Морион последовали за ними.

«Он сейчас зевнул?»

Люциан не верил своим глазам. Морион не раскрыл даже рта, но его шея напряглась, а челюсть дернулась, словно он подавил зевок. «Это нехорошо», – подумал Люциан, но вслух ничего не сказал и продолжил идти вперед, глядя в чужие спины.

Склад находился недалеко и представлял собой одноэтажное здание с высоким фундаментом и двускатной крышей. Тяжелая и большая деревянная дверь была заперта на засов, а подле нее на лавке сидел сторож. Окон и других дверей не было, поэтому становилось непонятно, как туда проникли воры.

– Нужно обойти, – сказала Лу.

Заклинатели обогнули здание и обнаружили у задней стены гору свежей земли, которой явно недавно засыпали глубокую яму.

– Воры сделали подкоп? – спросил Люциан, разглядывая землю и пытаясь прикинуть размеры ямы.

– Именно. – Лу встала справа от него и снова спрятала ладони в рукава. – Изловчились тихо раскопать землю ночью, пролезли внутрь и вытащили несколько мешков с крупой, прежде чем сторож заметил их.

Люциан обернулся на нее.

– Что произошло, когда он заметил?

– Воры разбежались вместе с добычей.

– Сторож кого-то видел? Сказал, кем были те люди?

– Во тьме ему не удалось даже сосчитать их, не то что разглядеть лица.

Люциан задумчиво хмыкнул и перенаправил духовные силы в глаза, чтобы проверить наличие магического следа на земле, но ничего не увидел. Он обернулся на стоящего рядом Эриаса, и тот в ответ на немой вопрос владыки кивнул, подтверждая, что магического следа нет. Дело не касалось заклинателей.

Увидев их переглядки и то, как поджались губы Люциана, Лу спросила:

– Не поможете, да?

Люциан вздохнул и покачал головой, глядя на нее.

– Могу только написать об этом в Полько, чтобы призвать к расследованию городскую стражу.

– О, было бы неплохо. – Лу скромно улыбнулась и, казалось, ни капли не огорчилась, словно ожидала гораздо худшего исхода. – Мы привыкли справляться сами, от Полько помощи в таких делах ждать не стоит, но просьбе благородных заклинателей, я думаю, городничий не откажет. – В ее карих глазах отразился отблеск победы.

Люциан усмехнулся, уловив чужой ход мыслей, и не стал противиться.

Зачастую к большим городам прилегали десятки деревень, которые зависели от их торговли и благосостояния и пребывали под их опекой. Вот только город не мог защитить всех; в них хоть и было довольно плотное население, воинов там жило немного и отсылать их за стены из-за каждого мелкого воришки, как в той же Инши, никто не собирался. То, что было серьезной проблемой для деревень, где каждый мешок зерна на вес золота, в городе считалось пустяком, поэтому местным старостам приходилось нелегко.

– В таком случае отведите меня к посланцу, – сказал Люциан, бесстыдно собираясь доставить городничему небольшие хлопоты. – Я отдам ему письмо.

Лу кивнула и обошла его, чтобы проводить к нужному месту. На этот раз она шла впереди в одиночестве, потому что Эриас и Морион держались рядом с Люцианом.

Домик, к которому она привела их, был скромным и меньше, чем стоявшая рядом конюшня. Местный посланец оказался не только посыльным, но и заводчиком – разводил лошадей, обеспечивая себе дополнительный доход от продажи и хорошее средство передвижения. Когда он впустил заклинателей в дом, Люциан устроился за столом в гостевой комнате и составил письмо к господину Фалькор. Он описал свои мысли и подозрения, а также указал, что Инши необходима помощь и ее оказание не обсуждается.

Эриас, Лу и посланец стояли на пороге и о чем-то перешептывались, а Морион высился над душой Люциана. С момента их встречи в гробнице Хаанана бессмертный ни на секунду не отлипал от него. Он бесстыдно следил за движением кисти, читал каждое слово, которое выводил Люциан, словно учитель, давший письменное задание.

– У модао красивый почерк, – подметил Морион, разглядывая законченное письмо.

Люциан запрокинул голову и посмотрел на него снизу вверх. В холодных серебристых радужках он увидел жгучее любопытство и мягкое восхищение, отчего кровь обожгла его щеки. Кашлянув, он вернул внимание к письму и, сложив его для отправки, сухо ответил:

– Он не красивый, просто удобен для чтения.

– И это тоже, – со смешком бросил демон и отошел, видимо, чтобы не смущать Люциана еще больше.

Запечатав конверт магией для сохранности, Люций поднялся из-за стола и передал письмо посланцу. Конечно, он мог бы призвать лунного филина, чтобы не мучить бедного смертного перебежками из одной точки в другую, но решил закончить на этом оказывать помощь.

– Воришки – дети, – зевнув в раскрытую ладонь, сказал Морион, когда они покинули дом и распрощались со старостой.

– Пятеро, а еще с ними была собака, – добавил Эриас, шагая справа от Люциана, и покосился на уставшего Мориона. – Вокруг подкопа остались затертые следы, – отводя взгляд в сторону, неуверенно продолжил он, – а размер ямы не подходит для взрослого человека, скорее для крупной собаки или ребенка.

– Дети наверняка из бедного квартала, найти кучку ободранной малышни и умного пса будет несложно. Почему владыка Луны решил не заниматься этим? – спросил Морион, глядя на Люциана.

Он посмотрел на демона в ответ.

– Ты знаешь почему. Заклинатели живут отдельно от смертных, – напомнил он. – У них нет того, что есть у нас, а нам не нужно то, что есть у них. Со своей стороны я могу сообщить о ситуации тем, кто имеет право оказать помощь: описать личность подозреваемых и обозначить проблемы. Поскольку Инши под защитой Полько, охранять людей от людей должна городская стража.

– Уверен, если бы заклинатели захотели, то могли бы вершить правосудие во всем мире, и никакой стражи бы не понадобилось, – усмехнулся Морион. – Но давайте будем честны: мелкие проблемы людишек не так захватывают дух, как решение магических тайн, да? Потому вы и не пытаетесь изменить законы. – Он лукаво посмотрел на Эриаса и Люциана.

Ни один из них не ответил.

Люциан не знал, как поступали другие, но он старался не лезть в мирские заботы и делал это по двум основным причинам: первая заключалась в том, что влияние сильных заклинателей на жизнь смертных это как влияние ветра на грозы – он всего лишь дует, перегоняя пушистые облака, а из них потом бьет случайная молния и попадает в дерево, из-за чего горит лес. Вторая причина: вместо адептов смертным помогали отступники вроде Лауса, и их скромного вмешательства было достаточно, чтобы вершить судьбы.

На подходе к постоялому двору они встретились с Сетхом, вернувшимся с рынка.

– Уезжаем или остаемся? – спросил он.

– Уезжаем, – ответил Люциан и прошел в дом, чтобы оповестить остальных.

В течение получаса они покинули Инши. Сетх уже успел запастись провизией, и потребовалось лишь вывести и запрячь лошадей.

До Лумуса было три дня пути по тракту, пролегающему через дикие поля с ароматными травами и цветами. Места эти были не совсем безопасными: в высоких золотистых колосьях прятались мелкие, но неприятные твари. Они сильно кусались и даже могли оторвать приличный кусок мяса, поэтому путники с дороги не сходили и отдыхали прямо на тракте, куда существа не выбирались.

Морион теперь спал по три часа в день. Хотя он продолжал притворяться бодрым, непобедимым и полностью здоровым, Люциан остался непреклонен и настоял на том, чтобы демон наконец-то отдохнул.

– А иначе что? – спросил Морион и недовольно уставился на владыку Луны. Они стояли чуть поодаль, пока остальные заклинатели готовили себе ночлег.

– А иначе заставлю. – Люциан звучал серьезно, будто и впрямь мог принудить к подчинению великую темную сущность.

Морион фыркнул.

– Я бы на это посмотрел, – проворчал он и начал послушно разворачивать циновку. – Модао слишком драматизирует.

– Владыка тьмы себя слишком переоценивает, – прошептал Люциан, чтобы никто не услышал, поскольку Лаус и пленник не знали, что за существо пребывает в их компании. – Это воплощение не должно подвергаться таким испытаниям, и ты это понимаешь.

– А какое должно? – Морион уселся на циновку и посмотрел на Люциана снизу вверх.

– Никакое, – отрезал тот, скрестив руки на груди. – Любое твое воплощение достойно заботы и хорошей жизни. – Люциан не шутил, но Морион все равно улыбнулся так, как будто слова развеселили его.

Демон лег на циновку, подложив руки под голову, и на его лице отразилось довольное выражение. Казалось, он услышал что-то необходимое, и это заставило его смиренно принять чужую опеку хотя бы в этот раз.

– Посидишь со мной? – спросил он, когда Люциан отвернулся и посмотрел на товарищей: они разворачивали циновки и подстилки рядом с костром и о чем-то тихо беседовали. Сам он ложиться не собирался – договорился с Лаусом побыть в дозоре, пока его не сменит Морион.

– Зачем? – в недоумении спросил он, вернув внимание к демону.

– Мне так спокойнее. Не хочу разделяться после того, как тебя чуть не убили.

Люциан скептично приподнял бровь.

– И как это поможет? Если на меня нападут рядом с тобой, ты быстрее проснешься?

– Вскочу тут же, – со смешком отозвался Морион. – Так что присаживайся, заодно приглядишь за мной; я, скорее всего, в не меньшей опасности, – добавил он и подвинулся, освобождая место с правой стороны.

Люциан задумался, глядя на шелестящее поле, залитое лунным светом. Вряд ли Морион в самом деле верил в то, что ему грозила хоть малейшая опасность, но, учитывая, как на него повлияла ловушка у древа любви и как ухудшилось его самочувствие, – в полной безопасности он не был. Особенно с запечатанными силами.

«Восстановится ли? Или единственное, что поможет ему снова обрести духовный баланс, это разблокировка сил? Может ли он снять с себя ограничение здесь?» – думал Люциан, устраиваясь рядом с демоном. Он сидел подле него три часа, пока не наступило время поменяться местами.

Когда на рассвете они отправились дальше, Морион по-прежнему выглядел утомленным, но хотя бы не зевал. А на следующий день у него даже начали медленно пропадать круги под глазами. Люциан почувствовал облегчение и перестал наблюдать за ним дольше, чем за дорогой.

В последнюю ночь, когда закатное солнце скрылось за горизонтом, заклинатели разместились вокруг костра. Полевые травы перешептывались с теплым ветром, который подносил к носу терпкий запах зелени и насыщенный аромат цветов. Вокруг стояла тишина, хотя каждый в отряде ощущал присутствие темных тварей, притаившихся среди колосьев. Атмосфера складывалась мирная, несмотря на то, что они везли с собой пленника и находились в потенциально опасном месте.

После того как они покинули Инши, Эриас наложил на темного магистра заклятие безмолвия, чтобы тот никого не беспокоил и послушно держался подле Лауса, который согласился сыграть роль его надзирателя. Заклинатели отступнику не доверяли, но приглядывать за ним, следящим за врагом, было легче, чем за обоими по отдельности.

– Я могу помочь с ужином, – предложил Лаус Эриасу, занятому готовкой, пока остальные заботились о лошадях.

– Не стоит, – отмахнулся тот.

– Почему? Позавчера готовили Адора и Сетх, вчера владыка Луны и Абрам, сегодня ты и, логично предположить, я. Мне неловко принимать пищу, если я не помогал ее готовить.

– Ты принес сухой травы и хворост для костра, ради чего полчаса бродил по дикому полю, – таких вложений достаточно. Возьми пример с Мориона, он вообще ничего не делает. – Эриас покосился на бессмертного.

– Я слишком стар, чтобы что-то делать, – равнодушно отозвался Морион, стоя в стороне и глядя на утонувшее во тьме поле.

На самом деле Лауса не подпускали к еде из-за давнишней истории, когда группа темных магов накормила всех мясом и попыталась выкрасть Люциана, а Морион всех спас. Повторения подобного не хотелось, поэтому они негласно предпочли отказаться от помощи посторонних – не только сейчас, но и в каждом путешествии с чужаками.

Когда все разместились у костра на ужин, Морион снова начал перекладывать свою порцию риса с овощами Люциану, а себе забирать куриное мясо, которое владыка Луны не ел. Увидев его действия, Эриас уже собирался заворчать, потому что это он распределял еду и заранее положил Люциану больше, но, поймав предостерегающий взгляд Адоры, смолчал. Позволил демону и дальше развлекаться.

– По приезде в Лумус ведите себя осторожно, – спокойно сказал Люциан, держа в руках деревянную миску с едой. – Если в городе находится черный порт, неизвестно, невинны ли местные жители. Ко всем будем относиться с подозрением, ясно? – Он исподлобья осмотрел товарищей.

Эриас, Абрам, Сетх и Адора с помрачневшими лицами кивнули, темный магистр издал сухой смешок, а Лаус согласно моргнул. Морион же громко, с наглой бесцеремонностью лишь отхлебнул чай. И как он умудрялся выдавать себя за двухсотлетнего бессмертного? С такими-то манерами!

«Понятно, почему Лаус ему не верит».

Люциан мысленно вздохнул и продолжил:

– Пленника отдадим под стражу адептам клана Луны без объяснений – они не должны знать причин. Потом пойдем искать черный порт.

– Владыка Луны решил устроить обыск, а не притворяться чужим другом? – спросил Лаус.

Люциан кивнул.

– Заклинателям клана Луны не всегда нужно разыгрывать спектакль, чтобы куда-то проникнуть. Мы можем стать невидимыми и незаметно исследовать нужную область. – Он посмотрел на товарищей. – Когда найдем порт и фальшивые корабли, действовать будем по ситуации. Если получится, проследим и разберемся со всем самостоятельно, а коли нет – запомним все, что увидим, и отправимся за подмогой.

– Но Морион и Адора не заклинатели клана Луны, они не смогут исчезнуть, – напомнил Абрам.

– Не переживай, – отмахнулся Морион. – Мы полетим на моем мече, так что нас тоже никто не увидит.

– Неплохая идея, так вы сможете подстраховать нас, – подал голос Сетх.

Морион кивнул.

– Ну а я, по всей видимости, в деле не участвую? – спросил Лаус, глядя на Люциана.

– Вам бы я хотел поручить наблюдательную позицию, – ответил Люциан с легкой улыбкой. – Думаю, рядом с портом есть высокие здания, с крыш которых открывается хороший обзор. – Он говорил так, словно и впрямь нуждался в участии Лауса, хотя верил лишь своим людям.

– Ну хорошо, – протянул отступник, подцепив палочками кусок курицы. – Судя по плану, все должно пройти гладко, но будет ли так на деле?

– Не факт. План – просто палка, на которую мы опираемся, чтобы не свалиться с ног. Как в действительности сложится ситуация, я не предугадаю, так что не теряйте бдительности. – Люциан по очереди посмотрел на всех, кроме темного магистра.

Заклинатели обсудили, как выглядит Лумус изнутри и снаружи, кто из клана Луны может в нем находиться и прийти на помощь, а потом легли спать, оставив в дозоре Абрама, которого через три часа должен был сменить Морион.

Ночь прошла мирно, вот только проснулись они не на пыльной дороге, а в клетках.