Перчатка исчезла с руки Кая, и коса Хаанана рассыпалась в пыль. Демон обернулся туманом и мгновенно оказался в сантиметрах от божества. Одним касанием пальцев он уничтожил половину его лица, отчего Бог Земледелия упал без сознания, чуть не растеряв мозги. Поскольку божества были сильными созданиями и имели сложную суть, от прикосновения Кая сразу не умирали. Медленно регенерировали – конечно, если он не уничтожал их полностью.

Лишившись половины головы, Хаанан стал выглядеть ужасно: кровь обагрила его лицо и пропитала ворот одежд, а внутренности черепа были обнажены и беззащитны.

Люциан пребывал в растерянности и не знал, как реагировать. Он не мог поверить, что из всех возможных спасителей к нему пришел именно темный принц, и, казалось, не мог этому нарадоваться. Он отозвал кнут и схватился за раненое плечо, которое начало болеть так, что отдавало в шею.

Кай небрежно пнул Хаанана носком сапога, как подзаборного пьяницу, а потом развернулся и подошел к Люциану. Губы дрогнули, когда его взгляд упал на плечо. В двух черных безднах Люциан заметил вспышку боли, но она тут же погасла.

– Все в порядке, – поспешил он успокоить взрывоопасного демона. – Плечо заживет, мне почти не больно. – Он говорил сдавленно и прикладывал немало сил, чтобы не морщиться.

Люциан перенаправил свою светлую ци на лечение раны, но та, столкнувшись с тьмой Хаанана, спровоцировала разрушительную реакцию внутри тела. Конечно, это не было похоже на губительный эффект, вызванный смешением сил Кая и Элеоноры, – скорее напоминало прижигание раны спиртом, что тоже было болезненно, но если перетерпеть, то все восстановится беспрепятственно и быстро.

Их взгляды пересеклись, и Люциан понял, что Кай не поверил его словам. Демон напрягся, будто сдерживал себя от того, чтобы приблизиться к нему и помочь. Хотя как он, правящий тьмой, мог излечить заклинателя светлого пути? Никак. Поэтому Кай остался на месте с тенью несправедливости на лице, что было для него весьма несвойственно и заставило Люциана заволноваться о том, правда ли он видел сейчас того самого Кая?

Скрипнув зубами, демон нехотя отвел взгляд и начал скользить им по чужому телу в поисках других ран. Внимание его перескакивало быстро и небрежно, но ощущение складывалось такое, словно тебя раздевали на приеме у лекаря и осматривали каждую область с такой тщательностью, что становилось неловко. Кай обошел Люциана по кругу и, снова встав напротив, спросил:

– Я уже сбился со счета, сколько спасал тебя. Напомни, какой это раз? – В его голосе сквозил укор.

Люциан ничего не ответил, лишь неловко посмеялся, как поруганное дитя. Слова не шли в голову, во-первых, потому, что его поступку не было оправданий, а во-вторых, он все еще не мог примириться с тем, что видит перед собой владыку тьмы. Они не пересекались вживую уже несколько месяцев; покидая Асдэм, Люциан настраивал себя на то, что больше не встретит Кая, но вот сейчас смотрел ему в лицо и не мог разобраться в своих чувствах. Он одновременно испытывал и облегчение, и волнение, и страх, который в нем не вызвал даже обезумевший Хаанан. Присутствие Кая радовало, но он был огромной занозой, которая доставит кучу хлопот, например, когда решит отчитать за полученную рану.

– Владыка Луны настолько рад меня видеть, что потерял дар речи? – Кай даже не попытался скрыть раздражения в голосе.

– Почему… здесь… ты… а не… – едва ворочая языком, сказал Люциан.

– Хаски или твой дружок? – фыркнул Кай. – Самому интересно. Твой страж слишком слаб, чтобы прорваться в обитель Хаанана, а Хаски… Этот дурак подумал, что призвать меня будет разумным решением.

– Призвать? Значит, ты не сам пришел?

– М-м… я бы и сам пришел, но из-за лей-линий не мог тебя найти. Вы сейчас в моем теле – везде и нигде одновременно. Лей-линии – мои вены, все, что попадает сюда, становится паразитом, которого мне сложно распознать. Моя собственная тьма делает вас невидимыми для меня же.

Люциан в удивлении открыл рот. Кай, не думая, назвал свою главную слабость, признал, что, находясь у него под носом, ты для него невидим.

«Он мне доверяет или просто слишком самоуверенный?»

Наконец Люциан убрал ладонь от плеча, очистившегося от тьмы, и огорченно покосился на разорванную ткань одежд.

– Где Хаски и Эриас? Они в порядке?

– Думаю, да. Они на верхнем этаже. – Кай указал пальцем в потолок.

Люциан кивнул и перевел взгляд на лежащего в воде Бога Земледелия.

– Он ведь очнется?

Кай обернулся.

– Если успеем избавить от тьмы.

– Ты можешь это сделать?

– Нет, но знаю того, кто может.

– Хорошо, – выдохнул Люциан. – Как нам отсюда выбраться и отвести божество к лекарю?

Кай растянул губы в улыбке, довольной и недоброй одновременно. Развернувшись, он подошел к Богу Земледелия, схватил за руку и протащил по воде за собой, возвращаясь к Люциану.

– Модао придется подойти ближе, иначе мы не переместимся.

Люциан нахмурился.

– Насколько ближе нужно подойти?

– Максимально.

Люциан обреченно вздохнул. Он сделал шаг и сразу оказался пленен: чужая рука легла на талию и подтянула к холодному телу. Прежде чем подопечный успел бы отпрянуть, Кай начал перемещение, и Люциан почувствовал, как разрушается на части. К горлу подкатила тошнота, и он, пытаясь сдержать рвотный позыв, зажмурился. Открыв через мгновение глаза, он увидел взволнованного Эриаса и Лиона, рукава которого были в крови.

– Люций! – Эриас бросился навстречу, но Кай не позволил ему приблизиться, закрыв собой владыку Луны.

– Ох, я шагнул не туда, – с ехидством сказал демон, а потом, протянув руку валяющегося на полу Хаанана, небрежно добавил: – Вот, держи.

Эриас растерялся, но невольно принял чужую ладонь. Он опустил взгляд и громко ахнул при виде человека без половины лица, чьи одежды промокли и от воды, и от крови. Шокированный, Эриас едва не отбросил хладную руку, но почему-то продолжил держать, словно не смог решить, что из этого разумнее.

– Кто это?

– Бог Земледелия, – сухо ответил Кай.

– Ты не мог быть понежнее? – проворчал Лион, осуждающе глядя на него. Из-за его спины вышел сапфировый тигр и направился к Хаанану, чтобы обнюхать.

– Я был очень нежен. – Кай улыбнулся неприятной улыбкой. – Учитывая, что Хаанан ранил владыку Луны, я мог и вовсе лишить мир этого бога, но не поступил так.

Лион бросил обеспокоенный взгляд на Люциана, но тот одними губами прошептал: «Все в порядке». Как и Кай, Бог Обмана ничем не мог помочь, поэтому лишь пробурчал себе под нос ругательство, а потом присел на корточки подле Хаанана.

К этому времени Эриас уже отпустил руку божества и даже умудрился переместиться ближе к Люциану. Кай позволил стражу встать рядом только потому, что он достал мазь и начал, тихо бранясь, обрабатывать плечо владыки.

Прищурив глаза, Лион осмотрел раны Бога Земледелия.

– Насколько все плохо?

– Даю неделю, – ответил Кай. – Этот мерзавец сожрал свет моего модао и смешал с тьмой лей-линий внутри себя, после такого он остался жив лишь благодаря божественной сути.

Лион посмотрел на Кая снизу вверх.

– Кто-нибудь может его излечить?

– Моя мать. Она единственная способна вытягивать тьму из предметов и существ.

– Твоя мать правит миром мертвых и не покидает его, как мы получим ее помощь?

– Отнесем Хаанана к ней.

– Но она на девятом кругу перерождения, туда одному тяжело подняться, а с больным на плечах тем более. Я могу не успеть, и он умрет, тебе придется идти со мной, ведь перед великой сущностью все двери открыты.

Кай вздрогнул, посмотрев на Лиона. Он молчал всего секунду, но возникшая тишина придавила всех. Будь в помещении ветер, он бы громко завыл, как перед началом бури.

С губ Кая сорвался ехидный смешок, а следом вопрос:

– За этим ты втянул меня в это? Знал, что без моей помощи твой друг не спасется?

В следующий миг демоническая тьма стала настолько плотной, что пол под ней треснул. Сидевший на корточках Лион резко уперся ладонями в холодный камень, чтобы не упасть лицом на полуживое божество. Он кашлянул, сплевывая рядом с ним кровь.

– Ты что делаешь? – выкрикнул Эриас, только что закончивший лечить Люциана. Он дернулся, чтобы подбежать к Лиону и помочь, но тьма обездвижила всех, кроме…

– Прекрати. – Люциан дернул Кая за широкий рукав халата, схватившись за черную ткань тонкими пальцами. – Он твой друг.

– Друг? – выплюнул темный принц, буравя взглядом Лиона так, словно вгрызался в его кости. – Ты хоть понимаешь, что он на самом деле сделал? Во что вовлек?

Люциан задумался, а потом безучастно вздохнул. Он все понимал, можно сказать, с самого начала подозревал, что в этой зале они оказались не случайно. Но он доверял этому божеству, которое ни разу не пыталось ему навредить, и поэтому пустил ситуацию на самотек. Жалел ли он о своей безответственности? Нет. Сейчас они могли спасти важную жизнь, а это было очень ценно, и пострадавшее плечо тому небольшая плата.

– Я предполагаю, что происходит, но не злюсь, поэтому и ты не гневайся. – Люциан скользнул подушечками пальцев по мягкой ткани и, сжав чужое запястье, потянул Кая на себя. – Богу Земледелия нужна помощь. Он погибнет, если мы и дальше будем ругаться.

– И пусть, – прорычал демон, обернувшись и посмотрев в янтарные глаза. – Он его друг, а не мой, к тому же Хаанан – давно забытое божество. Света в нем почти не осталось, если он умрет, это не сильно нарушит баланс.

– Я не хочу, чтобы он умирал. Мы должны помочь, если можем. – Люциан говорил твердо, и всем было ясно, что он будет стоять на своем и вынудит остальных подчиниться.

Кай зарычал ему в лицо, а будь он настоящим зверем, то откусил бы половину, – настолько возмущенным выглядел в тот момент. Взгляд его словно кричал: «Тебя собирались убить! Как ты можешь относиться к своей жизни столь халатно и помогать тому, кто жаждал вырвать твое сердце?» – но Люциан не знал, что на это ответить, поэтому они молча смотрели друг на друга.

Люций не чувствовал страха за свою жизнь. Он вообще мало что чувствовал, кроме беспокойства за умирающее божество и агрессивное поведение Кая. С демоном они недолго играли в «кто моргнет первым», потом Кай ослабил тьму и позволил Лиону сделать глубокий вдох.

– И что я получу за эту помощь? – фыркнул он.

Люциан вскинул брови и отдернул руку. Этот демон пал так низко, что даже богов спасал в обмен на какую-то плату!

– Может, лучше спросишь с меня, а не с него? – прохрипел Лион.

– Ты, заткнись, – рявкнул Кай, даже не обернувшись. – И так дашь мне то, что я попрошу.

– Снова просишь желание? – перебил Люциан со вздохом.

– Да.

– Хорошо, но условия те же, как когда я задолжал тебе желание в обмен на помощь в освобождении Варнана из лап Нарциссы.

Кай недолго подумал, видимо, вспоминал детали, и согласно кивнул.

– Договорились. – Он взглянул на Лиона, который начал медленно подниматься с пола, поскольку тьма перестала пытаться его раздавить. – Отправимся сейчас.

Лион кивнул и пошатнулся. Эриас подлетел к нему, поддержав за локоть.

– Мы с Хаски пойдем в мир мертвых отсюда, – сказал Люциану Кай. – А вы со стражем выбирайтесь тем же путем, каким пришли, теперь гробница не опасна и Хаанан больше не контролирует это место, но возьми на всякий случай Ло. – Он поднял руку, и из-под рукава выскользнула алая лента. – Она сбережет, пока меня нет рядом. Ни за что не снимай. Я найду тебя завтра.

Люциан неуверенно протянул руку, позволяя демонической ленте перейти к нему. Та быстро исчезла под серебряным наручем, обвившись вокруг запястья.

Кай повернулся к нему спиной, свел тыльные стороны ладоней перед собой, а потом резко развел, словно пытался разорвать пространство. Хотя Люциану и Эриасу не хватило духовных сил лицезреть созданную им щель между мирами, они почувствовали, как в лицо повеяло незнакомой энергией. Когда Кай шагнул вперед и исчез, они в удивлении вскинули брови. Лион отступил от Эриаса и с трудом нагнулся, чтобы закинуть Хаанана себе на плечо, а затем вместе с сапфировым тигром отправился вслед за демоном.

Люциан и Эриас ничего не понимали. Им казалось, что все просто испарились в воздухе. Они бы так и подумали, если бы не увидели, как Лион, переходя через границу миров, сбросил с себя личину бессмертного и вернул истинный облик. Словно с него стряхнули пыль, от которой Эриас даже чихнул, а потом комната опустела, и они с Люцианом остались вдвоем.

– Мда… – протянул Эриас, обернувшись на друга. – Надеюсь, то, что сейчас случилось, нормально, иначе я подумаю, что мне все померещилось. – Он скользнул взглядом к чужому плечу. – Это Хаанан тебя ранил или…

– Хаанан, – перебил Люциан, и Эриас кивнул.

– Что произошло, когда ты провалился под пол?

– Попал в такую же комнату, как эта, не смог выбраться и вернулся в туннель, думая, что он такой же, как тот, из которого пришли мы. По нему дошел до гробницы и нашел Бога Земледелия. Мы сцепились. Он пытался меня съесть, но Кай помешал. Сказал, Хаски призвал его. – После этих слов Люциан вопросительно посмотрел на Эриаса.

– Так и есть. – Эриас указал на огромный кровавый круг, в котором они стояли. До этих пор Люциан его совсем не замечал. – Хаски сказал, что магия лей-линий мешает владыке тьмы видеть нас, поэтому использовал свою божественную кровь, чтобы подать сигнал.

– Судя по размерам печати, Бог Обмана потратил очень много крови. Он будет в порядке? Может, не стоило их отпускать?

– Он уже восстановился. Будь он слаб, я бы его не пус… тил… – Эриас подавился словами, словно они не должны были родиться на свет. Он прочистил горло и сказал: – Думаю, нам не стоит здесь задерживаться, тьма лей-линий слишком опасна, а ты слаб. Пора убраться из этого проклятого места; пойдем вернемся к Абраму и Сетху.

С этими словами он шагнул к выходу.