Оказавшись в пункте проката мы к великому изумлению не видим очереди, хоть по логике она должна быть за километр, ведь сейчас праздники.

— Они точно работают? — скептически осматриваю пункт. — Лер, ты сюда ходила?

Поворачиваю голову и встречаюсь с растерянным взглядом подруги.

— Работали, — произносит неуверенно.

Но Лерка будет не Леркой, если не пойдет проверять. Взяв меня за руку, она бодрым шагом направляется к пункту проката.

На месте выясняем, что из-за обильного снегопада пришлось закрыть половину склонов, открытыми остались лишь пара спусков для новичков, но те с удовольствием нашли для себя более увлекательное занятие.

— Может пойдем, прогуляемся? — неуверенно предлагаю Золотаревой.

Меня не особо прельщает перспектива возвращаться в дом, а кататься на пустом спуске того хуже. Я ведь буду выделяться ярким пятном на белоснежном пустынном поле!

— Ты хотела сказать прокатимся? — Лерка озорно сверкает глазами. — Дайте нам лыжи. Две пары, — обращается к прокатчику.

— Лер, — пытаюсь ее остановить.

Но снежный шар под именем Валерия Золотарева уже запущен со склона, набрал скорость и не подвластен торможению. Он лишь набирает обороты.

— Цыц, — шикает на меня, берет инвентарь и с чувством выполненного долга выходит из пункта проката. Я плетусь за ней следом.

Бросаю опечаленный взгляд на белоснежное поле, понимаю, что вокруг нет людей и грустно-грустно вздыхаю.

Ох, бедная я бедная… Кататься неумеху заставляют.

— Машк, ну чего ты стоишь как истукан, — не угоманивается Лерка. — Давай обувай и погнали, — показывает на спуск.

— Может ты все-таки без меня? — пытаюсь смалодушничать.

— Куда? К начинашкам? — округляет глаза, словно я сморозила непомерную глупость.

— А чем тебе не гора? — показываю на прямой ровный спуск. — Очень даже не плохо кататься.

Лерка тяжко вздыхает, закатывает глаза, бурчит себе под нос нечто нелицеприятное, но не очень обидное.

— Трусишка-зайка серенький, — обращается ко мне. Скептически проходит взглядом по яркому комбинезону.

— Не серенький? — хихикаю.

— Пестренький, — поправляет себя. — Слушай, ты мне зубы не заговаривай. Идем!

И, схватив палки, бодро отъезжает от меня.

Смотрю на нее словно впервые вижу.

— Лер, я так не умею, — признаюсь сокрушенно.

— Научишься! — заверяет.

Пока я ковыряюсь к лыжами и пытаюсь нормально их прицепить, подруга скатывается со склона и успевает подняться.

— Шевелись, — подбадривает меня. — Движение — жизнь. Будешь стоять, задницу отморозишь, — подмигивает и снова уносится.

— Коза! — бросаю подруге, но она уже мчит вперед и не слышит.

Вспоминая школьную физкультуру и радуясь, что наш физрук гонял по зиме нас на лыжах, я с горем пополам добираюсь до спуска. Встаю чуть поодаль от края, осматриваюсь.

Если этот склон для новичков, то какие тогда для профессионалов?

Поднимаю глаза наверх, цепляюсь взглядом за гору и чувствую как мурашки пробегают по коже. Страшно жуть.

Нет уж! Дальше этого маленького склончика я никуда не поеду!

— Готова? — раздается за спиной голос подруги.

Поворачиваюсь желая ответить отказом, но не успеваю и глазом моргнуть, как чувствую движение ног. Я качусь в горки!

— Ааа! — визжу вне себя от страха.

— Контролируй вес! Держи ноги! Не паникуй! — прилетает откуда-то сбоку.

— Легко сказать! — продолжаю свою истерику.

— Сделать не сложно, — подбадривает Лерка меня и мы с ней спускаемся с горки.

Падаю в снег, на моем лице расцветает счастливая улыбка, а от пережитого будорожит дух.

— Хочу еще! — заявляю едва поднимаемся наверх.

Лерка смеется.

Потеряв счет времени и количеству спусков, мы с упоением ловим истинный кайф. Адреналин и восторг переполняют рецепторы, а от свежего горного воздуха голова идет кругом.

— Дуй за мной, — заговорщицки оглянувшись по сторонам, шепчет Лерка и уносится к запрещенным для катания склонам.

Мне не остается ничего другого кроме как тащиться за ней. Я понятия не имею как вернуться обратно, с неба крупными хлопьями начинает лететь снег.

— Вааау! — протяжно произносит Золотарева останавливаясь перед высоким спуском.

— Кошмар, — не разделяю ее восторг. — Чтобы спуститься отсюда нужно быть психом.

Лерка хихикает.

— Ты со мной? — игриво и озорно задает вопрос.

— Ни за что! — выдаю подруге прямо в лицо. — Катание запрещено, — показываю на табличку.

— Ой, ну тебя, — отмахивается от меня и встает в стойку. — Душнила, — говорит и ныряет вниз.

У меня сердце падает в пятки.

— Лерка! — кричу ей вслед, но куда там… Подруга катится вниз со скоростью света.

Мощный хлопок разрезает пространство и заставляет поджилки затрястись. Присаживаюсь вниз, закрываю ладонями уши, осматриваюсь.

И вижу, как с горы катится снег. Огромная белоснежная куча движется по направлению, куда летит моя Лерка.