— Насколько опасно то, о чём они меня предупредили, и что в связи с этим делать?

Гостиная в бункере у Хироэ и Ю могла вместить без труда человек двенадцать. Потому только вчетвером мы расположились весьма комфортно. Наверное, со стороны мы выглядели колоритно: этакий клуб беловолосых. Со стороны, правда, мог взглянуть разве что Нумото. Что почти что не научная фантастика: свободное время в середине дня у главы клана? Да уж.

— Да это обычный шантаж, только шантажист не простой бандит, а на государственном обеспечении, — усмехнулась Хироэ. — Уверена, ни одного условного “агента с двумя нулями” Ми-шесть даже не почешется послать. Расчёт был “а вдруг выгорит?” После полученных от этих двоих донесений финансирование акции “кошмарим Куэс Амакава” и вовсе урежут. В итоге исполнители купят услуги каких-то левых бандитов, а те выберут лёгкие левые цели, типа они тайно принадлежат тебе.

— Идиотизм какой-то, — поморщилась Куэс.

— Пожизненный налог на обучение в заведении островных джентльменов, — с ухмылкой поправила стриженная. — Туземец вкусил элитарных знаний от самозванных Владык Мира, теперь он должен. Пусть и оплатил обучение золотом по весу, всё равно — должен. По-умному это называется “пережитки колониализма”, хех!

— Обрати внимание, что официально претензию предъявлять их премьер отказался, — со своего места добавила Ю. — А всё потому, что у Англии есть контракты, заключённые с Такамией через твою матушку и Малькольмов. Не бог весть какие суммы приносящие, но выгодные нескольким задницам, протирающим стулья в Палате Представителей.

— Возможно, Мерухи всё же стоит предупредить? — подумав, спросила Носящая полумесяц.

— Ни в коем случае! — скрестила руки перед собой Хироэ. — Она точно решит, что это испуг перед британской спецслужбой, а значит — признак слабости. И что-нибудь идиотское замутит. А так ей никто ничего не сделает: шестёрки из ми-шесть знают, на кого можно лапу задирать, а на кого — не стоит. Говорю же, волноваться не стоит. У тебя просто нет “болевых точек” за пределами Хонсю. Не считая космоса, конечно. Но там у них самих руки коротки.

— Но на время тебе лучше за пределы острова не официально не выдвигаться, — посоветовала директор по всем вопросам. — Во всяком случае — так, чтобы это можно было отследить. Например, по транспондеру твоей яхты.

— Да поняла уж, — архимагесса слегка рассеянно кивнула, накручивая прядку волос на палец и явно размышляя о чём-то другом. — После демонстрации прыжковой технологии придется ждать, пока статус кво не сложится заново. Теперь хотя бы с планеты убегать не нужно. В принципе, можно уверенно говорить о том, что в пределах Хонсю мы и наши ключевые партнеры в практически полной безопасности.

Я не вмешивался в этот обмен мнений, тянул через трубочку молочный коктейль, профессионально взбитый Ю, и молча слушал. Наслаждался спокойствием, исходящим от несокрушимых стен этого жилища, и лакомством. И, конечно же, происходящим. Жёсткие, инициативные до авантюрности политики, способные буквально порвать на тряпки подставившегося противника — сидели и обсуждали будущие действия в манере “болтовня на кухне”.

Именно так выглядит профессионализм и компетентность изнутри: сомневаться и спрашивать совета, сравнивать своё мнение с чужим. Чтобы потом показать непоколебимое единство и бескомпромиссную позицию. Часто бывает полезно проговорить банальщину вслух, чтобы потом не обнаружить внезапно и непонятно как допущенную идиотскую ошибку.

— Я считаю, нам пора создавать легитимную площадку международной дипломатии, — вдруг сказала Куэс. Вот над чем она думала. — У положения независимого анклава, прячущегося от неудобных сторон Большой Политики за спиной японского истеблишмента, много плюсов — но есть большой жирный минус. Сейчас нужно спустить пар, охладить градус международного напряжения, созданного демонстрацией нашего технического и научного превосходства — а нам прямо вмешаться в ситуацию просто нечем.

— Мы ведь уже говорили об этом, — теперь поморщилась Хироэ.

— Раз эдак тридцать, — хмыкнула Ю.

— Даже если оставить за скобками, что придётся разместить посольства внутри нашего периметра — то есть своими руками создать уязвимые зоны в нашей безопасности, — стриженная была как никогда серьёзна. — То мы втрое раздуем наш и так не маленький МИД просто чтобы всё это содержать. А ведь будут нужны те, кто всех этих “гостей” будет слушать, им осмысленно отвечать согласно выработанной генеральной линии… Я против.

— Я тоже!

— …Но Ку-тян наверняка что-то интересное придумала, хех! Давай, подруга, жги!

— На самом деле с международными заявлениями основные политические игроки сами подставились, — улыбка Носящей полумесяц разительно отличалась от хищного оскала Хироэ. Такая добрая, мечтательная… намекающая, что врагам лучше успеть повеситься самим, пока ещё не поздно! — Раз уж сказали, что прыжковая технология у них почти что в кармане — предложить им сразу, прямо сейчас, поделить планетарную систему Юпитера. И раз уж там наша станция, полная рабочих рук — заодно и подготовительные работы провести и изыскания. Кто что закажет. Чтоб сразу на всё готовенькое прилететь безопасно. А для организации этого всего открыть Международную Организацию по освоению ресурсов и территорий Юпитера.

— …И председателем поставим Илона-куна! Уха-ха-ха! — аж согнулась от смеха наш клановый аналитик, первой оценив открывающиеся возможности.

Я только покачал головой. Слова в публичном поле сказаны. Теперь не заплатить за опережающее освоение булыжников и льдинок за Поясом астероидов — публично признать, что сроки постройки собственных прыжковых кораблей мягко говоря не совсем реалистичные. Фантастические, прямо скажем. В плохом смысле. Поставить Маска, который способен пингвинов в Антарктиде раскрутить на инвестиции под будущие поставки снега 2.0 — эпичное добивание получится!

И да, пар спустится знатно. Вместо конкуренции с Такамией будет конкуренция, кому Такамия поможет больше. Шах и мат.

После некоторых обсуждений и уточнений мы сдвинули бокалы с коктейлем. Я — так вообще чисто за компанию. Большой политикой по возможности должны заниматься профессионалы. Что бывает, если влезть в неё без должных компетенций — можно было изучать по новой и новейшей истории клана Амакава. Да-да, я про экстренное бегство на Луну, которое Куэс уже упоминала.

— Кстати, Алекс. Ты же не думаешь, что я тебя сюда позвала только насладиться твоим обществом? — коварно спросила у меня Хироэ, пока я пил.

Дудки! Заставить меня подавиться — это суметь надо.

— С твоим инструктажем я готов исполнить любое поручение клана, дорогая, — в тон стриженной ответил я. — С кем и где мне нужно провести переговоры?

— Так даже не интересно, — напоказ надула губки моя супруга-аналитик. — Как догадался?

— Раз мы только что решили, что Куэс пока не стоит покидать пределы Такамии — из действительно свободных членов старшей семьи остаются только я и Кимико-тян, — пожал плечами я. — Но Кими финансист, её не готовили как переговорщика. Да и Котегаву одну лучше не оставлять. А у меня и опыт, и постоять за себя я могу.

— Видишь ли, когда ты привёл в наш мир машину Пространства, мы вынуждены были сорвать Куэс с важной неофициальной встречи… — начала рассказывать стриженная.

— Ты хочешь отправить Алекса на переговоры с Распутиным? — вскинулась Носящая полумесяц, перебив говорящую. И вкрадчиво поинтересовалась: — Ты с ума сошла?

— А чего такого-то? — в ответ посмотрела на неё Хироэ. — Кроме всех тех достоинств, что совмещает в себе наш муж, он теперь ещё и этнический русский. Наверняка это поможет быстрее найти общий язык.

— С этим я не спорю, — покачала головой архимагесса. — Ты действительно хочешь отправить Алекса из-под защиты наших территорий? Не просто носителя уникальных знаний, но и самого дорого нам человека? Которого мы только-только обрели?! Я — против.

— То есть разрешить мужу прыгнуть до Юпитера и назад, а потом в параллельный мир ты готова, а вот на встречу с перспективным деловым партнёром — нет? Хех! — развеселилась Хироэ. — Или опасаешься, что Иван попытается клеить нашего супруга как тебя саму и достигнет успеха?

Какие… интересные подробности.

— Что-о-о?! — Куэс аж на ноги вскочила, правда, успев стрельнуть глазами в мою сторону. — Ты на что это такое намекаешь?

— Я? Намекаю? — урождённая Канами тоже встала — только медленно, никуда не торопясь. — По-моему, выразилась предельно ясно. Или, скажешь, не ты перед Распутиным задницей крутила в своём полупрозрачном платьице на пляже? Или уже забыла? Странно, ещё и месяца не прошло…

— Это была неформальная встреча на пляже. На мне был купальник и пляжное платье, — скорее прорычала, чем проговорила Носящая полумесяц. — Экипажи обеих лодок одеты были точно также, как и я!

— Но вился-то Распутин вокруг тебя! — с непередаваемо-скабрезным выражением лица продолжила уже откровенно троллить Куэс Хироэ. — А ты и рада была!

— Я. Была. Не рада! — архимагесса уже справилась с собой и теперь говорила нормально. Только теперь от каждого её слова словно волна холода по гостинной расходилась.

— Вот оно что. А твой ухажёр почему-то решил, что ты ему сигналишь “я такая неприступная, добивайся меня!” — стриженная повернулась ко мне. — Алекс, она ведь и с тобой сейчас так ведёт? “Глазами смотри, руками… ну разве что немножко”?

Я только и успел, что рот открыть.

— Гадина, — глядя в глаза обидчицы, ровным тоном произнесла Носящая полумесяц. — Сволочь. Тварь. Я сделаю это в твоей спальне, на твоей кровати!

Резко развернувшись, Куэс походя сдёрнула меня с кресла за руку и потащила за собой. Будь у меня поменьше практики клинкового боя — могла бы и в прямом смысле тащить как мешок. Но я всё-таки удержался на ногах… только для того, чтобы быть грубо поваленным на упомянутую кровать. Супруга в одно мгновение сдёрнула с себя платье и комом отправила через всю комнату. С бельём провозилась лишь чуть дольше. Лично я успел только брюки расстегнуть, прежде чем она на меня накинулась!

…Первое, кого я увидел в гостиной, когда туда вернулся через пару часов — была Хироэ. Которая отсалютовала мне незажжённой свечой в руке.

— Виват победителям!

А вот Ю отсутствовала. Видимо, пришлось вернуться к работе.

— Это точно надо было именно в такой форме устраивать? — усаживаясь рядом, спросил я. — Без предварительных ласк, сразу в полный контакт?

— Нужно, — немного устало улыбнулась стриженная, двигая ко мне чашку чая. — Ты ж сам в курсе, что она тебе устроила. Ваше милое держание за руки должно было ещё тем утром закончиться, когда вы Нуро-куна лицом по полу повозили.

— Мне казалось, стоило подождать, — подумав, всё же ответил я.

— Тебе-то да, — собеседница покачала головой. — А вот нашей Луне промедление на пользу не шло. Ты же видишь, в каком она странном настроении последние несколько дней? Только совсем уж с катушек съехать ей на почве вернувшейся влюблённости не хватало! А теперь дело сделано. Всякую дурь из головы ты ей знатно выбил! И не из головы тоже.

Хироэ изобразила несколько движений, и я понял, что краснею.

— Если ещё и повторно забеременеет — будет совсем хорошо, — подвела черту теме моя визави. — По календарю сейчас как раз наиболее благоприятное время.

— Ты и за этим следишь? — поразился я.

— А что поделать? — вопросом на вопрос ответила мне она, разводя руками. Подумала, кивнула сама себе и сказала. — До твоего возвращения я не против была, если бы Куэс с Распутиным это самое. Политиков такого уровня физическая близость не сможет связать в индивидуальном плане. Тем более нечастая. Совместная разрядка — да и только. Сопутствующее удовольствие от сотрудничества. Только не обижайся за откровенность.

— Я не маленький мальчик, иллюзий у меня не осталось, — медленно проговорил я. — Возвращаясь, я был готов, что увижу дома то, что мне может очень не понравиться. И принять это. То, что ты, Ю и Куэс меня ещё любите — вообще чудо.

— Когда на голову сваливается загадочный мускулистый красавчик и одной левой решает проблему, с которой невозможно было справиться — разбудить впавшую в анабиоз любовь, уж поверь, не составило никакого труда! — растянула ехидную улыбку до ушей стриженная. Но потом опять посерьёзнела. — На счёт Распутина. Кого-то из аякаси от клана к нему посылать нельзя из-за его Силы крови. Вернётся идеальный агент, а если и нет — как проверить? Кимико же он просто окрутит и влюбит в себя. И сразу же после этого женится на ней. Ничего личного, просто так он накрепко свяжет наше партнёрство и сможет получать больше эксклюзивных товаров. По-семейному.

— Ясно, — мне действительно в общих чертах всё стало понятно. — Не думаю, что возникнут проблемы. Пересылай материалы, чтобы я знал, за что мы торгуемся.

— Только пожалуйста, постарайся не убить Ивана, если что, — попросила меня Хироэ. — Он действительно ничего с Куэс сделать не успел. Самое близкое — на плечо разок руку положил.

— С этим тоже разберусь, — уверенно пообещал я.

* * *

Кажется, мне удалось удивить Хироэ, когда я подхватил её со стула и перенёс на диван. Аккуратно обнял и принялся целовать. Несмотря на, скажем так, активную разрядку, я опять чувствовал себя в силах сделать приятное своей женщине. Можно сказать, захотел почувствовать непосредственной контраст между огненным темпераментом Носящей полумесяц и хрупкой нежной стриженной. Хотя нет, скорее просто никак успокоиться не мог после того, что происходило в спальне кланового аналитика.

С тонкой талией, с высокой грудью, с правильными чертами лица и длиннющими волосами Куэс обладала всеми данными идеально-красивой женщины. Если бы не характер, не сделанный ещё в детстве выбор любимого, и не то, как она себя держала — ухажёры за ней ещё б со школы вереницей ходили. Так что я прекрасно понимаю, почему Распутину захотелось её соблазнить. Небось принял сочетание пляжной одежды за сигнал, которого не было.

Я же получил зрелище, за которое многие мужчины были на что угодно готовы. Отдать состояние, отдать правую руку, даже увидеть и умереть. Которое невозможно забыть и невозможно вспоминать спокойно. И не только зрелище — если вы понимаете о чём я. Так что Хироэ достался, можно сказать, кэшбек от устроенного ей же “активного свидания”. Как будто она была против!

…Звуковой сигнал заставил нас оторваться друг от друга.

— Кто-то из старшей семьи звонит, — жена надела терминал. — Привет, Тамако. Да, я переадресовала все звонки Алексу к себе. Зачем он тебе вообще? Вот оно что…

Стриженная посмотрела на меня.

— По медицинским показателям Аарона Зальцмана помещают в анабиоз. Неизвестно насколько, потому что некоторых медицинских технологий пока нет и в проекте. И держать на приборах и магии мизучи больше нельзя: девяносто восемь лет, он просто умрёт. С детьми он уже попрощался, с женой тоже. Теперь он просит, чтобы к нему прислали “лучшего физика клана”, чтобы передать какую-то “важную информацию”. С Юно с такой задержкой сигнала ему не поговорить. Придётся тебе. Извини…

— Ну что ты, — я улыбнулся. — Зальцман был моей креатурой, мне его и провожать.

Лифтовая капсула доставила меня в знакомую лабораторию Сидзуки — только теперь мне нужно было пройти в соседний объём. Коек в экспериментальной специальной клинике под землёй оказалось совсем мало. Каждая — в своём помещении, разумеется. Вот в одной из таких палат и готовился к переходу в состояние анабиоза Аарон Леонидович. Из которого он вполне мог не выйти никогда. Так же как у и Хитсуги Якоин, его организм был предельно изношен, и процедура консервации являлась последним шансом не умереть. В надежде, что в будущем биотехнологии смогут вернуть если не молодость, то хотя бы возможность полноценно жить.

В палате кроме пациента находились две женщины: моя дочь Тамако возле высоченной приборной сборки величиной в платяной шкаф и Зара Зальцман, жена Аарона и огненная аякаси А-класса. Сначала я было решил, что Зара в траурном платье, но потом понял, что цвет такой потому, что использован термостойкий вариант углеволокна. Для чего нужна подобная одежда стало понятно, когда сорвавшаяся слеза вспыхнула и прочертила дымящуюся полоску до юбки, где и потухла, не оставив следа.

— Молодой человек, таки вы тот обещанный мне физик? — первым повернулся ко мне отец термоядерной энергетики Такамии.

Выглядел мой визави моложе своих лет. И стоящим у последнего порога не казался. Наоборот, полусидя на подушках он успокаивал свою жену, а теперь довольно бодро приветствовал меня.

— Алекс Амакава, он из главной семьи, как и я, — представила меня младшая мизучи.

— Таки сдаётся мне, Алекс, вы русский! — весело хмыкнул старик, переходя на родной мне язык.

— Таки почему русскому физику не войти в хороший японский клан? — вопросом на вопрос ответил я ему. — Кормят, любят, одевают — таки я спрашиваю, чего ещё хотеть?

Тамако аж поперхнулась от такого обмена репликами.

— Ви таки мудры не по годам и чертам лица, вьюнош! Я имею с вас поразиться. Ваша почтенная матушка может говорила вам о своём отце или деде, что таки был немножко из народа израилева?

— Моя почтенная матушка — умная женщина, и всегда трепетно относилась к тому, что рассказывает, — с намёком ответил ему я.

— Ах, прям душу отвёл, — Аарон откинулся на подушки. — Ладно, юноша… Алексей, да?

— Александр, Аарон Леонидович, — поправил я. — Но всё-таки лучше Алекс. Как в паспорте записано.

— Хорошо, Алекс. Что вы мне имеете сказать за типовой термоядерный реактор, составляющий основу энергетического кластера Такамии?

Скажем так: мне пришлось подсматривать характеристики реакторов через терминал. За двадцать пять лет множество мелких изменений в итоге сильно изменили особенности выработки энергии в ТОКАМАКах, хотя, конечно, основа процесса осталась неизменной. А еще продвинулась сама наука ядерного синтеза — причём куда сильнее, чем в Н-инварианте. Настолько, что удалось нащупать и описать краевые эффекты поведения элементарных частиц вроде их телепортации.

То, что хотел передать следующему поколению физиков-ядерщиков Зальцман, как раз и заключалось в выводах, полученных на основе этих наблюдений. Построить термоядерную реакцию не в рамках классической ядерной физики плазмы, а перенести область эффективной работы кольца в такой режим, в котором редкие случайные события становятся повторяющимися и воспроизводимыми. Что позволит повысить выработку энергии едва ли не на порядок! В том числе и за счёт сокращения потерь.

Что ж, недаром машина Пространства — это огромное кольцо из разных металлов. Связь тут не случайная, а самая прямая. А ещё Аарон додумался до воспроизведения эффекта, используемого в Потолке. Подобрался, так сказать, с другой стороны, даже не представляя, что нащупал. Что это уже не энергетика, а физика Пространства!

Некоторое время после того, как учёный убедился в моей компетентности, более-менее достаточной для понимания его объяснений, я просто слушал. Потом запустил общее виртуальное пространство, вывел внутри него доску для записей и стал пытаться перевести теорию и математику энергетика на язык формул Пространства. Несколько раз ошибался, находил ошибку, возвращался и заново переписывал, пока не получился конечный результат, закрывающий большую часть пробелов в расчётах перспективных реакторов и реакций.

Кажется, Зальцман до последнего не верил, что из моей писанины что-то выйдет. Пока не увидел свои итоговые формулы дописанными. Каждый профессиональный физик в своей области интереса как правило буквально видит, когда дополнения в расчётах похожи на правду. Нахмурившись, Аарон вызвал запись вывода уравнений и теперь уже буквально впился глазами в мою работу, иногда переспрашивая непонятное. А потом… просто вскочил с койки с виртуальным мелком наперевес, заставив медицинское оборудование разразиться разномастным писком.

— Роня! — бросилась к мужу Зара. С другой стороны подбежала Тамако. Они попытались усадить старика назад в умную медицинскую кровать — да какое там!

— Это же прорыв, прорыв! — оттолкнув обеих, учёный воздел руки. — Не знаю, откуда у вьюноши такие познания, но если всё верно — можно начинать проектировать первый прототип краевого реактора!

— Тебе нельзя напрягаться, ты же умрёшь! — попыталась дозваться до него Огненная птица.

Вотще.

— Ну так сделайте, чтобы не умер! — отмахнулся он как от чего-то несущественного. — Зайти настолько далеко — и лечь в анабиоз, оставив всю элементарщину и все лавры другим?! И всё проспать?! Ну уж нет!!! Чего там надо было? Подписать разрешение превратить себя в машину? Давайте сюда эту бумажку!!!

— Это проект Кемеровых и Охаяси, — подсказала мне Тамако. — Искусственные мышцы и экзоскелеты это только ступенька в их программе продления жизни. Человека полностью вживляют в экзоскелет типа скафандра и поэтапно заменяют кости и мышцы, потом внутренние органы. Под конец должен остаться только мозг и железы внутренней секреции, связанные с ним кровообращением. Всю машинерию надо снабжать энергией, желательно, бесперебойно и с высокой автономностью. Вот им и потребовалась наша помощь, включая работу Зальцмана.

— …Впечатлён, — признался я абсолютно честно. — И как у них успехи?

— Есть целых три примерно на пятьдесят процентов кибернетизированные собаки, что смогли пережить все операции, — с какой-то странной интонацией сообщила мне младшая мизучи.

Так.

— А сколько не пережили операции?

— Мне не говорили… Но им пришлось построить крематорий.

Ясно-понятно. Как всё же хорошо не быть главой клана. Сына жалко, но пусть уж лучше у Нумото голова насчёт Зальцмана поболит.