Тяжелобронированный лимузин представительского класса передвигался по улицам Такамии с вынужденной неторопливой грацией, позволяя пассажирам вдоволь насмотреться через отдающие зеленью триплексы на городские пейзажи. Точнее, одному пассажиру… Одной. Кроме самой Куэс Амакава в салоне разместились двое демонов-телохранителей из Вороньего Додзё… Которых ей, в случае чего, самой придётся защищать. Слишком уж у них разный уровень силы. “Белой Луне” телохранители были нужны – но исключительно с представительской точки зрения: как же, глава клана Амакава – и без вассалов!

Собственно, передвижение в машине Куэс выбрала с той же целью – продемонстрировать всем желающим, куда она едет. Это важно – а то потом, глядишь, всякие слухи пойдут. То есть, пойти-то и так пойдут, но при наличии живых реальных свидетелей и Хироэ на месте начальника информационной безопасности клана – никакого значительного эффекта иметь не будут. Во всяком случае – в Такамии и в Японии в целом. Потому все желающие видели, как она садится в лимузин у порога общего дома директората “А-Ко Групп”, и все желающие увидят, как она войдёт, обходя с инспекцией огромную стройплощадку будущего Университетского комплекса, в недостроенное здание Центра инновационных технологий. А что случится потом – увидят все, а не только желающие.

Больше всего Носящей Полумесяц хотелось закрыть глаза и откинуться в кресле, но она заставляла себя смотреть. Не потому, что её слабость могли увидеть – попробуй, разгляди что-нибудь через бронестёкла. Нет, ей важно было взглянуть на город собственными глазами ещё раз. Ведь это то самое драгоценное наследство, что оставил ей и остальным Юто. Место, куда он пообещал вернуться…

– Ю-тян, как же нам… Как же мне тебя не хватает, – беззвучно прошептала она одними губами. – Уверена, ты бы смог придумать что-нибудь, ты бы такого не допустил.

Девушка почувствовала непрошенную влагу на щеке и резко провела по лицу платком. Не время распускать сопли. Особенно сейчас – совершенно точно не время!

Они продержались почти пять лет. Нет, не так: каким-то чудом после подвига Юто и публичной засветки стационарных рельсовых орудий и городской системы гидроплазменных щитов Такамии удалось продержаться целых четыре полных года и ещё чуть-чуть! Как считала сама Куэс – особой её заслуги в этом не было. Она просто продолжала поддерживать те связи с силами внутри Японии и за её границами, что установил муж, последовательно проводя его политику. Преимущество у Луны по сравнению с любым другим переговорщиком из директората было ровно одно: любая попытка силового давления – и идиоты на собственном опыте узнали бы, почему её за глаза кличут “живой атомной бомбой”! Слабоумных из числа политиков, решивших рискнуть собственной шкурой, пока не нашлось. Пока. Впрочем, свой шанс они, похоже, уже упустили.

Инерция мышления – страшная штука, правильно Юто говорил. Именно она позволила удерживать ситуацию под контролем столько времени. Даже после демонстрации силы и наличия высоких технологий Особую Зону “Такамия” противники ещё три года не принимали всерьёз. Американцы почему-то посчитали, что “мятежный” город японское правительство само раздавит по щелчку их пальцев, когда будет нужно. То есть, к их президентским выборам. Ну, может быть, с незначительной помощью в виде диверсии с радиоактивным или ещё каким заражением — так ещё лучше. А после опять кинется покупать минеральное топливо для своих электростанций втридорога.

Собственно, на начало четвёртого года от пропажи Юто сенаторы США очень удивились отчаянным попыткам сорвать внешнее силовое решение “региональной проблемы” военным партнёром в лице премьер-министра Страны Восходящего Солнца и его аппарата. Невдомёк им почему-то оказалось, что новое энергетическое сердце Японии возникло и бьётся на берегу самого большого источника пресной воды на Хонсю. Стало неотъемлемой частью инфраструктуры, и массированный удар в эту географическую область в прямом смысле загонит самый большой и самый населённый остров архипелага назад в каменный век.

Были и другие резоны у премьера и его правительства всеми силами защищать Такамию. Включая внешнеполитическую поддержку Китая и России, мощный прогресс в экономике (дешёвое электричество ещё никому не вредило), поддержку населения как в самой ОЗТ, так и в целом по стране. Просрать такое из-за окриков из Вашингтона — и можно сразу собирать чемоданы, люди не простят. Такая непосредственная угроза собственной жопе заставляла правительство проявить что-то вроде свободы воли в заботе о своей стране и народе. Жаль, по-настоящему надолго их не хватило.

* * *

Будущий Университет располагался на склонах невысоких гор, огораживающих Такамию с юга – потому он словно парил над городской застройкой. С самых высоких точек огромной стройки открывался такой вид, что дух захватывало: зеркало воды, перед ним – широкая полоса равнины, местами поднимающаяся шпилями и крышами высотных домов, но больше заполненная невысокими постройками частного сектора и коллективного жилья. И через пастораль ухоженных кварталов город щетинился в небо решётчатыми башнями гидроплазменных барьеров, на вершинах которых посверкивали синие искры, демонстрируя состояние непосредственной готовности к развёртыванию.

Те “иголки”, что были построены ещё при Ю-тяне, можно было опустить в специальные шахты и не портить пейзаж, но этого не делали с момента их первой демонстрации. А под током башни стояли уже ровно год, одним своим видом демонстрируя: Такамия просто так не сдастся. Впрочем, даже если противнику что-то удастся сделать с обманчиво-тонкой плёнкой ионизированной перестроенной воды, оставались ещё подземные уровни, тянущиеся на большую глубину и расходящиеся сетью в разные стороны.

В два верхних горизонта у гражданских наличествовал постоянный доступ: подземные парковки, закреплённые от города бесплатные для хозяев недвижимости места на подземных складах, переходы между первым и вторым и просто подуличные. Ну и конечно же – новенькое электробусное “метро”, предмет бесконечной гордости жителей ОЗТ! Инфраструктуру подземных магистралей, дублирующих основные городские дороги, местные записные острословы уже сейчас называли “Такамией-2”: магазинчики, капсульные отели, мастерские и частные лавочки вроде кондитерских росли на выделенных администрацией площадях словно грибы – на поверхности-то уже давно всё поделено-забито. Находились и те, кто на поверхность теперь практически не выбирались – им и внизу было хорошо. Потому по тревоге загнать гражданских под землю проблемой не станет: во-первых, им привычно, во-вторых – отрабатывали на учениях. Вот только – а дальше что?

“Он придумал бы, не доводя до крайних мер.”

Ксо! Собраться, и посторонние мысли – прочь!

Иглу небоскрёба недостроенного Центра инновационных технологий со всех сторон закрывали строительные леса, по стандартам безопасности затянутые снаружи страховочной мелкоячеистой сетью. Правда, если бы этой дополнительной преграды для любопытного взгляда не было – через зеркальное остекление всё равно ничего нельзя разглядеть: уж об этом-то позаботились в первую очередь. Куэс, обходя груды строительного мусора и не обращая внимания на кружащие над головой дроны-коптеры, зашла в предупредительно распахнутую одним из телохранителей дверь… и попала в зеркальный коридор. Н-да, место, куда решительно не стоит пускать сестёр Кагамимори. И только пройдя длиннющую “кишку” с несколькими неожиданными поворотами, глава Амакава прошла через следующую дверь и наконец-то оказалась внутри здания. Ну, как бы здания.

Изнутри “стекляшка” Центра пустовала: ни намёка на этажи или помещения, лишь голые стены и оболочка. Зато почти весь внутренний объём занимала она. Циклопических размеров ракета!

“Космический корабль”, – поморщившись, поправила сама себя урождённая Джингуджи. Ей было откровенно тяжело разбираться во всех новинках науки и техники – не готовили её в родном клане к этому, предпочтя современное магическое образование классическому. Мать видела в наследнице лишь эффективное средство влияния и не более того, увы. Приходилось учиться самой и на ходу, чтобы хоть в малой части заменить собой полиглота-мужа, знавшего, казалось, вообще всё! Уже бессчётное число раз Носящая Полумесяц жалела, что Юто успел вытолкнуть её из формирующейся магической ловушки “бога” – уж лучше бы она отдала свою бессмысленную жизнь, чем возлюбленный…

“Не бессмысленную!” – опять одёрнула она сама себя. – “У тебя есть дети! Плоть от плоти Его!”

Роль матери, по собственному мнению, удавалась Куэс ещё хуже, чем роль Главы Амакава: на детей времени просто не хватало. Удивительно, как Юно её ещё узнавала – не говоря уже о Нумото и Тамако. Остальные-то были слишком мелкими, чтобы как-то запомнить очень редко заглядывающую красивую усталую беловолосую тётю в неизменном чёрном платье…

“Ракета!” – Белая Луна невероятным усилием воли заставила себя вернуться в реальность: не вовремя накатило. В последнее время подобные “приступы” стали случаться чаще. Чудовищный груз ответственности, смазанный чувством вины, с каждым месяцем давил всё сильнее. Наверное, потому-то она и продавила своей волей безумный план по постройке “Цукуёми-мару”, предложенный Хироэ и Ю: по словам стриженой, он сулил “окончательное решение больше половины проблем”. Что ж, настало время выложить подготовленный козырь на стол.

Леса, соединяющие каркас здания и корпус корабля, убрали, но это не мешало некоторым аякаси свободно ползать по обшивке, что-то проверяя или ремонтируя. Время от времени то там, то тут зажигалась искра электросварки. Пол первого этажа Центра инновационных технологий представлял из себя бетонное кольцо: корпус “Цукуёми” ниже уходил в шахту ещё на столько же, на сколько вздымался вверх. Тем не менее, главный “пассажирский” вход был именно тут, в середине поставленного “на попа” цилиндра, и перед открытой рампой собралась небольшая толпа. Очень и очень примечательная толпа: по сути весь цвет, самая верхушка клана Амакава и самые ближайшие доверенные лица.

– Всё по плану? – Куэс проследила рой искорок, падающих вдоль борта от очередного танцующего огонька сварки.

– Идеально! – улыбка Хироэ вышла по-настоящему безумной, ничуть не хуже, чем у далёких родичей из клана Якоин. Волосы на её голове, казалось, не торчали клоками только из-за длины, под глазами залегли глубокие тёмные тени. – Мальчики и девочки наводят на нашу крошку последний марафет. Ещё час – и можем отчаливать!

Экс-Джингуджи только кивнула, переведя взгляд на мужчину средних лет в белом халате, длиной и цветом волос способного поспорить с самой Носящей Полумесяц.

– За свою часть работы ручаюсь, – коротко и безэмоционально отозвался Генноске Амакава. После гибели внука бывший старик основательно замкнулся в себе. “Оттаивал” демонслеер и учёный только в присутствии Нумото и возвращаясь в школу для магов и демонов в Ноихаре, где волей внука стал директором – если верить Эччи-тян, умудрившейся неведомым образом по знакомству пристроить туда неодарённого младшего брата.

– Гидродинамические испытания двигателей прошли успешно, – отчиталась Сидзука, и, помолчав, добавила: – Осторожнее там, знаешь ли.

– Змея, ты за кого нас держишь? – фыркнула Агеха. Она единственная едва ли не светилась предвкушением. Как же, путешествие, которому ещё не было равных! Как Юто ей когда-то и пообещал! Погибнуть кровососка, похоже, ничуть не боялась. – Я и за нашей Луной пригляжу, а то ведь если что – муж расстроится, когда вернётся!

Ответом на реплику послужили отведённые взгляды и молчание: сложно сказать, верила ли кровососка в собственные же слова, но выдавать подобные неуместные фразочки не прекращала.

– Если вы намерены и дальше просто стоять и тупить, – так и не дождавшись реакции на свои слова, мотнула головой Ветренная, – то пошли внутрь, самое время примерить костюмчики!

И первая поднялась по рампе в раскрытый люк. Следом, к своему собственному удивлению, двинулась Куэс: поняла вдруг, что просто не сможет нормально попрощаться. Уже изнутри она оглянулась: Генноске с отсутствующим видом двинулся к спуску в стартовую шахту, Хироэ и Ю что-то тихо, но бурно обсуждали, отойдя чуть в сторону от остальных. Сидзука, покачивая в такт словам туго заплетённой косой, давала последние наставления отправляющейся вместо неё в полёт мандражирующей юки-онне. Нельзя было оставлять город у огромного озера без сильнейшей водной аякаси клана.

Носящая Полумесяц поморщилась: несмотря на все заверения экс-Канаме, их отлёт слишком напоминал бегство. По большому счёту это оно и было… Ну или “тактическое отступление на заранее подготовленные позиции”. Вот только позиции на Луне подготовить было некому. “Пан или пропал”, как говорит Михаил Кемеров. Всё или ничего.

“Конечно, всё,” – мысленно встряхнула сама себя Глава клана. – “Мы Амакава – мы делаем невозможное”. И украдкой, пока никто не видит, утёрла слезу.