Вы никогда не слышали, как поют львы? Вы, наверное, думаете, что львы поют с рёвом, или с рыком, или с громким завыванием? Нет, львы поют тихо, почти про себя. Можно стоять рядом со львом и не услышать его песни, и только по львиным глазам почувствуете — лев поет.

Когда лев поёт, его глаза делаются тёмными, и в них загорается какой-то странный зеленый огонь. При этом лев опускает голову или слегка наклоняет её набок. Все зависит оттого, какую песню он поет. Грустную или веселую.

У нашего Льва была своя любимая песня. И если бы её удалось перевести со львиного языка на язык людей, она звучала бы так:

Именно эту песню пел Лев в то утро. А мимо нескончаемым потоком шли люди: большие, маленькие, кудрявые, лысые, девочки, мальчики, бабушки, военные, спортсмены, дедушки и даже прадедушки. Лев напевал песню и посматривал на людей большими тёмными глазами, в которых горел зелёный огонь. Лев любил, когда приходили люди. За всю жизнь он не видел от людей ничего плохого и относился к ним ласково и покровительственно. Ему даже в голову не приходило, что человек может ударить лапой или укусить.

Он посматривал на посетителей, и до него долетали обрывки человеческих разговоров, которые он за долгие годы общения с людьми научился понимать. Вероятно, если мимо нас ежедневно проходило бы несколько тысяч львов, мы тоже научились бы понимать львиный язык.

— Мама, купи мне льва! — просил какой-то розовощёкий малыш со стриженым затылком.

— Куда же мы его денем? — спрашивала мама.

Малыш не лез за словом, он отвечал:

— В бабушкину комнату.

Лев усмехнулся и прошёлся по клетке, чтобы малыш смог получше рассмотреть его и убедиться, что Льву будет тесно в одной комнате с бабушкой.

В полдень, среди шума голосов, тонкий слух Льва уловил звук знакомых шагов.

«Это он! — Лев радостно замотал головой. — Это Лёша Кашин — мой лучший друг!»

Перед клеткой появился мальчик с короткой чёлкой, в полосатой морской тельняшке и в длинных брюках с обтрепавшимися краями. Лёша Кашин мечтал стать мореплавателем, а пока что он дружил со Львом.

— Здравствуй, Лев! — сказал Лёша и, взявшись двумя руками за прутья клетки, просунул внутрь лицо.

— Здравствуй, Лёша Кашин, — отозвался Лев. — Ты исправил двойку по русскому письменному?

— Исправил.

— А я волновался, — признался Лев, — мне всю жизнь снились большие и жирные двойки.

— Я тебе что-то принёс, — сказал Лёша. Он не очень-то любил говорить о двойках.

— Бутерброд с колбасой? — попытался угадать Лев.　

— Нет!

— Может быть… бабушкин пирог с капустой?

— Нет! Нет!

— Кусок мяса?　

Лёша Кашин замотал головой:　

— Нет, Лев! Я принёс тебе не мясо и не пирог. Я принёс тебе Африку.

— Африку? Никогда не ел. Она с капустой или с мясом?　

Лёша усмехнулся и протянул Льву свёрток бумаги, который до сих пор держал под мышкой.　

— Вот она, Африка.

　Лев развернул бумагу — это оказалась картина. Яркая, красочная, аппетитная.

Льву так понравилась картина, что он тут же захотел лизнуть её языком, но Лёша Кашин вовремя остановил его:　

— Осторожно! Это картина. Картины смотрят, а не лижут!

— Прости! — вздохнул Лев. — Прости, я думал, это варенье.　

Лёша внимательно посмотрел на Льва, покачал головой и сказал:　

— Африка — это далёкая жаркая страна. В ней живут львы.

— Понимаю, — тут же смекнул Лев. — Африка — это такой жаркий Зоологический сад.　

— Там нет клеток.　

— Большое неудобство! — воскликнул Лев. — Как же там живут львы? Спят прямо на дорожках? А посетители наступают им на лапы?

— Там нет посетителей! Там зеленые поля — пампасы. Вот, посмотри! Видишь, вдали густые заросли?

— Вижу, вижу, — сказал Лев и принялся рассматривать Африку. — Вот стоит елка без веток, а вот зеленый ежик.

— Да нет же! — воскликнул Лёша Кашин. — Это не елка, а пальма. А это кактус. Такое растение.

— Я думал, он бегает на маленьких зелёных ножках, — вздохнул Лев.

— Посмотри, — сказал Лёша, — Вот в тени лежат львы.

— Вижу! Как они сюда попали? Из зооцентра?

— Да нет же! Здесь их родина. Это твои родные братья.

— Не знал, что у меня есть родственники за границей, — признался Лев. — Куда же они прячутся от снега?

— Там нет снега.

— Не может быть, чтобы там не было снега! Ты что-то напутал. Как же африканские ребята катаются на санках и на лыжах?

— Они не катаются.

— Очень плохо. Оставить детей без снега!

Лёша покачал головой: что ты понимаешь!

— В Африке круглый год светит солнце и можно бегать в трусах и купаться. Бананы и финики растут на каждом шагу — ешь, сколько влезет. Ты хотел бы побывать в Африке?

— Не знаю, — признался Лев. — Может быть… На денек… Посмотреть… Сам-то ты давно был в Африке?

— Я не был.

— Откуда же ты все знаешь? Так красиво нарисовал. Может быть, ты придумал Африку?

Лёша отвернулся. Он обиделся на Льва. Почкму Лев не верит ему? Разве можно не верить настоящему другу?

И тогда Лев заговорил с Лёшей на львином языке. Если можно было бы перевести их разговор на язык людей, то он прозвучал бы так:

ЛЕВ:

ЛЁША:

ЛЕВ:

ЛЁША:

ЛЕВ:

ЛЁША:

Потом они замолчали и снова заговорили на языке людей.

— Лев, друг мой, — сказал Лёша. — Я узнал, где твоя родина, где твои родные места, где живут твои братья. Если хочешь, я помогу тебе добраться в те края. В Африку. Мне будет жаль с тобой расставаться, но каждый, будь то человек, будь то лев, должен жить на своей родине. Разве я не прав?

— Может быть, ты и прав, — задумчиво ответил Лев, — но я должен поразмыслить. Может быть, я и соберусь в Африку.

— Мне пора! — сказал Лёша. — Подумай! До свиданья.

— До свидания, Лёша… Не споткнись на суффиксах «чик-чик»!

Лёша ушел и снова появились две неразлучные обезьяны. Они танцевали, кувыркались, и публика была очень довольна. Обезьяны проделывали смешные трюки и пели:

И долго ещё продолжалось веселое выступление обезьян — будущих артистов цирка.