Звонит папа, и, пока я мою посуду, мне приходит в голову мысль рассказать ему, что мне снова приснился сон, где фигурировала нефть. Включаю громкую связь.

— Мне приснилось, — начинаю я, — что пошел дождь, черный и горячий. И тогда я вдруг поняла, что это вовсе не дождь, а нефть.

Папа находит мой сон довольно примечательным, как он выражается, но я чувствую, что он думает о чем-то ином, и наскоро переводит беседу в другое русло.

Он интересуется, почему я отозвала заявку, которую подавала в Исследовательский центр малых языков, и уволилась из университета.

— Этот твой бывший студент, — начинает папа, — он имеет какое-то отношение к тому, что ты ушла с работы?

Я открываю холодильник и достаю то, что нашла в продовольственном магазине и что понадобится мне для приготовления супа.

— Как его звали-то, того молодого человека?..

— Ты о Мани Имире?

— Именно, о Мани Имире.

Я нарезаю овощи и с помощью ножа смахиваю их с разделочной доски в воду, что кипит в кастрюле.

— Бетти говорит, что ваша история с Мани опять в центре внимания.

— Да, верно. Он опубликовал сборник стихов о наших отношениях.

— Ты знала, что издание готовится, когда покупала участок?

Я откладываю нож и накрываю кастрюлю крышкой.

— Знала.

— Мы с Хлинюром это обговорили.

— Что конкретно?

— Я рассказал ему, что на работе ты, сама того не желая, оказалась втянутой в неприятности и пытаешься навести в своей жизни порядок.

Убавляю огонь под кастрюлей с супом и прокручиваю в голове слова «сама того не желая».

— Твоей маме тоже нравились молоденькие.

— Да, ты ведь на шесть лет младше ее?

Папа пропускает вопрос мимо ушей.

— Она дважды от меня уходила. В обоих случаях к более молодым актерам.

— Ты уже рассказывал, папа. Знаю, что для тебя это было непросто.

— В театре у нее воздыхателей имелось хоть пруд пруди.

Он колеблется.

— Разве недостаточно просто отозвать заявку из Исследовательского центра? Обязательно бросать и преподавание? Отказываться от надежного места работы?

— Я так решила.

— И чем ты планируешь заниматься?

— Ну, люди же меняют работу, папа. Вот и я решила поменять.

— Так я и сказал Хлинюру.

— И что же ты ему сказал?

— Что ты устала объясняться с людьми.

Я издаю смешок.

— Мы с ним пришли к согласию, что людям слишком много приходится объясняться с окружающими, раздавать советы и наставлять друг друга на путь истинный. Не только языковеды исправляют грамматические ошибки, но и геологи истолковывают сдвиги и разломы, а метеорологи вещают об экстремальных погодных условиях.

Выключив конфорку под кастрюлей с супом, открываю кран и наполняю стакан водой.

— Мы с Хлинюром пришли к выводу, что люди не созданы для того, чтобы вести себя разумно. И что никто не поступает всегда так, как было бы лучше.