Неделю спустя

Марина

— Следующий! — крикнула я в приоткрытую дверь, выпрямила спину и придала лицу строгое выражение. Как-никак, при исполнении!

— Раса, вид магии, возраст и желаемый факультет? — задала положенный вопрос очередному абитуриенту, — или, как их тут называют, «соискателю» — лопоухому румяному пареньку с роскошным угольно-чёрным вороном на плече.

Птица смотрела в мою сторону пустыми равнодушными глазами, в отличие от её хозяина, взиравшего на меня так, словно я была вершителем его судьбы.

Увы, молодой человек, я тут всего лишь статист, регистрирующий желающих поступить в академию.

— Ведьмак, целительская магия, — сообщил парень неожиданно густым басом, совершенно не подходившим его тщедушной фигуре. — Мне тридцать восемь лет, поступаю на лекарский факультет.

Я аккуратно заполнила положенные графы в толстой регистрационной книге, как всегда тихо хихикнув над графой «возраст». По меркам этого мира мои тридцать четыре года, и правда, были почти детскими. Не зря леди Велветина сказала, что я совсем девочка. Эх, была бы у меня магия, сама бы могла поступить в академию!

Погрустив в душе над своей волшебной бездарностью, выдала пареньку специальный браслет и инструкцию:

— По нему будешь ходить в столовую, библиотеку и магазины на территории академии. Сейчас иди заселяйся и следи за информацией на магдосках в фойе своей общаги — там будут даты и места экзаменов.

— В фойе чего, простите? — смутился паренек.

— В фойе своего общежития. Общаги, — приобщила его к земной терминологии.

Паренек с вороном исчез за дверью, и больше в кабинет никто не ломился. Так что я расслабленно откинулась на спинку стула и призадумалась.

Уже неделю я работала в приёмной комиссии академии Ильдарии. Начала трудиться буквально на следующий день после эпических разборок в ректорском кабинете и безобразной сцены, случившейся в ректорской кровати. Фу, даже вспоминать о ней не хочу!

Почему работать именно здесь? А больше негде! Хорошо, хоть сюда взяли — без магии в академии даже выдавать книги в библиотеке не возьмут.

Я подперла щеку ладонью и огорчённо вздохнула — как бы прекрасно было, обладай я хоть каким-то волшебным свойством. Может, тогда не переживала бы так, что с возвращением на Землю у меня просто беда бедовая…

Дверь распахнулась, не дав мне погрузиться в пучину отчаяния, и в кабинет ввалились два моих зелёных великана.

— Марина! Сестрёнка! — прогудели на два голоса.

— Котики мои! — взвизгнула я и кинулась к ним. С той встречи в моей спальне и потом в ректорском кабинете мы не виделись — опять братцы пропали, как сквозь землю провалились.

— У тебя когда обед? — поинтересовался Ёкс. — Хотим пригласить тебя в трактирию.

— Да у меня хоть когда обед — тут за режимом работы никто не следит, — обрадовалась я приглашению.

Повесила на дверь табличку с сакраментальной фразой «Никого нет, приходите позже», и мы отправились в трактир неподалёку от академии, где я уже бывала.

— Рассказывайте, куда пропали? — велела, когда мы разместились за деревянным столом возле окна и сделали заказ.

— Нас отец свататься возил, — смущённо признался Шмок, а Ёкс недовольно нахмурился.

— Вау! — восхитилась я. — Так вы теперь женихи?

— Я жених, мне девушка понравилась, и нас обручили. А Ёкс от своей отказался, и теперь батюшка в гневе — он пообещал отцу девушек, что обеих в нашу семью возьмёт, — пропел Шмок и насмешливо взглянул на брата.

— Она рыжая, — недовольно скривился старший брат. — Мне не нравится. Все рыжие — ведьмы, даже если у них нет метлы.

— Да ты шовинист и расист. Смотреть надо на душу и сердце, а не на расу и волосы, — возмутилась я.

— А ты, Марина, почему в приёмной комиссии работаешь? — Ёкс решил не углубляться в дискуссию и переключился на меня. Интересно, чем ему так ведьмы не угодили? Или какая-то огрела его своей метлой, когда он был ребёнком? Оставила, так сказать, психологическую травму на всю жизнь?

— Где ещё мне работать? У меня выбор невелик. Или у вашего папеньки-короля жить, или работать в академии, чтобы мне не требовалась опека мужчины.

Я насупилась, не желая вспоминать, что ещё есть вариант выйти замуж за гада-ректора — он мне за прошедшую неделю раз десять под разными соусами предлагал. Но этот вариант я даже в теории рассматривать не собиралась.

— А что плохого, если тебя мужчина будет опекать? — парни недоумённо переглянулись.

— Я всегда предпочитала сама зарабатывать, а не на шее у мужика сидеть. Жить привыкла одна, без оглядки на всяких там… И здесь не собираюсь изменять своим принципам, — нравоучительно произнесла я. Взяла ложку и сунула её в тарелку с супом, которую поставила передо мной рослая подавальщица в кокетливом розовом передничке.

Вообще, как я заметила, дамы в этом мире любили женственные наряды с пышными юбками, открытыми плечами и корсетами на шнуровках. Смотрелось, да, очень привлекательно. Но я такой надеть отказалась наотрез, сколько меня гад Даниланис ни уговаривал. Так и ходила в своих земных брючках и блузке. А ректор пусть скажет спасибо, что я вообще согласилась взять у него немного местных денег. Взаймы, конечно, до первой зарплаты — мне ведь надо как-то здесь жить, пока не найду способ вернуться домой.

Я снова нахмурилась и сердито засопела — опять Станислас в мои мысли лезет, как уже влез в жизнь, так бессовестно сломав её. И пусть он утверждает, что не виноват в том, что я попала в портал, — не верю, как говорил Станиславский! Стопудово приложился к этому безобразию.

В трактир ввалилась шумная компания молодёжи. Пять парней и две девушки. Смеясь и толкаясь, заняли стол неподалёку от нас. Я их помнила — буквально вчера всех видела в своём кабинете. Они меня тоже узнали. Начали наперебой здороваться, с любопытством поглядывая на моих спутников — как я поняла, огры в академии нечастые персоны.

Ребята сделали заказ и, дожидаясь, пока им принесут еду, принялись громко болтать, так что мы невольно слышали весь их разговор.

— Вы знаете, что Нэтали Арайская собирается поступать в академию? Дочка декана Арайского, — воскликнула одна из девушек, хорошенькая шатенка с шоколадными глазами и мягкими движениями. Оборотница, если мне не изменяет память, факультет общей магии.

Я навострила уши — дочка декана Арайского? Того самого жирдяя, что чуть не сослал меня на рудники? Которого я обязательно пну при первом удобном случае?

— Странно, — протянула её подруга, не очень красивая платиновая блондинка, тоже оборотница, но собравшаяся поступать на факультет артефакторов. — Нэтали такая сильная магичка, и у неё отличное домашнее образование, зачем ей академия?

Я прищурила глаза и, не забывая с аппетитом жевать, продолжила слушать.

— Говорят, Нэтали удивительная красавица. Надеюсь, она будет учиться в моей группе, — мечтательно протянул один из парней, рослый плечистый оборотень, будущий боевик.

— Что ей делать на боевом? — ревниво возмутилась блондинка. Понизила голос и добавила таинственным тоном: — И вообще, я уверена, она здесь совсем не для учёбы…

Взгляды устремились на её ставшее загадочным лицо. Я так вообще свернула уши воронками и ловила каждое её слово — неведомая дочка декана меня заинтересовала. Если папаша такое гуано, то дочура, скорее всего, та же самая субстанция. И у меня эта неведомая Нэтали заранее вызывала неприятные подозрения.

Блондинка ещё немного понизила голос и торжествующе зашептала:

— Ректор Даниланис — вот причина её появления здесь! Нэтали давно охотится за ним и собирается быть к нему как можно ближе. Для этого и поступает в академию.

Вот это да! Я от услышанного едва не подавилась пирогом, который как раз пыталась откусить.

Ну, ректоришка, гад винторогий! Придёшь ты ещё ко мне со своими мерзкими предложениями наглой руки и блудливого сердца! Я тебе такое устрою, казанова недоделанный!

«Кракс!» — тарелка с хлебом, на которую я в этот момент смотрела, разломилась на две части.

— Марина… — осторожно позвал Шмок, — что с тобой?

Я подняла на братьев глаза:

— Всё в порядке. А что?

— Ну… у тебя такое лицо сделалось… И тарелку вон сломала.

Я перевела недоумённый взгляд на глиняные обломки, заваленные кусками хлеба. Пожала плечами.

— При чём здесь я? Просто тарелка бракованная попалась — с трещинами была, вот и лопнула сама по себе.

— Ну да, сама по себе, — недоверчиво протянул Ёкс. — Надо тебе свою магию научиться контролировать, сестра. Не то проблем не оберёшься.

Я прищурилась:

— Магию? С этого места поподробнее, мальчики…

Через час я сидела в своём кабинете, злая как тысяча чертей. Сопела и чуть не огнём плевалась от бешенства — ну, Даниланис, ну гад. Магии, значит, у меня нет⁈ Всё, теперь ходи и оглядывайся, чудовище!

Дверь кабинета открылась. Я повернула голову и обомлела. На пороге стояла неземной красоты девушка и надменно меня рассматривала. В свою очередь, я пялилась на неё и потрясённо молчала — бывает же такая красота! И ведь не в косметике дело, и не в фильтрах инсты… Вау, как говорится.

Оценив моё состояние, красавица на миг презрительно поджала губы и чарующим голосом мифической сирены произнесла:

— Хватит глазеть на меня, милочка. Живо приступай к выполнению своих обязанностей. Моё имя Нэтали Арайская.