Станислас Даниланис

Портал за Мариной и Аметистом закрылся, и я, наконец, смог дать волю своим чувствам.

Въехал дракону ещё раз, уже не стесняясь. Сам получил по роже и вновь от души прошёлся по наглой морде чешуйчатого. Словил настоящее удовольствие, когда тот отлетел к стенке, и лишь тогда повернулся и зарычал, забыв про всякое уважение к старшим:

— Тётушка Велветина, какого птухла вы притащили сюда этого ящера⁈ Что он делает в моей академии и лезет к моей… к Марине!

Тётка, только что подпрыгивавшая и скандировавшая что-то вроде «мочи его, бешеный молот!», шлёпнулась в кресло и с обиженным видом заявила:

— Адриану была нужна помощь, и я решила поддержать мальчика. Он ведь нам не чужой — брат мужа дочки моего двоюродного племянника, как-никак.

— Тётушка, я знаю, кто он, — выдохнул я, чуть успокаиваясь.

Да, тут возразить нечего — родственные связи для нашего клана священны. Даже если этими родственниками волею судьбы оказался правящий род драконов из Верхнего мира.

Кстати, надо всё-таки выбраться к ним. Заглянуть в гости к моей милой сестрице и её супругу. Узнать, сняла Рейджина с меня то проклятье или нет. Марину с собой возьму, с кланом познакомлю и покажу, как мы живём.

— Ну раз знаешь, зачем спрашиваешь! Мальчика назначили деканом нового факультета, а у него ни одного преподавателя, — громко возмутилась тётушка, возвращая меня к делам насущным.

Погрозила мне маленьким кулачком. Затем стрельнула по сторонам глазками и, убедившись, что все заняты разбитой мордой дракона, наклонилась ко мне:

— Уверена, у тебя в академии имеется пара-тройка говнюков, от которых ты не знаешь, как избавиться, племянник. Вот и сплавь их дракону, — прошептала заговорщицким тоном и лихо подмигнула.

Ну тётушка, ну интриганка! Нет, что ни говори, но я её обожаю. Хотя никогда не забуду, как в детстве она меня за уши таскала за мои проделки. Даже удивительно, как я от этого не стал лопоухим, как слонотавр!

Когда я вернулся в свой дворец, Марина уже спала. Как была в халате, так и прикорнула на моей кровати, подложив ладошки под щеку. Милая такая.

Я постоял, любуясь её лицом, будто ещё больше похорошевшим. Моя девочка… И что бы там ни думал драконий родственник, не видать ему моей красавицы.

Сонно вздохнув, Марина перевернулась на спину и закинула руку за голову. Халатик слегка распахнулся, открыв стройные ножки и обрисовав небольшую упругую грудь. От вида открывшейся картины я едва не зарычал. Бэзилово племя, как удержаться от соблазна накинуться на эти губы с поцелуями⁈ Как сдержаться и не подмять под себя это восхитительное тело, не начать ласкать его, рыча от удовольствия!

Но нет. Я буду двигаться медленно и осторожно, загоняя тебя в свою ловушку, моя Марина. Ловушку, из которой ты сама не захочешь убегать…

Постоял ещё немного, затем материализовал одеяло и накрыл им сладко спящую красавицу. Сбросил с себя одежду и скользнул к ней под одеяло — пусть привыкает просыпаться рядом со мной. Прижал к себе её податливое во сне тело и закрыл глаза, млея от удовольствия. Спи, милая. Оставим наши ссоры и объяснения на завтра — а то, что они будут, я ни секунды не сомневаюсь.

Но пока ты спишь, и я могу просто обнимать тебя. Вдыхать твой запах, слушать лёгкое дыхание и мечтать о том, как однажды ты ответишь на мои чувства…

Я погладил её по спине и не удержался — забрался пальцами под ворот халата. Погладил нежную кожу на плече и замер, когда она вдруг выгнулась, прижалась ко мне упругой грудью, обхватила руками за шею.

Запрокинула лицо и, не открывая глаз, прошептала:

— Станислас, поцелуй меня… Пожалуйста.