Знаете анекдот? Человек приходит к врачу и говорит: «У меня выгорание, потому что каждый день приходится принимать огромное множество решений». Врач спрашивает, какая у него работа. Тот отвечает, что сортирует апельсины на большие и маленькие.

В наше время каждый в состоянии разделить чувства этого человека. Людям в обществе эмоционального капитализма приходится постоянно делать выбор, причем во многих случаях мы этого, что называется, не заказывали. Возможно, в каких-то сферах нам было бы лучше с меньшим количеством альтернатив, борющихся за наше внимание. Нам кажется, что это свобода, но, как часто бывает, только кажется. Наш мозг перегружен, важные проблемы сложно отделить от неважных, верные решения — от неверных, а ситуации, в которых выбор необходим, — от таких, в которых его делать вообще не надо.

При этом любой выбор — это стресс, потому что каждый выбор есть потеря. Выбирая, мы лишаемся альтернативы.

Вот почему такая ценность придается определенности и уверенности в себе и так много говорится о бесплодности сомнений, колебаний и метаний. Это распространенная проблема. Люди ложатся спать, крутя в голове: а что, если бы поступил так, а не эдак, сказал то, а не другое, пошел туда, а не сюда?..

Есть хасидская легенда: некий человек постился до субботы, но в пятницу, когда срок поста уже подходил к концу, он увидел колодец и захотел попить воды. Тут же он подумал, что ради утоления жажды весь его недельный пост пропадет, и отошел от колодца. Под влиянием мысли, что им овладело высокомерие, он решил все же напиться воды, подошел к колодцу, но к тому времени жажда его пропала.

В эту дыру — сомнений, выбора, решений — утекает прорва энергии. Той самой энергии, отсутствие которой мешает нам стать успешными психопатами. Чтобы избавиться от сомнений и сделать-таки тот самый выбор, человек взвешивает за и против, читает мантры, рисует таблицы, строит планы и, наконец, пытается «заглянуть в себя».

Но мы уже поняли, что прислушиваться к себе бесполезно. Внутри нас никто не сидит, никакой волшебный подсказчик, который скажет нам, чего мы хотим «на самом-то деле» или что для нас выгодно и хорошо.

Психопат принимает решения быстро не потому, что всегда точно знает, каким оно должно быть, а потому, что дорожит энергией и временем. Для торжественного события под названием «принятие решения» у него несколько разных действий.

Иногда психопат просто знает. Например, есть вещи, которые можно посчитать или узнать в точности, как обстоят дела. (Это вредно, а я не хочу принимать на себя этот риск, значит, надо бросить. Это вредно, но я готов принять на себя этот риск, буду дымить дальше и не париться.)

Иногда психопат принимает случайное решение, что равносильно отсутствию решения. Он поступает так во всех случаях, когда цена ошибки не слишком для него чувствительна, и иногда — когда она чуть-чуть выше.

Иногда психопат принимает решение интуитивно. Как я много раз писал в своих книжках, интуиция — результат опыта, причем такой результат, который возникает у нас до рациональных аргументов. «Я много раз видел картинку, похожую на эту, значит, скорее всего, дела обстоят так, а не иначе». И чаще всего в делах, в которых мы обладаем опытом, интуиция не врет. Да к тому же экономит нам время и снимает головную боль.

Иногда психопат делегирует решение или коротко советуется, а потом следует совету, который кажется ему разумным.

Наконец, психопату не нужно избавляться от сомнений, если он хочет посомневаться. Будто всегда и во всем надо быть таким уж уверенным! Сомнения могут быть плодотворными. Кроме того, сомнения — это дискомфорт, а психопаты любят контролируемый дискомфорт. Если психопат хочет сомневаться, он сомневается и не кажется себе неуверенным или слабым. «Я зашел в тупик, — говорит он себе, — я заблудился, я не развилке, я не знаю, куда идти, я завис в неопределенности. Это положение, в котором можно и нужно помедлить столько, сколько надо».

Так как психопат сомневается редко (большую часть решений он уже отфильтровал и принял почти автоматически), то сомнения имеют для него огромную ценность. Ему не надо прогонять их прочь или «искать в себе» какие-либо ответы. В минуты сомнений ответы приходят не изнутри, а неизвестно откуда. Долгий период зависания дает мозгу поработать чуть иначе, чем когда мы ищем рациональные аргументы. Это «неизвестно откуда» хорошо знакомо не только психопатам и гениям, но и мальчикам и девочкам с математических олимпиад: посидел спокойно пять минут, посмотрел на окно и ветки, так чтобы в голове оставался только звон, а потом посмотрел снова на задачку, а она уж решена. Гном-Тихогром пришел и все решил за тебя.

Наконец, бывают и такие задачи, у которых вовсе нет решения или решения которых нужно подождать. В этом случае человек с нормативной адаптацией попытается выкопать растение и оглядеть корешки: будет ли урожай? Он соберет комиссию, будет судить и рядить, прикидывать вероятности, настраиваться на позитивный лад и т. д.

У психопата просто нет столько нервов. Он слишком нетерпелив, чтобы так активно ждать. Его мозг выбрасывает подобные вещи из головы и забывает навсегда. Потом он приходит на то же место и натыкается на куст или отсутствие куста. «А, так здесь у меня кустик был, похоже, его больше нет», — соображает психопат. Или: «Неплохо, а кустик-то вырос».

Это немного похоже на прыжок веры: разрыв контроля приводит к высвобождению колоссального количества энергии. Она ведь нужна совсем для другого, а не для наблюдения за ростом кустиков, который все равно от нас не зависит. Да-да, «делай что должно, и будь что будет». Человек с нормативной адаптацией повторяет это каждый день, психопат берет и воплощает. Ему не нужна эта головная боль.

Сомнения человека с нормативной адаптацией ведут к фальшивой уверенности и догматизму. Он так мучается от дискомфорта неуверенности, что ощущает уверенность там, где она не нужна, и, наоборот, видит ситуации выбора там, где их можно и не создавать.

Психопат обходится с вещами проще, и это парадоксальным образом приводит к большей толерантности к ошибкам. Пусть я ошибаюсь, говорит психопат, но я сделаю так, как сделаю, а там поглядим. Люди ошибаются, и я буду знать, в чем ошибся — это само по себе уже неплохо. Даже если моя ошибка ведет к боли, никто из нас не избежит ошибок. Мое решение лишь одно из возможных, и я не собираюсь оправдывать его любой ценой. Но и за новым тоже не побегу. Я подержусь какое-то время за то, в чем не уверен, и пусть сама жизнь ищет контраргументы.

Еще один хороший способ принимать решения — говорить «нет» на разнообразные предложения, с которыми приходит жизнь. Слово «нет» вообще первое слово, с помощью которого человек начинает править миром. Отказ от чего бы то ни было есть проявление свободы воли.

Если инициатива не моя, считает психопат, значит, и нужно это, скорее всего, не мне, а кому-то другому. В нашей жизни слишком много всего. Любой отказ сужает направление нашей деятельности. А всем известно, что происходит с напором воды, когда ее пропускают через более узкую дырочку: он становится сильнее.

Существует слово «распыляться». Иногда, возможно, это отличная стратегия, тем более что некоторые психопаты отличаются любопытством к новому и упомянутой выше импульсивностью. Но и слово «нет» может быть очень приятным. Говоришь «нет» — и прямо чувствуешь, как еще одна ненужная часть мира отчаливает от тебя в небытие.

Повторю главное. Сомнения не являются знаком того, что вам нужна большая уверенность в себе или в принимаемом решении. Не нужно торопиться только потому, что сомнения для вас некомфортны, иначе решение за вас примет тревога или другие люди, которые подстроили эту ситуацию как раз для того, чтобы за ваш счет получить преимущество. Существует множество способов принятия решений, которые применяются до возникновения сомнений. Если же сомнения у вас уже возникли, это не повод спешить.