Следующая пара циклов тянулись один за одни, внося некую унылость и тоску. Уже не спасали веселые разговоры за обедом, потому что и они надоедали. Антон очередной раз, не первый в своей жизни, попал в череду скучных «фронтовых» будней. Он уже привык и даже с пониманием относился к происходящему. Уже почти все из службы охраны прошли через лазарет. Даже его напарник Мэтью загремел в мед-блок, но только не Антон. У него будто имелась некая невидимая защита, что уберегала его от всех козней жизни, кроме лишь наверное тех, что были на любовном фронте. Он переставал радоваться легкой службе, потому что скука каждый раз окунала его в пучину воспоминаний и переживаний об Эйли Хоуми, что сейчас возглавляла целую колонию. Он был наслышан о событиях с далекого Парпланда и даже искренне радовался за нее. Только Антон так же понимал, что чем лучше дела у нее, тем вряд ли она станет той самой сговорчивой и милой Эйли, какую он ее знал еще на Би-Проксиме. Он тайно мечтал слетать на Парпланд снова под любым предлогом, чтобы только увидеть ее хоть одним глазком, коснуться ее руки, вдохнуть запах каленого железа и полимерной ткани, который почти всегда сопровождал мехвода. Но именно на ней этот запах ощущался как-то особенно, как-то необычно, тонко и даже будто бы с примесью каких-то цветов. Мечты оставались мечтами. Полететь на Парпланд Антону светило лишь по окончанию полугодового контракта, который он заключил тут на «Эпсилон 4», чтобы закончить карьеру офицера Звездного Патруля на мажорной ноте и, получив максимальное пенсионное, уйти на покой. Оставалось потерпеть всего ничего, каких-то 5 месячных циклов, но Антону это казалось целой вечностью.

Их дежурная с Куртом смена подходила к концу, когда на «горизонте» в яркой вспышке света возник грузовой «Одиссей». Курт был ему сменной парой вместо убывшего в лазарет после недавнего инцидента Мэта. Как раз пришло время 15-минутного перерыва, когда проходит сдача смены новой дежурной паре. Однако те опаздывали, а Курт, не обращая никакого внимания на «Одиссея», собирался для завершения дежурства.

– Может проверим этого? – зачем-то кивнул Антон в сторону экрана, где приближался тот самый «ночной» гость.

С Куртом в отличии от Мэта у Антона как-то не сложилось синергии и взаимопонимания. И сейчас, после его слов, тот посмотрел на него, как на придурка.

– Наша смена окончена… Этот «Одиссей» все равно никуда не пролетит без досмотра, а останется ждать смены.

– Так они еще не пришли… Вдруг этот грузовик с диверсантами? – не унимался Антон, хотя и сам не верил в то, что говорил.

Курт пожал плечами, улыбнулся и покрутил у виска, глядя с улыбкой на Антона, как на умственно отсталого.

– Да, как хочешь! … Этот «Одиссей» никуда не денется, а будет ждать, пока его проверят и определят наши сменщики.

Антон принялся собирать свои вещи, но не торопился сдавать смену. Ни он, ни Курт не могли этого сделать без новой пары офицеров. Антон был старшим в паре, а значит принимал решения. Однако Курт оказывался вне власти из-за окончания той самой смены и мог даже уйти, если посчитает приказы командира превышением полномочий. Антон тем временем скосил взгляд на экран и заметил, что «Одиссей» сменил вектор движения, направившись не к ангару, где они дежурили, а в верхний самый охраняемый сектор. Это привлекло его. Он снова привлек внимание Курта и указал на сменившего курс «Одиссея».

– Он летит сразу к высшему уровню. Странно, да? – сказал он напарнику в надежде переубедить.

– Ну… Может… Там крейсер «Наумо». По любому его развернут, но это уже будет не в нашу смену.

Антон не отставал от него:

– У нас есть еще 10 минут… Может слетаем, произведем сканирование? Это ж по протоколу… Хуже не будет.

Курт же не разделял его рвения и, наконец, прямо сказал об этом:

– Мы сейчас с минуты на минуту смену сдадим, а ты хочешь полетать? Этот «Одиссей» тупо управляется ИИ, везет стандартные грузы общего назначения, типа нашей жратвы или инструментов каких… Для них сбиться немного с курса – это в порядке вещей. С ним «Эпс» разберется и без нас.

Однако Антон не слушал его. Не то, чтобы ему было дело до грузового судна. Просто ему показалось странным, что этот транспортник так удачно попал в пересменку и сразу взял курс не к разгрузочным докам, а в самую секретную зону комплекса. Хотя все это, правды ради, ему было не так важно. Просто Антону хотелось хоть как-то «оживить» скукоту и рутину службы. Ведь после странного инцидента с бывшим напарником Мэтом у него были некоторые вопросы к этому верхнему сектору. А тут как раз подвернулся случай официально просканировать «гостя» и облететь научный комплекс «Эпсилон 4» как раз с той самой верхней стороны. Ходили всякие слухи, что там чуть ли не «оазис» в открытом космосе растет как на дрожжах. Увидев все своими глазами, он смог бы легко задвинуть любого вещателя «сказок» раз и навсегда.

– Ладно. Я слетаю, Курт… Смена все равно окончена – бросил он ему и направился в док за соседнюю дверь, где ожидал готовый к вылету в любой момент космолет класса «Кондор».

Из «приятного» было то, что приняв «Одиссея» на проверку, он тем самым вынудил и Курта дожидаться его возвращения для сдачи дежурства.

25-тонный космолет-«энергетик», резко стартанув, вылетел из нижнего уровня и взял «вверх» вдоль станции. «Одиссей» был виден, но для произведения сканирования нужно было подойти ближе и объявить о своих действиях.

Приятно застучало в висках от стремительного буст-разгона. Антон не хотел упускать «Одиссея» слишком далеко, опасаясь, что его примут из «Наумо», а ему прилетит команда «отбой». Однако все обошлось. Стремительно сократив дистанцию «Кондор» Антона эффектно опередил «Одиссея» и пролетел перед его передом, помахивая крылышками. Состоялся обмен любезностями между ИИ космолета и транспортника. Последний строго последовал инструкциям и отключил систему защиты «Барьер». Но прежде чем Антон приступил к сканированию, он заложил вираж и краем пролетел мимо центрального сектора верхнего уровня. То, что предстало перед его глазами, потрясло. Там в самом центре станции, ее сердцевине, было нечто необыкновенное, похожее на большой пористый планетоид или спутник. Кое-где из его поверхности торчали части металлоконструкции и искусственных элементов. Самое грубое темное каменистое, но с многочисленными порами вещество, выглядело, как некий нарост, лепнина на металлическом «скелете». Был ли там в его глубинах некий оазис с дышащей и бьющей ключом жизнью, оставалось лишь догадываться. Однако Антон знал, что там обитают те самые нейроморфы, которых уже не первый недельный цикл ученые станции пристально изучали. Перед выходом из «пике» он умудрился даже оценить и записать размеры пористого планетоида.

Его космолет вернулся к «Одиссею» и приступил к сканированию. Сначала, казалось, ничего необычного – просто грузы с жидким содержимым, пока внезапно сканнер не заметили вскрытые контейнеры, а вокруг люди, много людей. Они собирались, кучковались, вели себя странно, будто не понимали, кто они и что делают на грузовом корабле. Антон от неожиданности немного растерялся. Следом под сканнер попал небольшой грузовой бокс внутри «Одиссея», расположенный ближе к мостику. Он содержал еще людей, которые, кроме всего прочего, были экипированы и вооружены. «Диверсанты!». Антон тут же активировал сигнал общей тревоги, добавив свою лепту к тому, что уже активировал его искусственный ко-пилот.

– Внимание всем! «Одиссей», немедленно смените курс! … Повторяю!

Однако повторить ему не дали. В эфире появился еще один голос, весьма громкий и раздраженный.

– На связи глава станции Фандор Гезье! … Отмена тревоги! … Судно с грузом в листе ожидания! … Повторяю. Судно пропустить. Вопросов не задавать. Высший приоритет секретности… Конец связи.

Антон получил повтор отмены тревоги уже по линии ИИ. За ним последовало предписание немедленно возвратиться на станцию. В воздухе запахло разборками с начальством, но Антон не опасался их, так как действовал по протоколу. Теперь, после всего увиденного, это уже у него были вопросы к руководству станции.

Вместо заслуженного отдыха Антон получил приглашение «на ковер» к Сиду. Разговор начался мирно и доброжелательно.

– Антон, почему ты принял транспортник, если ваше дежурство подошло к концу? – спросил Сид прямо.

– Мы ждали пересменку, а на радаре появился «Одиссей». Я решил принять его. Есть какие-то проблемы с этим? – так же спокойно пояснил Антон.

Однако внутри него спокойствия не было. Перед глазами встали эти многочисленные человеческие фигуры, перевозившиеся в контейнерах, как какие-то животные. Он сделал над собой усилие, чтобы скрыть недовольство. Сид изучающе смотрел на Антона. В какой-то момент он отрицательно покачал головой и даже выдавил некое подобие улыбки.

– Нет проблем… Просто хочу напомнить о неразглашении.

Антон кивнул.

– Можно вопрос?

Теперь уже кивнул Сид.

– То, что я видел этой ночью, не вяжется со статусом комплекса. Эти люди. Они живые, а их как скот – со сдержанностью и максимальным спокойствием сказал Антон. – Что с ними будет?

Сид вздохнул, помолчал немного и тихо пояснил:

– Ни тебя, ни меня это не касается… У «Одиссея» высокий приоритет и особый уровень доступа. Чтобы ты там не увидел через свои сканеры, забудь. Все совершенно не то, чем кажется.

Антон снова кивнул. Сид нисколько не успокоил его, но эскалировать не хотелось. Антону казалось, что он легко сможет забыть увиденное, просто убедив самого себя словами Сида.

– Я могу идти? – спросил он.

Сид встал и взмахом руки дал понять, что на этом разговор еще не окончен.

– Это не главная причина вызова, Антон… Для тебя есть важная командировка. Нужно привести на станцию одного человека, и ты с этим, по нашему мнению, справишься лучше всех.

– Хм… Интересно. Почему?

– Потому что политическая ситуация меняется стремительно, а у тебя, по моим данным, есть нужные связи, знакомства.

Антон засомневался. Ему в голову не приходило ни одно из мест, где он мог бы иметь какое-то преимущество, тем более если на кону некая неясная политическая обстановка. Ему даже показалось, что Сид ему не доверяет и хочет просто убрать его через командировку. Случившееся «ночью», как решил для себя Антон, явно повлияло на руководство. Он вздохнул и уточнил:

– Куда?

Сид весьма красноречиво ухмыльнулся, словно ждал этого вопроса как раз именно сейчас, сию секунду.

– На Парпланд.