Сегодня Маргарита не приходила ко мне в сон. Я открыл глаза и осознал, что её отсутствие в моих снах не так уж обрадовало меня, как я надеялся.

— С добрым утром! — услышал знакомый голос.

— Чёрт! — Я натянул одеяло на лицо. — Нельзя так пугать!

— Я не хотела тебя напугать.

Я откинул одеяло, взглянув на её довольное лицо: хотела, ещё как хотела.

— Ты была здесь всю ночь⁈

— То же мне, удовольствие! — Маргарита закатила тёмно-карие, почти чёрные, глаза. — Только пришла.

— Чтобы порадовать меня ответами?

— Это вряд ли. Ответы будем искать вместе.

— Славно! — Я ушёл в ванную и крикнул уже оттуда, закрывая за собой дверь: — Я буду принимать душ. Голый! Просьба не подглядывать!

— Что я там не видела, — прилетел мне ответ.

Я вернулся в комнату, из одежды на мне снова, как и в нашу первую встречу, было только полотенце на бёдрах. Это уже начинает входить в традицию.

— Оценила твои формы, — ехидно улыбалась Маргарита, накручивая полупрозрачную прядь рыжеватых волос на палец.

— Я так понимаю, для тебя не существует закрытых дверей?

— Не-а, — подмигнула мне она.

— А чувство такта отбирают на входе в загробную жизнь?

Маргарита снова закатила глаза.

— Сколько тебе лет? — кокетничала она.

Я встряхнул мокрой головой, надевая рубашку.

— До возраста Христа ещё не дожил, — решил пошутить я, но понял, что вышло не совсем удачно.

— А выглядишь старше, — заметила Маргарита.

Ничего не ответив, я натянул брюки и стал причёсываться.

— У тебя волосы длиннее, чем мои!

Я усмехнулся.

— И ухоженнее. Чем ты занимаешься?

— Волосами, — стягивая хвост на затылке, ответил я.

— Правда? Не мужское это дело, — подмигнула мне Маргарита.

Моментами её хотелось прихлопнуть, как назойливую муху.

— И давно ты ими занимаешься? — не отставала она.

— Последний год. У меня амнезия. Чем занимался три выпавших из памяти года, я не помню.

— Я тоже не помню. Но только один день, — она на секунду замолчала, будто задумалась, а потом бросила в меня: — день своей смерти.

— И никто не может тебе рассказать?

— А тебе⁈ — фыркнула Маргарита, явно задетая моим вопросом.

— Никто, — отшатнулся от неё я, всё ещё не зная, чего ожидать от призрака. — Я никого не помню из тех трёх лет. А из жизни до никого не осталось в живых.

— А любимая женщина? — сощурилась она.

— Я её не помню.

— Соседи. Хоть кто-нибудь! — Маргарита разозлилась: замигали лампочки в квартире.

— Сильная у тебя энергетика, — заметил я.

Она замолчала и успокоилась — свет тоже выровнялся.

— Я искал, — продолжил разговор я. Наверное, мне просто хотелось выговориться, ведь я обсуждал это только со своим психотерапевтом. И пусть сейчас моим слушателем был призрак незнакомой девушки, я чувствовал, что могу довериться ей. — А меня не искал никто.

— Всё это очень странно, — задумчиво произнесла Маргарита.

— Уж не страннее, чем твоё присутствие здесь. — Я стоял у входной двери. — Мне нужно съездить в салон.

— Я с тобой, — заявила она.

Я пожал плечами, и мы вместе вышли из квартиры.

— Это твоя квартира или съёмная? — спросила Маргарита, когда мы зашли в лифт.

— Съёмная. Свою я продал. Нужны были деньги на лечение после амнезии, — я отвечал ей, пока в лифте были только мы.

— Не мог что-то побольше найти? — заявила она.

Я косо посмотрел на неё:

— Ты и при жизни была такая противная?

Маргарита пожала плечами:

— А что говорят врачи?

— Что я пережил какое-то сильное эмоциональное потрясение.

Лифт открылся тремя этажами ниже, и в него зашла пожилая женщина с собакой. Пёсик съёжился в углу лифта и стал скулить, уставившись туда, где стояла Маргарита.

— Смотри! — Казалось, она удивилась неподдельно. — Животные на самом деле видят и чувствуют таких, как я…

Лифт открылся на парковке. Пожилая женщина подхватила дрожащего и скулящего пекинеса на руки и спокойно ушла к старенькому форду. Я же смог прийти в себя только когда сел за руль своего автомобиля.

— Разве у человека, потерявшего память, не отбирают права? — неэтично напомнила Маргарита, занимая место рядом. Перед ней даже не пришлось открывать дверь, но я вспомнил об этом, когда присел на водительское сиденье.

— Я пересдавал, — буркнул я, положив руки на руль. — И у меня частичная потеря памяти. Как водить я помню!

— Ты чего трясёшься? — Маргарита наконец обратила внимание на моё состояние.

— То есть, тебя вижу только я и животные? — я посмотрел на неё.

— Выходит, что да. — И это её ничуть не волновало.

Я завёл машину, и мы тронулись с места. Несколько минут оба молчали.

— Я, конечно, уже мертва и мне это не навредит, а вот тебе авария память не вернёт, — Маргарита вновь напомнила о своём присутствии. Но вряд ли я смогу забыть, что у меня на пассажирском — призрак.

Я ловко выворачивал руль и петлял между другими автомобилями.

— Расскажи мне, что там, — я проигнорировал её слова, не снижая скорость.

— Есть два нюанса. Я сама ещё толком ничего не поняла. Это первое. И что-то мне подсказывает, что я не должна говорить об этом с тобой. Это второе.

— Что-то? — Я следил за дорогой, не смотрел на неё, только слушал.

— Кто-то.

— И кто же?

— Ангел Хранитель.

После этих слов я перевёл на неё удивлённый взгляд:

— Они… существует?

— Представляешь! — не без сарказма воскликнула она.

На ресепшене меня остановила администратор.

— Миш! — Она вылезла из-за стойки и бежала ко мне в узкой юбке и на тонких шпильках.

— Интересно, она что, даже не запутается в своих ногах и не распластается перед нами на вылизанном полу?

Комментарий Маргариты вызвал у меня смех. Я, едва сдерживаясь, поприветствовал Наталью:

— Добрый день, — натянуто улыбнулся я.

— Тебя давно не было. Ты в порядке? — Наталья коснулась моего локтя.

— Ты её волосами тоже занимаешься? — Маргарита опять вставила свои пять копеек. — Или ты с ней спишь?

— Нет! — вслух выпалил я.

— Что-то случилось⁈ — воскликнула Наталья.

— Это я не…

— Ага, скажи, что не ей. Кроме тебя и её тут никого! — Маргарита усмехнулась.

— Я в порядке, Наталья. У себя?

Она кивнула.

Мне нужно было подписать заявление на отпуск. Я направился в кабинет начальника, а Маргарита последовала за мной.

— Глаза разуй! Она так и излучает феромоны, призывающие тебя к сексу.

— Ты можешь не ставить меня в неловкое положение? — шёпотом сквозь зубы попросил я, остановился возле двери и огляделся: в коридоре никого, кроме меня и следующего по моим пятам призрака, не было.

— Я правду говорю. А если правда ставит тебя в неловкое положение, это твои проблемы.

— Мне нужно подписать заявление на отпуск. Можно, я зайду в кабинет один?

— Конечно-конечно! — Маргарита всплеснула руками. — Волосы начальника тоже нуждаются в твоей заботе? Или ты не о его волосах заботишься, а о своём положении?

Я схватился за ручку, стиснув зубы, чтобы ничего не ответить ей.

— А где ты был?

— Я же попросил! — прошипел я и посмотрел на неё.

— Ответь, и я замолчу, — невинно улыбалась Маргарита.

— Ночью страдал бессонницей, а днём отрубался и проваливался в сны, где видел твой, чёрт побери, портрет!

— А Наталья переживала… — Маргарита закатила глаза.

— Ты и при жизни была такой?

Она замолчала. Я вздохнул и вошёл в кабинет.