3 ноября 2037 года Ивану исполнился ровно один год.

День выдался тихий и солнечный — редкий для начала ноября. Мы не устраивали шумный праздник: только свои плюс Лиза, которая гостила у нас уже ровно месяц — с 3 октября.

Утром Лусия (ей было уже три с половиной года) торжественно вручила братику самодельную открытку с кривыми сердечками. Лиза, которая помогала ей раскрашивать карточку ещё неделю назад, теперь сидела рядом и улыбалась, пока Лусия важно объясняла Ивану: «Это тебе, потому что ты мой брат!»

Алехандро купил простой шоколадный торт. Мы воткнули одну-единственную свечку (в очередной раз), и Лусия с Лизой вместе помогли Ивану задуть её. Лиза смеялась, а Лусия пыталась кормить братика ложкой фруктового пюре, хотя больше пюре попадало мимо. Шоколадный торт стоял чуть в стороне — для взрослых и — немножко — для Лусии — она ведь уже «большая».

Я сидела на ковре, держала Ивана на коленях и смотрела на эту картину: Лусия с ладошками в шоколаде, Лиза с мягкой, чуть усталой улыбкой (она уже привыкла к нашему ритму жизни), Алехандро, который снимал нас на телефон и не мог скрыть тихой радости.

Ближе к вечеру позвонила мама. Я включила видео. Она увидела перемазанного пюре Ивана, Лусию, которая гордо показывала бабушке открытку, и Лизу на заднем плане. Мама поздравила внука тихим, дрожащим голосом, спросила, как мы все. Папа тоже мелькнул на экране и сказал коротко: «С днём рождения, малыш». Они не попросили позвать Алехандро, а я не стала предлагать.

Когда дети наконец уснули, а Лиза ушла читать в гостевую комнату — мы с Алехандро остались вдвоём на террасе. Он обнял меня сзади и тихо сказал:

— Спасибо, что у нас есть этот день… и что Лиза здесь уже месяц.

Я кивнула. Несмотря на всю тяжесть, которая всё ещё висела вокруг после скандала, у нас получился тёплый, настоящий первый день рождения нашего сына.