К сожалению, с вечера у меня совершенно вылетело из головы, что я должен одобрить окончательный вариант договора с Желтопяткиным по совместной акции. Стенды и рекламные листовки-купоны были уже готовы, как и товары, но оставался заключительный этап, потому и важный.

Так что утром позвонил Александр Антонович с закономерным вопросом: где его партнёр? А я как раз находился на границе китайского квартала, несмотря на всё недовольство стоящего рядом Климова. Пришлось разворачиваться на месте и отменять планы на радость начальнику охраны моей тушки.

— Чтобы сегодня же, самое позднее после обеда, аптекарь был у меня! — недовольно заявил я и сел в машину.

— Сделаем в лучшем виде, Сергей Константинович, — Фирс расплылся в довольной улыбке, заглядывая в авто. Я кивнул своему человеку, и тот повёз меня к партнёру.

Учитывая, что большинство вопросов было улажено уже давно, у Желтопяткина задержался ненадолго. Тем более Анна уже находилась там. А ведь могла бы и напомнить мне за завтраком о встрече!

Я ещё раз внимательно перечитал договоры, подписал их вместе с сестрой, забрал рекламный материал и поехал к себе домой. Девушку же подбросил в магазин, сделав крюк. Она ожидаемо обиделась на мои претензии.

— Откуда я могла знать, что ты забыл о встрече?

— Не могла, — согласился я. — Но ты моя главная помощница, твоя обязанность — напоминать о важных вещах!

Зайдя к себе в кабинет, с успокоением обнаружил на столе в стопке корреспонденции нужное приглашение. Оставалось ещё четыре часа. Немного подумав, взял собранные документы и направился к бирже. Но там даже принимать никто не захотел! Якобы работника ответственного нет на месте. Бардак!

Когда уже собрался уходить ни с чем, меня перехватила тучная тётка и отвела в сторонку.

— Сергей Константинович, — заговорщически начала она, бросая взгляды на пустой коридор, — совершенно случайно услышала о вашей проблеме. Вы ведь хотели бы скорое решение?

— Разумеется.

— В таком случае подходите через пять минут к девятому кабинету. Лев Петрович вас примет.

— А он кто? — нахмурился я.

— Тот, кто вам поможет, — ответила женщина и, развернувшись на каблуках, ушла. Перед этим стрельнула глазами по коридору, где появился уже знакомый мне служащий.

— Я ведь вам сказал: никого нет на месте, — повторил он, прошагав мимо. — Просто находясь в стенах, вы ничего не получите. Приходите завтра!

— Разумеется. А где у вас уборная?

Мужчина вздохнул и показал направление.

Через пять минут я уже был у нужного кабинета. Постучался, зашёл. Здесь имелись два стола — секретаря, той самой женщины, а также Льва Петровича —грузного дядечки с цепким взглядом.

Начал он издалека: говорил что-то о специфике работы. Но после моего вопроса о том, сколько хочет, забеспокоился и написал сумму на листке.

— Это первый взнос, разумеется, — улыбнулся мужчина доброжелательно.

Я чуть не присвистнул. Дорого. Очень дорого.

— А о каких компаниях и услугах вы говорили? — решил переместить разговор в иное русло, чтобы иметь время подумать, пока не уйду.

— Да, разумеется, — закивал тот, уверенный, что я уже никуда не денусь. — Вы можете заключить сотрудничество с любым из посредников либо организовать свою собственную компанию. Это дороже, разумеется, но на перспективу куда выгоднее. Лев Петрович ещё что-то болтал, пытаясь залить мне уши мёдом о выгодном сотрудничестве с ним. Вот только я понимал, что это лишь очередной желающий нажиться. Зачем мне череда посредников, спрашивается? Ещё и каждому дай на лапу.

Внезапно взгляд зацепился за знакомую фамилию. Филинов! Учредитель со стопроцентным участием, директор — Черноклювина, фамилия мне совершенно не знакома. «Вольф трейд компани». Я усмехнулся, вспомнив фильм. Интересно, почему не тотемное животное в названии?

Ну адвокат, ну деятель! Уже и здесь приплёлся. Страшно представить, какую теперь цифру я увижу над его головой. Похоже, будто прохлаждаюсь на его фоне.

— Простите, меня дела ждут, — вклинился я в монолог Льва Петровича. — Обязательно зайду, но чуть позже.

— Конечно, буду вас ждать, — он привстал и протянул руку. Я пожал ладонь, кивнул ему и поспешил покинуть здание.

Разумеется, возвращаться к этому посреднику не собирался. Но не заявлять же подобное в лоб?

Водителю отдал указание ехать к офису адвоката. Увы, помощник сказал, что начальника на месте нет. И когда будет, он не знает. Пришлось развернуться и отправляться домой, так как стоило переодеться и подготовиться к визиту. Раз уж организовали встречу, необходимо явиться.

— Ты куда меня везёшь? — насторожился я через какое-то время, сжимая монету между пальцами.

— Фирс Трофимович сказал, что вас ожидает срочная встреча. По вашему же указанию.

— А чего молчал?

— Так я говорил. Вы задумались и не расслышали, наверное, — растерялся парень.

Я не стал это комментировать, так как действительно думал в тот момент о том, где и когда мне искать Филинова. А потом внезапно осознал, что даже номер телефона не спросил! А вдруг тот уже приобрёл сей ценный аппарат? Ведь мы разговаривали об этом когда-то.

Отвезли меня к бару Печаткина. Я уж думал, что больше не увижу это место. По крайней мере, точно не так скоро.

Хозяина здесь не было, как и вообще никого. Заведение ещё банально не открылось. Через пустые помещения меня провели в уже знакомый кабинет, где на месте начальника сидел Климов, а на стуле в угле — китаец, скрюченный так, будто его похитили и держат в неволе.

Завидев меня, Фирс вышел из-за стола, освобождая место. Я же обратился к вмиг ободрившемуся аптекарю:

— Утро доброе, дедушка Лю!

— Здравствуйте, юный господин! — начал тот кивать. — Вы зачем меня, старика, выдёргиваете? Пригласили бы, и я пришёл бы добровольно, а не вот так.

Он сделал неопределённый жест рукой, указывая на обстановку.

— Уверен, вышло недоразумение. Мои люди, возможно, немного перестарались. С вами хорошо обращались?

Старик задумался, но принял решение не жаловаться.

— Так что по нашему вопросу? Вы дадите мне ответ? — вернулся я к делу, приглашая его за стол переговоров.

— Да, юный господин, — вздохнул пожилой китаец. — Времена у нас… неспокойные. Но отчасти потому и найдутся люди, готовые уехать из города, если вы побеспокоитесь об их безопасности.

— Разумеется, их будут охранять, — уверил я его.

Хотя, скорее, это они старые коровники будут сторожить, но можно было и что-то придумать на крайний случай. Мой человек или Печаткина для присмотра. Озвучивать детали старику я не стал, хоть голова уже заработала над этим вопросом.

— Семья из пяти человек. Мои родственники.

— Вы ведь понимаете, что работа у них будет обычная, сортировка? — удивился я.

— Да, но требуется оградить их от проблем старика, — тот виновато улыбнулся и, видя, что я не перебиваю, продолжил: — Месяц как приехали, русского языка не знают. Но там будет ещё два, они понимают. Итого семеро. Вас устроит или нужно больше? — он внимательно посмотрел на меня, даже немного заискивающе.

— Устроит, мне сейчас много и не нужно, — кивнул я в ответ.

Посмотрел на часы. Времени до встречи оставалось всё меньше.

— Давайте так, дядюшка Лю. Я напишу вам письмо с деталями либо пришлю посланника — что, где и когда. Максимум через два дня. Хорошо?

— Вы спешите? — напрягся он. Похоже, я и правда выглядел нервозно, а не как хотел — спокойно и умиротворённо.

— Верно подметили. У меня ещё одна встреча, на которую не хотелось бы опаздывать.

— Не буду задерживать, — слегка поклонился старик.

— Фирс Трофимович, отвезёте его обратно?

Мужчина кивнул, я же поспешил к машине.

Очередной особняк в центре города встретил меня безмолвием. Почему-то тишина тут же начала немного давить на голову. Всё в коврах, тканевые обои. Дорого-богато, много статуэток и прочего хлама, призванного обозначить достаток владельца дома.

Встретил меня местный дворецкий и сопроводил в кабинет. Вместе с хозяином дома здесь находился Пётр Сычёв собственной персоной. И тут никто не спешил переходить к сути дела, так что пришлось выслушать кое-какую ненужную информацию, которая должна была дать мне понять, что я пришёл не к абы какому человеку, а весьма уважаемому и компетентному.

Я и так был на взводе, но приходилось сдерживать себя, чтобы не ударить в грязь лицом. Когда, наконец, Сычёв ушёл, Владимир Алексеевич соизволил перейти к сути, если можно так выразиться.

У него имелась своя компания по обслуживанию желающих работать с биржей макров. Я даже видел его в списке, в котором находил и Филинова. Мужчина ожидаемо попросил много, но не твёрдой суммой, там как раз ценник оказался достаточно низким. Суть заключалась в комиссии от партии, и это не считая внутрибиржевых сборов.

Чем больше я вникал в тему, тем яснее понимал, что оно мне не сдалось ни разу. Оставался один единственный вариант — Филинов. Если и он затребует сверх меры, то, значит, судьба у меня такая. Придётся отложить внешнюю торговлю в долгий ящик.

Собственно, к Филинову я и направился. Должен же он уже освободиться? И в этот раз его офис был оживлён. Но так может быть, пожалуй, только в вольном городе Кустовой.

Фасадное панорамное окно — бывшая витрина — разбито. Причём не только его адвокатский офис, но и у соседей. На внешних стенах, на внутренней отделке — дырки, которые ни с чем не спутаешь. Это попадания пуль.

Такое тут не каждый день, но случается. Возможно, мне ещё стоит гордиться, что я не попадал в подобную ситуацию. Хотя откуда? Простой торговец, с криминалом дел не имею, по сути. А вот адвокат…

Несокрушимым солдатом внутри офиса стоял сейф. Он тоже был «побит», но пули его не пробили — не смогли преодолеть броню, защищавшую бесценные папки с делами о супружеских изменах или мошенничестве при уплате налогов.

Так как я подошёл очень близко, то один из полицейских, немолодой, с налитыми кровью глазами, выдвинулся ко мне.

— Кто таков? — не очень-то вежливо спросил служивый. Насколько мне подсказывают его погоны, это следователь, а не обычный городовой.

— Барон Скарабейников, патриарх рода, — я показал перстень, отдавая себе отчёт, что полицейский чин в регалиях не разбирается, но они его хотя бы отпугнут. Желания общаться с «синими мундирами» у меня не было.

— Простите, ваша светлость, служебная необходимость… Прошу пояснить, не адвоката ли Филинова вы ищете? Или в часовую лавку?

— Именно его, — не видел смысла врать. Мои визиты не имеют ничего предосудительного.

— А кем вы ему приходитесь?

— Никем, — поморщился я глупому, по сути, вопросу. — Клиент, он просто ведёт некоторые мои дела. Детали пояснить затрудняюсь. Что тут вообще произошло?

— Это мы как раз выясняем. Нападение, пальба. Были ли у вашего Филинова враги?

— А почему вы о нём в прошедшем времени? Он что, погиб? — насторожился я.

— Это я так, профессиональная привычка. Пока живьём не видели. Так что думаете, могли его конкуренты прищучить?

— Конкуренты? — этот разговор меня начал утомлять. — Полагаете, другие адвокаты скинулись и наняли банду ковбоев, чтобы они тут всё так постреляли?

— А что, версия рабочая. Как вы сказали? Ковбойцы?

Я вздохнул.

— Зайду к часовщику с вашего позволения. Раз уж нет адвоката, попрошу мои часы посмотреть.

И я действительно зашёл к мастеру, который мерно раскачивался, сидя на своём стуле, и время от времени горестно вздыхал.

— Большие убытки? — спросил его с порога.

— Ой-вей, сорок два рубля витрина, трое часов общей суммой на почти девяносто. Осколки побили паркет, его придётся циклевать. Мастер-скряга ещё не назвал сумму, но по глазам видно, что не меньше тридцати сдерёт, ещё и на два дня заставит закрыть лавку, пока лак сохнет, — начал часовщик поток стенаний, будто только и ждал команды. — А как его тут оставишь одного? Вдруг он что-то сопрёт, вражья душа? А сидеть рядом опасно, пары лака вредны для лёгких старого человека. Нанимать кого-то из бедовых сыновей Лайи? Выйдет на двадцать рублей. Организовывать вывоз товара? Тоже расходы, да и где хранить?

Я подал ему визитку.

— Как коммерсант коммерсанту, если понадобится где-то временно разместить товар, я помогу. По-товарищески, в трудный-то момент. Без всякой оплаты. Но на чёрном рынке, мне мой водитель рассказывал, продаются поношенные армейские противогазовые маски, которые против военных газообразных ядов. Само собой, против паров простого лака тоже могут помочь.

— Сидеть в такой маске и своими глазами следить за прохвостом дешевле всего, — уцепился за мою идею немолодой часовщик. — Чем могу помочь коллеге?

— Я Филинова ищу. Никак не поймаю.

— Как без труда могли заметить, не один вы его ищете, — усмехнулся торговец. — Жаль, требования к нему за ущерб не предъявишь.

— Почему? — не понял я. Похоже, разговор начал уходить совсем не туда, куда надо.

— Кто же судится с адвокатом? С него где сядешь там и слезешь, — отмахнулся он, театрально смахивая слезу с уголка глаз.

— При встрече замолвлю за вас словечко… Ну, что было бы благородно субсидировать ваши расходы негласным образом, — невинно забросил пробный шар я. — Жаль, никак его не поймать. В разбитом офисе он и не появится.

— А вы позвоните.

— Номера нет, — неопределённо пожал плечами я.

— Пишите! — выставил вверх палец часовщик. — Да не забудьте про старика, пострадавшего от злых бандитов.

Так как драгоценный номер был раздобыт, я поспешил покинуть лавку часовщика. Удалился по улице подальше от полиции и посторонних ушей и набрал Филинова.

— Алло. Да. Кто это? — раздалось вопросительное из трубки.

— Сергей Скарабейников. Аркадий, никак не могу вас поймать.

— Приветствую! Ну да, то одно дело, то другое, я сейчас наразрыв.

— Ещё и офис обстреляли, — не смог сдержаться от колкости.

— Ну да, это тоже. Вы уже в курсе, я так понял.

— Я уже даже невольно подал идею следствию — про ковбоев.

— Кого?

— Аркадий, я, собственно, проконсультироваться хотел. Слышал, вы проявляли интерес к бирже макров?

— Ещё и какой.

— Как нам поговорить?

— Приезжайте, поговорим. Хоть сейчас.

— Было бы здорово узнать, куда, то есть адрес, — с трудом сдерживая раздражение, ответил я, ведь единственное достоверное место его работы разгромлено.

— Дык к бирже макров и подъезжайте. Тут рядом есть обнесённая забором территория. По диагонали на перекрёстке, никак не спутаете. Адрес не помню…

— Я понял. Сейчас приеду. Сможете ведь мне время уделить?

— Смогу, буду рад увидеть. Я вообще всем, кто не пытается во мне лишних дырок наделать, рад.

— Скоро буду.

Через четверть часа мы подъехали к бирже. Я посмотрел на непримечательное, но в то же время так привлекающее меня в последнее время здание. Неужели вопрос наконец-то решится?..

Ворота на закрытую территорию почему-то находились в переулке. Их охранял пожилой китаец, который при виде меня неискренне улыбнулся.

— Я к Филинову.

— Моя не говорить по-русски.

— Мамка твоя — германский конь, — сорвался я. — Как мне тогда пройти, если ты ни бельмеса?

— Два, три, царь, добрый день, рубли, пожалуйста, стол, — улыбнулся он пожелтевшими от времени зубами.

— Фи-ли-нов! Аркадий Ефимович! — громко и отчётливо сказал я.

Сквозь проём была видна часть участка. Пока перетаптывался, мне стал виден дальний край, где и правда стоял, засунув руки в карманы, адвокат.

Увидев меня и пару секунд полюбовавшись на сцену непонимания между представителями разных народов, он зычно крикнул:

— Эй, старый самурай, пропусти его! Это ко мне!

И хоть «старый самурай» только что не понимал по-русски, он обернулся, кивнул и открыл ворота.

— Аркадий! — облегчённо выдохнул я, протягивая руку адвокату.

— Сергей!

Мы поздоровались, и он проводил меня к столу, который был выставлен на одном из углов участка, словно за ними собирались обедать работавшие тут во множестве китайцы.