Леоринэль, зарычав, впился в мой рот, окуная в безбрежный океан своей страсти. Я тонула, захлебываясь, дыхания не хватало, но его сильные руки подхватили меня, усаживая на бедра. Рывок, и эльф бережно опускает меня на стол, вклиниваясь между моих широко разведенных ног. Он ни на секунду не прекращал целовать меня. Чуткие пальцы гладили шею, спускались ниже к груди, обводя налившиеся полушария. Я дорвалась до его чудесных ушек и проводила пальчиком по бархатистой удивительно нежной коже, заставляя его судорожно всхлипывать и содрогаться всем телом. Мы оба буквально сошли с ума и загнанно дышали.

– Леоринэль! – прозвучало яростно из-за двери. – Открой немедленно, Сэйт тебя дери!

Эльф прижался лбом к моему лбу и хохотнул тихонько. Его грудь шумно вздымалась, а руки просто намертво прилипли к моему телу.

– Не могу оторваться от тебя, желанная моя, – подтвердил он мои мысли.

– А придется, – шумно выдохнула Шиана и хохотнула, продолжив: – Это какое-то невероятное притяжение. Никогда бы не подумала, что так может быть, если бы не почувствовала на себе.

Вынужденно разжав руки, отпустил ее и отошел, снова застегивая рубашку и пряча метку благословенного союза. Она судорожно одернула задравшееся платье, скрывая от меня свои шикарные ножки, и поправила прическу, но ее зацелованные губы ярче любых слов говорили о произошедшем здесь.

– Трелорин, чтоб тебя! – загрохотало снова. – Я сейчас вынесу дверь!

Фабрициус был в бешенстве. Не хотела бы я столкнуться с разъяренным ректором.

Прежде чем двинуться к двери, расправил еще раз пышную юбку Шианы и спрятал непослушный огненный локон в прическу. Не сдержавшись, легко коснулся пухлых губ и только после этого распахнул дверь.

В мой кабинет черным вихрем ворвался Геноа. Темно-синие, почти черные глаза метали молнии, обещая на мою голову все известные в нашем мире проклятия.

– Где она? – прорычал он, сжимая кулаки.

Ректор, похоже, потерял мою девочку. Ревность черной тяжелой волной окатила нутро, в глазах потемнело.

– Господин Геноа? – несмело позвала Шиана.

Облегчение каменного змея было вполне осязаемым. Нахмуренный лоб разгладился, злые суженные глаза распахнулись в счастливом удивлении, и он развернулся всем корпусом к ней, шагая вперед. Чужие руки оплели узкую талию, притягивая к груди. Он опустил подбородок ей на макушку и сдавленно пробормотал:

– Ты ушла из лекарского крыла, никого не предупредив. Я волновался.

– Со мной все в порядке, – произнесла девушка, отстраняясь от Фабрициуса.

Он скользил голодным взглядом по ее лицу и вдруг замер на губах. Да! Они все еще были припухлыми. Если бы змей мог убивать взглядом, я был бы уже мертв.

– У меня к тебе разговор, Леоринэль. Дождись меня, – настойчиво потребовал ректор, подталкивая Лану к выходу.

– И куда это ты собрался? – остановил его вопросом.

– Провожу госпожу Нарвус и вернусь, – бросил он через плечо.

– Шиану провожу я! – припечатал в ответ.

– Детский сад! – буркнула девушка, освобождаясь из твердой хватки Фабрициуса. – Мне вполне по силам добраться самой.

– Нет! – рыкнули единодушно мы с Фабрициусом.

– Ладно, подожду в коридоре, – согласно протянула девушка и закатила глаза. – Только не вздумайте устраивать драку! – строго предупредила Лана и вышла, прикрыв за собой дверь.

Фабрициус Геноа

Едва за Шианой закрылась дверь кабинета, и белобрысый красавчик развернулся ко мне с сияющим улыбкой превосходства лицом, я просто обезумел, приближаясь к стихийной трансформации.

– Я требую объяснений, Леоринэль! Что между тобой и госпожой Нарвус? Неужели ты нарушил собственные гребанные правила? – рявкнул зло, оказываясь совсем рядом с ним.

– Это тебя не касается! – холодно отбрил эльф.

– Ошибаешься! Шиана моя! – схватил его за грудки и встряхнул хорошенько.

Трелорин ухмыльнулся так покровительственно, отцепляя мои пальцы.

– Уже нет, – ответил он. – Насколько я понимаю, супругой она тебе стать не может, по уровню магии не дотягивает, а интрижки с тобой крутить я ей не позволю.

– Интрижки? Ты в своем уме? Мой змей выбрал ее! – зашипел так, что по скулам заскользили чешуйки, клыки удлинились. Я был в шаге от того, чтобы убить своего конкурента.

Внезапно дверь распахнулась и в кабинет влетела разозленная Шиана.

– Может, хватит уже? – рявкнула она. – Вы орете так, что слышно даже на улице. Что вы тут устроили?

Гневно раздувая ноздри, красавица подошла к Леоринэлю и встала рядом с ним. Едва не выпустил хвост, чтобы притянуть ее соблазнительную фигурку к себе.

– Хочу, чтобы вы оба усвоили раз и навсегда, – начала она, – я плевать хотела на все эти ваши магические заморочки. Ясно?

– Законы магии незыблемы в нашем мире, – менторским тоном возразил ей.

– Вот именно, что в нашем, – пробубнил Трелорин.

– Не понял, – переспросил я.

– Сейчас поймешь, – пообещала Шиана.

А после она стребовала с меня магическую клятву и рассказала все, что скрывала. Боги свидетели, мне стало гораздо легче. После ее рассказала мозаика, наконец, сложилась. Невероятно! Душа из другого мира.

– Мне приказали убить тебя. – А вот это уже интересно.

– Ты помнишь еще хоть какие-то детали? Имя? Внешность? Как он вышел на тебя? – стал задавать вопросы я.

– Ни-че-го, – расстроенно протянула девушка. – Память, доставшаяся мне вместе с этим телом, очень избирательна. И убийца все время использует какую-то хитрую маскировку. Знаю только, что именно благодарю ему Шиана попала в академию.

– Меня сейчас больше волнует твоя магия, – задумчиво протянул я.

– Серьезно? Даже не угроза собственной смерти? – возмутилась девушка.

– Ты даже не поверишь, сколько раз меня хотели убить, – отмахнулся легко.

– Думаю, в этот все будет по-другому, – нахмурился Леоринэль. – Ты же понимаешь, что ему удалось как-то протолкнуть кандидатуру Ланы через мое ведомство, причем так, что, если бы не многоуважаемый второй советник императора, а бы даже не обратил внимание на ее личное дело.

– Второй советник? – удивилась девушка.

– Да, один из отцов Лианы, – пояснил для нее.

– Постой-ка, – прищурилась она. – Значит, эта малолетняя нахалка нажаловалась своему папаше, а уж он расстарался и отправил сюда главу Тайной службы по мою душу?

– Орден ему, что ли, вручить? – мечтательно протянул эльф. – Если бы не он, мы бы не встретились.

Девушка раздраженно фыркнула:

– Лучше подумайте, как ловить преступника будете.

– Тут уж, мой огонек, мы сами разберемся, – сладко мурлыкнул Трелорин, приобнимая девушку за талию.

– Сами разберетесь? – приподняла бровь Шиана и скинула руку эльфа. – Вот и прекрасно! Желаю удачи! – красавица, качая бедрами, направилась к двери.

– Мы еще не закончили, – с угрозой протянул Леоринэль, – вернись!

– И не подумаю! – гордая малышка открыла створку и громко хлопнула ею перед самыми нашими носами.

Едва не застряв в узком для двоих проеме, поспешили следом.

– Девочка моя, – поравнявшись с ней, ухватил под локоток, притормаживая.

– Она – моя девочка! – не сдавался Леоринэль, вставая с другой стороны.

– Детский сад! – покачала головой Шиана. – Я – своя собственная. Понятно?

– Ты больше никогда не будешь своей собственной, – прошептал ей прямо в губы, прижимая своим торсом к груди эльфа.

Шиана Нарвус

Сердце забилось как сумасшедшее, губы пересохли, и я облизала их. По ребрам пробежала сладкая дрожь.

– Я не отпущу тебя, – выдохнул Фабрициус, нежно прихватывая верхнюю губу.

– Мы не отпустим, – вторил ему Леоринэль, осыпая легкими поцелуями мою шею.

Его широкие ладони скользнули на бедра, сминая легкую ткань платья. Попкой я чувствовала твердый пах, а в низ моего живота упирался возбужденный член Геноа.

Они не давали мне передышки. Пальцы ласкали щеки, спускались к груди, обводя потяжелевшие полушария. Соски сжались от странного, постыдного удовольствия. Низ живота опалило жаром. Это было так остро и невозможно горячо. Я страстно отвечала на поцелуи Фабрициуса, запускала пальчики в черный шелк его волос. Бедрами выписывала восьмерки, вдавливаясь в твердую плоть эльфа. Его хриплые еле слышные стоны будоражили кровь, заставляя ту течь раскаленной лавой по венам.

– Невероятная, – тягуче выдохнул Геноа, скользя раскрытым ртом по моей скуле, спускаясь к шее.

Он прихватывал нежную кожу зубами, а я откинулась на широкую грудь Леоринэля, открываясь для Фабрициуса. Это все было так неправильно, но в то же время невероятно волнующе. Никогда еще я настолько не теряла голову… Хотя нет. Это уже было один раз в аудитории зельеварения. Но тогда ректор был один. Сейчас же они вдвоем раскрывали новые горизонты моей чувственности. Оттолкнувшись бедрами от эльфа, я пробежала пальцами по ребрам Геноа, прочертила дорожку к краю брюк и опустила руку на его потрясающую эрекцию, сжимая.

– Да-а-а-а-а, – низко протянул Фабрициус, глядя широко распахнутыми глазами на мою бесстыжую ладонь.

В коридоре, откуда мы так и не смогли уйти, раздались голоса.

– Черт! – выдохнула я.

Ректор раздосадовано застонал, упираясь лбом в мою высоко вздымающуюся грудь. Его ловкие пальцы сноровисто расправили задравшееся платье (и когда только успели?). Рука Леоринэля успокаивающе огладила шею сзади, лаская позвонки, а вторая заскользила по ребрам, а в следующий момент все прекратилось.

Я еще была дезориентирована и крайне смущена. Мое румяное от возбуждения лицо с искусанными губами скрыл Фабрициус своей широкой спиной, а Трелорин цепко ухватил за талию, подталкивая вперед. Пожелав кому-то светлого утра, ректор двинулся дальше, по-прежнему пряча меня, а эльф склонился к уху и стал нашептывать возмутительные пошлости. Не поверите, после этого у меня осталось только одно желание… Успокоиться? Как бы не так. Мне хотелось вцепиться в белоснежные длинные локоны, намотать их на кулак и с силой дернуть назад, чтобы впиться губами в шею, оставляя алеющие метки на белоснежной коже. Ноги подрагивали, перед глазами все расплывалось, в ушах грохотал пульс, отстукивая секунды до взрыва. Не представляю, как дошла до своей комнаты. Скорее всего, Леоринэль просто нес меня, прижимая к своему боку.

Дверь скрипнула, меня буквально затолкали внутрь.

– Увидимся на твоих занятиях, малыш, – пропел эльф, мазнув по губам. – Не можем же мы нарушить легенду, – он хитро подмигнул вновь зашипевшему ректору и вышел.

– Я буду скучать, встретимся за ужином, – мягко протянул Фабрициус, провел костяшками пальцев по моей скуле и вихрем вылетел в коридор.

Они оба оставили меня. Завели, растревожили душу, разожгли дьявольский огонь в груди и бросили без возможности погасить его самостоятельно. У меня просто не хватит на это сил. Ноги как-то ослабли сами собой, и я опустилась прямо на пол, свернулась калачиком и заскулила, пытаясь унять болезненную пустоту внутри.

Медленно, но верно холодный, рациональный рассудок возвращался ко мне. На смену эмоциональным качелям пришло непонимание, а после злость и желание проучить мужчин. Судя по всему, первым под раздачу попадет эльфийский красавчик. В предвкушении улыбнулась и зарылась в весьма скромный гардероб. И с этим тоже надо будет что-то делать…