— Что будешь пить? — поинтересовался рыжий бородач по ту сторону барной стойки.

— Самый вкусный виски.

— У вас необычный акцент, откуда вы? — Ловко перебрасывая бутылку из руки в руку, усмехнулся он.

— Я русская.

— Неожиданно! Что ищете в наших краях? — Парень поставил передо мной стакан, наклонил бутылку, из горлышка, не касаясь краёв, потекла медовая жидкость, растворяя кубики льда.

— Я путешествую. По местам, где жили мои предки, — добавила я.

— В вашем роду были ирландцы?

— Можно и так сказать.

— У вас глаза точь-в-точь как виски!

Я смущённо опустила их.

— Вам нравятся истории о любви? — Я вновь посмотрела на него.

— Я не верю в любовь, — теперь смутился он. — Ну, только если любовь к виски.

— Меня зовут Яни́на, — слишком напористо представилась я, когда меня даже не спросили. Характер у меня был мамин. Папа всегда говорил, что я такая же уверенная и настойчивая как мама. А ещё медовый цвет глаз точь-в-точь как у неё. Но в данном случае уверенности мне придали парочка глотков виски. — А вас?

— Сид, — представился бармен.

— Интересное имя, Сид. А что оно значит?

— Вы не знаете ирландского? — усмехнулся он.

Мы разговаривали на английском. Он — уверенно, я — с жутким акцентом.

— Не знаю, — подтвердила я, медленно потягивая напиток из стакана.

— Сид это «мир» по-ирландски, — он поставил напротив моего стакана ещё один и наполнил его.

Мир, значит. Вот бы вместе с цветом глаз, решительностью и уверенностью мне передалась мамина способность — читать мысли людей.

— За знакомство? — Сид поднял свой бокал.

— Вы пьёте на рабочем месте? — Я прислонила к его бокалу свой.

— Это мой паб, — пожал плечами он и выпил. — Да и я хочу послушать от вас историю о любви.

Я рассмеялась:

— Думаете, трезвому она вам придётся не по душе?

— Думаю, я готов поверить в любовь. Вы очень убедительны.

Мы прогуливались вдоль реки Буш.

— Мне даже ничего выдумывать не нужно, у моих родителей была удивительная история любви.

— Янина, — Сид шёл спиной вперёд и лицом ко мне, — только не говорите, что вы проделали тысячи километров, чтобы рассказать кому-то историю любви ваших родителей?

— Ну почему же кому-то, — наигранно закатила глаза я. — Именно вам!

— Вы смешная!

— А вы очень мило смущаетесь.

В одной руке я держала свои босоножки, а в другой — открытую бутылку виски, которую мы начали в пабе.

— Сид, а вы часто угощаете посетителей своего паба виски, — я подняла бутылку, — а потом прогуливаетесь с ними?

— В первый раз! — Сид развёл руками. — Сам не знаю, что на меня нашло.

— Быть может, вы влюбились в меня с первого взгляда?

Я отпила из бутылки, исподлобья наблюдая на ним.

— Мне просто очень хочется послушать историю о любви, — Сид развернулся и зашагал рядом.

— Хорошо. Но только сначала я возьму с вас обещание.

— Какое ещё обещание? — Сид протянул руку, и я вложила в неё свою ладонь. Он удивлённо опустил глаза на наши переплетённые пальцы.

— Обещайте, что расскажете мне свою историю.

— О любви? — Сид посмотрел мне в глаза.

— О себе, — я выхватила свою руку и протянула ему бутылку.

Он кивнул.

— Моя мама потеряла в аварии мужа и сына, — начала я.

Сид громко сглотнул.

— А после аварии впала в кому на тридцать девять дней. Когда проснулась, поняла, что умеет читать мысли людей.

Я посмотрела на его реакцию, но на лице Сида невозможно было прочитать эмоции.

— А ещё она вспомнила свои прошлые жизни.

Сид протянул мне бутылку, но я покачала головой.

— Каждую свою жизнь она совершала одни и те же ошибки, из-за которых теряла своего любимого. Как вы думаете, Сид, какие это были ошибки? — Теперь я повернулась к нему лицом и шагала спиной вперёд.

Он пожал плечами.

— В самой первой реинкарнации мама сделала аборт, убила продолжение своей любви. Любви родственных душ. Вы верите в родственность душ?

— Если что-то существует, то оно будет существовать вне зависимости верят в это или нет, — ответил Сид.

Я кивнула:

— Мне захотелось тоже найти свою родственную душу.

Я выхватила у него бутылку и сделала пару глотков.

— Почему вы решили рассказать мне эту историю? — Сид остановился.

Я прошла несколько шагов одна, потом тоже остановилась.

— Наверное, потому, — пожала плечами я, — что нашла её.