Вот кого там черти принесли,- лениво подумал я,- не дай Бог администратор. Ещё захочет ко мне подселить какого — ни будь хмыря. Мол, извините товарищ, но сложились чрезвычайные обстоятельства, нет мест, в нашу гостиницу заселились делегаты всесоюзного слёта кролиководов. Войдите в положение! Не открывать, что ли? Мол нет меня. И точка!

Однако стук и не думал прекращаться. Более того он перешёл в настойчивую дробь.

Поморщившись я встал с кровати и не обуваясь прошлёпал к двери. Вздохнув я открыл замок, распахнул дверь и остолбенел. Передо мной стояла Варвара Панфёрова.

Мельком оглядев её я успел заметить, что на неё надето красивое платье кремовых тонов, на ногах красовались изящные босоножки, а на голове очень изящная причёска ( видимо Варвара недавно посетила парикмахера и тот, надо сразу сказать, выполнил свою работу, на «отлично»).

— Привет, Варюха,- сказал я ей, чувствуя, как помимо моей воли, мои губы растянулись в какую -то глуповатую улыбку,- ты, как нашла меня здесь?

— Разреши мне пройти,- отрывистым тоном произнесла Варвара, ни как не ответив на моё приветствие.

Я пожал плечами и пропустил её в комнату. Варвара вошла в неё и повернулась ко мне. Я заметил, что её лицо носит очень сердитое выражение.

— Ты так и не поздороваешься со мной? — поинтересовался я,- и вообще, что случилось? Откуда ты узнала, что я в Москве? И, что остановился именно в этой гостинице?

— Собирайся,- кинула мне Варвара.

— Это куда, позволь узнать? Подожди, подожди, неужели ты хочешь познакомить меня со своими родителями? Честное слово я польщён, но думаю, что этот шаг несколько преждевременен с твоей стороны. Помнишь ты говорила мне ещё в Старо- Таманске,что…

— Собирайся в тюрьму! Идиот и паяц! Какие родители? Тебе предстоит познакомится со следователем!

— Ну. Варюх, так дела не делают. Объясни мне за, что ты хочешь упечь меня за решётку? Честное слово я хоть и грешный человек, но думаю, что не совершил ещё ничего такого, за, что вот непременно должен познакомится со следователем.

— Я тебе никакая не Варюха,- в голосе женщины лязгнул металл,- а Варвара Викторовна. Понял? Если мы с тобой и переспали пару раз, то это не даёт тебе никаких оснований…

— Всё. Всё. Понял Варвара Викторовна. Осмелюсь только спросить вас за, что вы так хотите упечь меня на кичу? Поясните пожалуйста мне.

— Да ты уголовник! Я так и знала! Уголовник и мошенник. Твоё заслуженное место на этой самой кичи. Собирайся, кому я сказала!

— Ну насчёт «уголовника» ты дала маху. Никогда не принадлежал к этой части нашего общества. Была правда одна история по малолетке, но впрочем это мелочи ( такая история действительно была. Уличная кампания в которую входил я, решила обнести ларёк на соседней улице. Правда подумав, подумав, я тогда отказался участвовать в этой сомнительной экспроприации и в итоге прошёл по делу, всего лишь в качестве свидетеля). Так,что твои слова я воспринимаю, как прямое оскорбление!

Варвара ничего не ответила мне на эти слова. Она продолжала стоять посреди комнаты и гневно сверкать своими глазами. Я подумал и подойдя к ней вплотную, положил свои руки ей на плечи.

— Отпусти меня мерзавец,- прямо таки зашипела она,- убери свои руки! Убери немедленно или я закричу!

— Вот стул. Видишь? Сядь на него и изложи свои претензии ко мне. Поняла? А то я, что то ничего не пойму! — и взяв Варвару за плечо я подвёл её к стулу.

Как она не упиралась, я всё же сумел усадить её, затем отойдя в сторону и скрестив руки на груди сказал:

— Ну я жду. Что вы мне предъявите, уважаемая Варвара Викторовна. А то пока кроме несуразных криков я, что-то ничего не слышу. Итак, за, что меня вот именно сейчас, требуется посадить в тюрьму?

Варвара блеснула глазами и спросила:

— Что ты сделал с Бирутой Озолс?

— А, что с ней?

— В том то и дело, что ничего. Ей была диагностирована меланома в третьей стадии. Со множественными метастазами. Полторы недели назад она поступила в стационар, для прохождения курса лечения. И…

— Что?

— Ни малейших следов меланомы и метастазов. Как ты объяснишь всё это?

— Ну вот здрасте! Кто врач- онколог? Ты или я? Правильно, ты. Вот ты и объясняй. А я всего лишь простой строитель. Мне это не по плечу. Я и слова такие как «меланома» совсем недавно узнал. А, что такое «метастазы» до сих пор не знаю. Кстати не пояснишь мне, что это такое? Только подожди, я тетрадку найду, что бы записать твоё объяснение. Вот всегда приятно и полезно общаться с умными людьми. Столько новых слов узнаешь. Не то, что на стройке! Один мат- перемат.

— Прекрати юродствовать,- произнесла сквозь зубы Варвара,- я тебе не Борис!

— А кстати, как он поживает? Не видела его, после Старо- Таманска?

— Не видела. Ну. Я жду объяснений.

Я сел на кровать, закинул ногу за ногу ( эх Бирута, опять ты не удержала рот на замке!) и глядя на Варвару дерзким взглядом произнёс:

— Я не понимаю каких объяснений ты ждёшь от меня. Я в этой вашей медицинской кухне ничего не смыслю. А уж тем более в онкологии. И потом, что тебя так расстраивает? Меланомы нет. Метастазов тоже. Значит Бирута будет жить. А может вы ошиблись с диагнозом? Такое бывает. Мы в строительном деле тоже ошибаемся. И знаешь довольно часто.

— Не заговаривай мне зубы. Озолс осматривал доктор наук. У него диссертация по этой самой меланоме. Потом результаты гистологии, однозначно подтвердили, наличие у ней именно этой опухоли.

— Во! Ещё одно неизвестное слово. «Гистология». А,что оно означает? Честное слово, Варвара, общаюсь с тобой и чувствую как расту духовно! Ты мне уже столько новых слов сказала!

Варвара обернулась назад и начала, что то судорожно искать на столе. Я сказал ей ленивым голосом:

— Если ты ищещь предмет потяжелее, что бы метнуть в меня, то напрасно. Я как знал, что ты придёшь, и поэтому всё тяжелое спрятал подальше. А вообще то я жду объяснения твоему, скажет так, странному поведению. Врываешься в номер к человеку. Грозишь ему ни с того ни с чего тюрьмой. Тебе не кажется самой, что твоё поведение несколько странным? Что бы не сказать больше.

Варвара наконец прекратила свои поиски, повернулась ко мне, и глядя мне прямо в глаза сказала:

— Не лепи горбатого, Андрюша. Я бы никогда не пришла к тебе, если бы не сумела расколоть Озолс. Это оказалось совсем не трудно. Она рассказала мне всё. В том числе и про все эти твои шарлатанские сеансы лечения, которые ты проводил здесь. В этом номере. Тебе всё ясно?

Услышав эту тираду я не выдержал и расхохотался. Отсмеявшись я сказал:

— Ну словечки вы употребляете Варвара Викторовна. Дедушка — академик, вас им научил?

— Я жду.

— А чего ты собственно говоря ждёшь?

— Объяснений.

— Значит прямо вот сейчас в тюрьму меня отправить больше не хочешь?

— Очень хочу, но пока подожду.

— Ну ладно. Спасибо и на этом Где кстати сейчас Бирута?

— Пока отпустили домой. Под строгое наблюдение участкового онколога.

— Ну вот и замечательно! Значит Бирута будет жить! Не понимаю, что тебя так возмущает в этом факте?

— Будет? Ты уверен? А не произойдёт ли у неё, причём в самом скором времени рецидива?

— Ну этого я тебе сказать не могу.

— Вот — не можешь! А при этом прибегаешь к своим шарлатанским методам!

— Это почему это они шарлатанские? Да, я не знаю как они действуют Но вот вы врачи, всегда знаете как действуют ваши методы? А результат на лицо. Ни опухоли, ни метастазов! Вот ты, лично ты, могла бы добиться ровно таких результатов? Скажи мне честно. Смогла бы? Или этот твой доктор наук. У которого диссертация по этой самой меланоме.

— Ну, Андрюша, это же всё совершенно не научно,- каким то жалобным тоном произнесла Варвара.

— Антибиотики тоже, когда — то были не научно. Растёт себе где- то на задворках эта плесень и растёт. А сейчас, что?

— Что ты хоть сделал? Как ты убрал эту проклятую опухоль? Да ещё с метастазами?

— Я её не убирал. Честно говоря при всём своём желании я бы не смог сделать этого. Уж больно живучая эта тварь.

— Но, что ты тогда сделал?

— Я простимулировал иммунную систему и она начала распознавать эти самые онкоклетки. Ну и уничтожать их. Простимулировал или воздействовал. Не знаю как сказать точно. В общем после всего этого организм сам отторг опухоль вместе с метастазами.

— Ну ты же совсем не давно говорил, что никогда не полезешь в онкологию. Что это тебе не по силам!

— Ну всё меняется. Видишь оказалось вполне по силам.

— Получается, что использовал Бируту, как морскую свинку, что бы опробовать на ней свои новые методы? А если бы она умерла после этого твоего лечения? Это же аморально!

— Ну вообще то она была полностью согласна на эту малопочтенную роль. А насчёт того, что она могла умереть…Вот вы врачи могли подарить ей жизнь? Избавить её от этой опухоли? Ответь мне!

— Нет. Конечно нет.

— Ну вот видишь!

— Опять значит победителей не судят! Но это очень опасный принцип!

— Но и обстоятельства были чрезвычайные. Иного выбора по сути то и не было.

Варвара замолчала. Замолчал и я. Наступившую паузу прервал громкий стук в дверь.

Да, открыто!- почти синхронно произнесли мы оба.

Дверь распахнулась и я увидел стоящую на пороге Бируту с объемистой сумкой в руках.

— Ой! Я не помешала⁈ — воскликнула она увидев нас.

— Проходи, виновное существо,- сказал я ей снисходительным тоном.

Озолс осторожно, почти на цыпочках вошла в комнату, поставила свою сумку на пол возле кровати, так же осторожно подошла по ближе к нам обоим и поздоровалась тихим голосом.

— Бирута ты была на приёме у своего участкового онколога? — опять с металлом в голосе спросила её Варвара,- не вздумай бегать от него!,- продолжила она,- если ты начнёшь пропускать регулярные осмотры у него, то я лично, поняла, лично, займусь тобой! И мало тебе не покажется.

— Ну Варя, я пока не успела сходить к нему. Столько всего! Но на следующей неделе…

— Я тебе не Варя. А Варвара Викторовна. Поняла? И,что значит ты не успела? Сюда ты почему-то успела. А к онкологу не успела!

— Что это с ней? — испуганно прошептала Бирута.

Я развёл руками и сказал:

— Сам не пойму. Ясно только одно. Варвара Викторовна гневаться изволит. Тебе всяческие не приятности сулит. А меня на кичу отправить грозиться.

— Куда, куда? — ещё более испуганно прошептала Бирута.

— На кичу. В тюрьму то есть. Вот так то Бируточка. А я смотрю у тебя сумка то полная? Показывай, что принесла. Может, что то на киче мне и сгодится. Я уж выберу кое- что. Ты не обессудь. Лады?

— А за, что Варя то есть Варвара Викторовна, хочет тебя в тюрьму посадить?

— Ну как за, что? За шарлатанские методы лечения естественно.

— Андрей прекрати придуриваться,- произнесла Варвара,- ты не клоун, а мы не в цирке.

— Да ты что! Да вы что! Варвара Викторовна! Андрей же мне жизнь спас! Если бы ты знала, что началось у меня дома, когда я сказала, что ложусь в Онкологию? Что у меня меланому подозревают? Мачехе плохо стало. Ей Скорую помощь вызывали. А вы хотите Андрея в тюрьму посадить! Да я…Я этого так не оставлю! Я до Генерального прокурора дойду!

— Андрей прекрати это представление,- сквозь зубы произнесла Варвара.

Я подошёл к Бируте, приобнял её за плечи и сказал:

— Успокойся, милая Бирута, мы посидели с Варварой Викторовной, перетёрли все наши непонятки и пришли к консенсусу. Понятно?

— Не-а,- ответила мне Бирута.

— Не будет она сажать меня понятно? Передумала. Признала мою правоту. Но ты, что бы немедленно слышишь не медленно явилась на осмотр к онкологу. А то тобой займусь лично я. А теперь доставай, что у тебя есть в сумке. Я же вижу ты не пустая пришла.

Бирута спохватилась и начала выкладывать на стол содержимое своей сумки. На столе появились банки шпрот, палка салями, разные мисочки и тарелочки, ветчина и прочее, прочее. Но моё внимание более всего привлекла бутылка рижского бальзама. Увидев её я радостно потёр руки и воскликнул:

— Вот это вещь! Давно не пил такое. Молодец Бирута, знаешь как угодить мне!

— Так,- произнесла Варвара.- ну вы тут празднуйте, а я пожалуй пойду. Думаю,что моё присутствие будет здесь лишним,- и она сделала попытку подняться со стула.

Однако это попытка была пресечена мною самым жестким образом. Я усадил Варвару обратно и сказал ей:

— Это как следует понимать? Главный виновник торжества, пытается скрыться? Ну ты и даешь Варвара! Нам сначала выпить за твоё здоровье, а потом уж делай, что хочешь.

Варвара уселась обратно. Я быстро разлил бальзам по стаканам и сказал:

Так. Девушки прошу минуту внимания. Бирута, да замолчишь ты хоть на минуту! Успокоились? Теперь внимание!

Я откашлялся и начал:

— В любом деле главное, положить начало, определить проблему и тем самым наметить цель к которой надо стремится.

— Ты это к чему? — раздался ехидный голос Варвары.

— Помолчи. Так вот, вся эта история началась одним июльским утром, когда молодой, но подающий большие надежды врач- онколог Варвара Панфёрова, обратила внимание на казалось бы безобидную родинку на ноге Бируты Озолс. Обратила внимание, настояла, что бы Бирута ещё раз пришла на приём к врачу, где ей был поставлен точный диагноз. А теперь представим на минуту, что бы было, если Варвара Викторовна не обратила бы внимание на эту родинку? Или поленилась как следует осмотреть её? Представили?

— Ой! А правда. Я бы так и уехала из Старо — Таманска ничего не зная о меланоме. Чувствовала себя я тогда в общем то нормально! — произнесла Бирута.

— Во-от!- продолжил я,- так,что, семьдесят, а может и больше процентов дела, сделала наша уважаемая Варвара Викторовна,- и я отвесил поклон Варваре.

— Демагог. Демагог и подхалим,- услышал я в ответ.

На это я лишь пожал плечами. Мол вы думайте, как хотите, а я сказал то, что у меня на сердце.

Тем не менее вы выпили, закусили, Бирута особенно хвалила нам «чудесный салатик изготовленный её мачехой» — салатик и в правду оказался очень не плохим и висящее в комнате напряжение несколько ослабло. Я прекрасно понимал, почему Варвара реагировала на всё это именно так, одновременно, конечно и сам лично, испытывал, некоторое недовольство Озолс ( но, что поделаешь, если у большинства женщин, язык опережает в своём движении голову!) и закрепляя так сказать успех, быстро налил по второй.

После второго тоста выпитого за здоровье и долгие лета Бируты всё окончательно пошло на лад. Бирута и Варвара обнялись и помирились, Бирута клятвенно заверила её, что будет ' если понадобится каждую неделю ходить на осмотр к онкологу' в общем пьянка понеслась ( на, что и был мой расчёт).

Очень быстро мы опустошили бутылку Рижского бальзама. Бирута полезла ещё в свою сумку и вытащила оттуда бутылку французского коньяка. Я с сомнением посмотрел на неё ( она уже порядком осовела и едва держалась на ногах), но подумав налил ей ещё чуть — чуть. В конце концов не каждый же день у человека бывает фактически второй день рожденья.

Выпив еще и коньяка Бирута полезла было к себе в сумочку и начала доставать оттуда деньги которые ей «дал папа, чтобы отблагодарить тебя Андрей». В ответ я очень вежливо взял сумочку Бируты в свои руки и засунул деньги обратно туда сказав, что «мои северные заработки позволяют мне не нуждаться, и её деньги мне не нужны вовсе, о чём я говорил ей ещё до того, как приступил к лечению».

После этого девушка совсем скисла и я уложил её на кровать подремать. Бирута почти мгновенно заснула и я остался с Варварой тет — а тет.

— Не желаешь прилечь на соседнюю кровать?- сказал я ей.

— Нет, не желаю,- ответила мне она удивительно трезвым голосом.

— О! Смотрю ты закалённый человек!

— А мы медики все такие. Без закалки в нашем деле никак.

— Ну,что Варвара Викторовна мир или война?

Варвара вздохнула и ответила мне:

— Что с тобой поделать? Мир конечно.

— Ну за это надо выпить!

Когда мы выпили и закусили я спросил Варвару:

— Слушай, Варь, а ты не знаешь где здесь можно купить приличные зимние вещи? У тебя знакомств таких нет? Зимние и осенние. Деньги у меня есть.

— Могу узнать.

— Узнай, хорошо?

— Узнаю.

Варвара замолчала. Я видел, что она хочет, что -то спросить у меня, но не решается. Я же в свою очередь не стал подталкивать её и ждал когда она всё — таки решится задать мне свой вопрос.

— Боюсь стараниями нашей общей знакомой, скоро вся Москва будет переполнена слухами и сплетнями о чудесном целителе, который вот так очень просто лечит рак. В эту гостиницу выстроится очередь больше чем в Мавзолей,- сказала Варвара, кивнув головой на спящую Озолс.

— Да наша Бирута, к сожалению не отличается молчаливостью,- ответил ей я.

— Вот то то и оно. Тебе пожалуй надо или вовсе уезжать из Москвы, или искать другой кров. Если ты конечно не жаждешь сомнительной известности. А она к тому же ещё всё своим родителям разболтала. Твоё положение Андрей становится не завидным.

Да я и сам прекрасно понимал это. Действительно моё положение становилось всё более и более не завидным. А кроме того, где -то на хвосте болтался товарищ старший лейтенант, которого никак нельзя было сбрасывать со счетов. Я уже засветился перед органами в Старо- Таманске. Не хватало сделать это же и здесь в Москве.

— Ты очень странный человек, Андрей, — продолжила Варвара,- порой у меня возникает ощущение, что ты не из нашего времени.

— Так оно и есть!

— Что так оно и есть?

— Я из другого времени. Из двадцать первого века.

— Да ну тебя балбеса! Почему ты никогда не говоришь серьёзно? Вечно у тебя эти шуточки и прибауточки!

Я налил в стаканы ещё коньяка, поднял свой стакан и произнёс тост:

— За балбеса! То есть за меня!

Варвара фыркнула, но всё же выпила коньяк.

После этого опять повисла какая -то неловкая пауза. Я чувствовал, что Варвара, что-то хочет спросить у меня и никак не решается сделать это. Пытаясь помочь ей собраться с мыслями я вышел из-за стола и подойдя к окну, отодвинул шторку и стал смотреть на улицу.

Наконец видимо она решилась. Я услышал скрип стула, а затем до меня донесся голос Варвары сказавший:

— Андрей, можно попросить тебя об одном одолжении?