В то время как господин Гиберто да Дженте правил в Парме, Паллавичини, в свою очередь, правил в Кремоне. Как-то раз разговорились они по душам, и сказал Паллавичини Гиберто: «Ну скажи на милость! Разве не мне надлежит управлять Пармой?» И дабы показать, сколь он разгневан, стукнул что есть сил о землю мечом в ножнах. А господин Гиберто да Дженте не желал ему уступать власть над Пармой, а хотел сохранить ее за собой, ибо это давало ему не только почет, но и величайшую выгоду. Тем не менее он оказал милость Паллавичини и позволил ему войти в Парму[2736] с пятьюстами вооруженными всадниками, с которыми тот «не раз и не два» (4 Цар. 6, 10) проехал верхом по городу как бы забавы ради. Арбалетчики с натянутыми арбалетами разъезжали верхом вместе с Паллавичини и, казалось, были готовы пустить стрелу в любого, чтобы запугать народ и заставить его убраться прочь. Многое бы дал господин Гиберто да Дженте, чтобы они покинули город, ибо боялся, как бы те его не свергли, /f. 462b/ если останутся в Парме.

Как-то раз Паллавичини должен был со своими воинами проследовать через предместье Кодипонте, где жили маркизы Лупи, и один из них приказал своему слуге вымыть себе ноги в лохани прямо на улице под портиком своего дома, ибо хотел показать, что боится Паллавичини не более, чем хвоста козы. Когда-то маркизы Лупи жили вместе с маркизами Паллавичини в местечке, что зовется Соранья, и расположено оно в Пармском епископстве, в пяти милях к северу от Борго Сан-Доннино, и с той поры повелось между двумя семействами соперничество неуемное.

Паллавичини так и не сумел стать повелителем Пармы, хотя этого и домогался, а господин Гиберто да Дженте со временем потерял и то, что имел. В общем, господин Гиберто да Дженте совершил это и вышеназванные злодеяния, из-за чего пармцы всей душой его возненавидели. Вот почему не следует тому, кто власть имеет, стараться всячески досадить своим врагам, ибо случается иногда, что

Луна на полпути – фортуне вспять идти!

Сказано у сына Сирахова, 7, 1: «Не делай зла, и тебя не постигнет зло». Там же, 7, 3: «Не сей на бороздах неправды, и не будешь в семь раз более пожинать с них». О том же, Ис. 3, 11: «А беззаконнику – горе, ибо будет ему возмездие за дела рук его».

О том, как господин Гвидо да Полента достаточно отомстил за себя и явил при этом чувство меры. Отчего и говорится: «Есть мера в вещах»[2737]. А также: «Важно во всех…»[2738]

Более достойно поступил господин Гвидо да Полента, живший в городе Равенне, который достаточно отомстил за себя и явил при этом чувство меры. Когда он был младенцем, а император держал его отца заложником в оковах, добился господин Гвидо Малаброкка, брат графа Руджеро да Баньякавалло /f. 462c/, чтобы император отсек своему заложнику голову, то есть чтобы приказал его обезглавить; а сын заложника, когда вырос, поступил точно так же с самим Гвидо Малаброкка. Когда по истечении времени он как-то раз отправился в Баньякавалло со множеством ратников и столкнулся по пути с графом Руджеро, с которым было всего лишь несколько человек, и когда спутники, что были вместе с ним, стали его убеждать, что он может теперь навсегда избавиться от графа Руджеро, чтобы впредь его не опасаться, он ответил им следующее: «Мы сделали довольно, и давайте довольствоваться тем, что сделано! Злодеяния можно вершить всегда, но когда они уже совершены, вернуть что-либо назад не в нашей власти», и с этими словами позволил ему свободно удалиться. Об этом же, как мы читаем, сказал Саул, когда Давид его несколько раз пощадил и не захотел убивать, хотя прекрасно мог это сделать: “Благословен ты, сын мой Давид! Кто, найдя врага своего, отпустил бы его в добрый путь?” (1 Цар. 26, 25; 24, 20)».