В Пармском епископстве есть на горе Бардоне некий замок, что зовется Берчето, в тридцати милях от Пармы. И был оттуда родом клирик по имени Гульельм, живший в Парме. И был он красив лицом, высокий и крепкий, и нрава был дурного, и был мастер заговаривать бесов. Когда однажды в жену кузнеца Гидино, дочь Пикко из Борго-делль-Ассе[2647], вселился бес, этот вышеупомянутый клирик к ней пришел и стал беса заговаривать, и повелел ему выйти из женщины. Отвечал ему бес: «Ладно, я выйду из нее, но тебя оплету такой паутиной, что ты более не сможешь досаждать мне и изгонять меня из тех мест, где я поселился, ибо знай наперед, что вскоре я сделаю так, что ты и сам встретишь смерть, и другого лишишь жизни».

Так и случилось, ибо через месяц-другой в том же городе Парме повздорил он с Ардуино из Кья/f. 448c/вари, сцепились они друг с другом, и «сильный столкнулся с сильным, и оба вместе пали» (Иер. 46, 12). Мне об этом рассказал тот, кто при этом был и видел, как они друг друга лишили жизни, и я доподлинно и правдиво описал случившееся со слов этого свидетеля. Все это видел и пересказал мне Якобин де Тортелли, который теперь брат-минорит, а та женщина, которая была прежде одержима бесом, обрела полное от него избавление и пребывает ныне в Парме в монастыре ордена святой Клары, тогда как Гидино, ее муж, вступил было в орден братьев-миноритов, но вернулся «на блевотину свою» (Притч. 26, 11) и, возложив руку на плуг, взглянул назад[2648], и покинул орден, еще когда был послушником, и пребывает в миру, так что «неправедный пусть еще делает неправду; нечистый пусть еще сквернится» (Апок. 22, 11).