Подобным образом мужи церковные хранят Тело Господне в своих церквах и часовнях по трем причинам. Во-первых, чтобы можно было иметь его для больных, для их причастия, когда будет необходимо.

Во-вторых, чтобы мы относились к нему с должным и трепетным благоговением, в чем заключается долг любого христианина на протяжении всей его жизни. Он также может сказать Сыну Божию вместе с Товией, Тов. 9, 2: «Если я передам тебе себя самого в рабство, я не буду достоин провидения твоего»[1630]. Отсюда – Ис. 63, 7–9: «Воспомяну милости Господни /f. 350d/ и славу Господню за все, что Господь даровал нам, и великую благость Его к дому Израилеву, какую оказал Он ему по милосердию Своему и по множеству щедрот Своих. Он сказал: “подлинно они народ Мой, дети, которые не солгут”, и Он был для них Спасителем. Во всякой скорби их Он не оставлял их, и Ангел лица Его спасал их; по любви Своей и благосердию Своему Он искупил их, взял и носил их во все дни древние». Об этом Дамаскин говорит: «Хорошо, о, Христе, слово Божие, и премудрость, и добродетель, и, Боже Всемогущий, чем Тебе за все это мы, неимущие, воздадим? Ибо все Твое, а Ты не просишь от нас ничего, кроме спасения (душ наших. – Прим. пер.), Сам и давая его, и ведая милость к принимающим его по невыразимой доброте Твоей. Тебе благодарение, Который дал жизнь и даровал благую жизнь, а тех, кто отошел от нее, вернул опять к ней по невыразимой снисходительности»[1631].

В-третьих, поскольку Господь обещал пребывать с нами, чтό Он осуществляет в таинстве алтаря. О чем говорится в Иер. 7, 3: «Исправьте пути ваши и деяния ваши, и Я оставлю вас жить на сем месте». Также и Матфей, в конце: «И се, Я с вами во все дни до скончания века» (Мф. 28, 20). Об этом говорит Соломон, 2 Пар. 6, 18: «Поистине, Богу ли жить с человеками на земле?» Поистине, жить, ибо «Слово стало плотию, и обитало с нами», Ин. 1, 14.

Четыре причины, по которым плохо поступают те, кто всегда ожидает претворения Тела Господня в дароносице, когда многие причащаются во время мессы

Обрати внимание, что некоторые священнослужители всегда во время монастырской мессы, когда причащают братьев, хотят претворить освященную гостию в дароносице и в дарохранительнице и верят, что они поступают хорошо, но на деле они поступают плохо по четырем причинам. И первая из них – это то, что они мешают ходу службы, и братья тяготятся, и миряне дивятся. /f. 351a/

Вторая – что сам священнослужитель, если это священник, может сделать это во время мессы, совершаемой им только с двумя цероферариями, даже в отсутствие монахов.

Третья – что иногда он кладет облатки из той же выпечки к первой, которую отодвигает, что означает: он не приготовил новых облаток. И гораздо лучше должна сохраняться освященная облатка, нежели неосвященная, потому что она хранится в лучшем месте и потому, что в ней пребывает Бог, Который есть хранитель всего. Это становится ясным на следующем примере. В городе Реджо была разрушена некая церковь, на алтаре которой взамен мощей было положено Тело Господне, и вот нашли эту освященную облатку белой и прекрасной, как если бы она была изготовлена в тот же день. А она находилась там триста лет, как гласит памятная надпись. Я это слышал из уст брата Перегрина из Болоньи[1632], который был там и сам это видел. Мне не нравится, что Тело Господне помещается на алтаре взамен мощей, как никогда не нравилось то, что сделал блаженный Бенедикт, положив Его на прах какого-то умершего и похоронив в земле вместе с ним[1633].

Четвертая и последняя – мы говорим, что они поступают плохо, потому что Господь, Который в течение сорока лет давал манну сынам Израилевым, повелел сохранять ее не в конце, когда ее должно было недоставать, но в тот же день, как дал ее. И ее следовало сохранить для будущих поколений, и эта манна была прообразом Тела Господня. Насколько же дольше сохраняется истина, особенно когда о ней сказано: «Истина Господня [пребывает] вовек» (Пс. 116, 2)?

Если же священнослужитель скажет: «Иногда освященные облатки могут оказаться в избытке, и тогда нужно положить их туда, где сохраняется Тело Господне», – то здесь должна соблюдаться двойная предосторожность. Во-первых, во время службы, на которой братья должны принять причастие, аколит должен пройти через хор, когда тот поет Послание, и пересчитать братьев, которые хотят принять причастие, и столько же облаток иподиакон должен положить на поднос. Второе – /f. 351b/ два аколита, которые держат покров[1634], должны принимать причастие последними, и, если остаются освященные облатки, священник должен отдать их им. И следует заметить, как говорит магистр в «Истории»[1635], что слово «манна» склоняется так же, как и слово «пасха»[1636].