Среди них выделялся злобой некий Джулиано да Сессо, правовед, старик, «состарившийся в злых днях» (Дан. 13, 52). Король Энцо поставил его правителем городов Кремоны, Реджо и Модены, чтобы он вершил расправу. И он велел повесить несколько человек из семьи да Фолиано и многих других велел убить за то, что они были на стороне Церкви[1605]. И хвастался этим, и говорил некоторым: «Видите, как мы обходимся с этими разбойниками». Поистине, этот Джулиано был орудием диавола. И поэтому Бог покарал его параличом, и он весь высох с одного боку, а глаз его вылез из орбиты, так, однако, что держался на прежнем месте, и торчал, как стрела, – зрелище, наводящее ужас. К тому же он стал таким вонючим, что из-за этой вони никто не решался приблизиться к нему, кроме одной молодой особы, тевтонки, его любовницы; она была так красива, что считался человеком очень строгих нравов тот, кто не испытывал желания смотреть на нее. Этот Джулиано был сыном какого-то незаконнорожденного из семьи да Сессо. О таком говорит пророк Исаия, в конце: «Юноша столетний будет проклинаем»[1606]. Отсюда поэт: От незаконного сына не жди достойных советов[1607]. Ведь он не раз /f. 347d/ или даже много раз при всех говорил, что лучше есть известку, чем жить в мире со сторонниками Церкви. Сам-то он ел прекрасных каплунов, а бедняки умирали от голода. Что же еще? Недолго длится в этом мире процветание дурных людей. Ведь они «восходят до небес, нисходят до бездны», и «душа их истаевает в» многочисленных «бедствиях» (Пс. 106, 26). Ветер переменился, и сторонники Церкви начали процветать, ибо Иисус, Который спал, «встав, запретил ветрам и морю, и сделалась великая тишина» (Мф. 8, 26). А этот несчастный был изгнан и тайно удален из города Реджо[1608] и, весь зловонный, отлученный от Церкви и проклятый, без исповеди, без причастия, без удовлетворения ушел из этого мира, отправившись к диаволу, своему родителю, которому он подражал в течение всей своей жизни. Он был погребен в городке Кампаньола, в каком-то рву, как говорится о некоем царе иудейском, Иер. 22, 19: «Ослиным погребением будет он погребен; вытащат его и бросят далеко за ворота Иерусалима».