Ответил брат Петр: «Потому что апостол говорит: “Все Писание богодухновенно”. А Валаам, чьи слова ты привел, был магом и прорицателем, о коем, кроме того, известно, что его умертвили мечом сыны Израилевы, как об этом повествуется в Книге Иисуса Навина, 13, 22: “Также Валаама, сына Веорова, прорицателя, убили сыны Израилевы мечом /f. 312b/ в числе убитых ими”. О том же повествуется в Книге Чисел, 31, 8. Да и Господь из всех отверг и презрел его[1205], когда он восстал против Иова, раба Его, и сказал Он, Иов. 38, 2: “Кто сей, омрачающий Провидение словами без смысла?”» Ему брат Уго ответил: «Валаам был плохим человеком, однако слова его были богодухновенны. Ибо он говорит о себе самом: “Говорит Валаам, сын Веоров, говорит муж с открытым оком, говорит слышащий слова Божии, имеющий ведение от Всевышнего, который видит видения Всемогущего”, Чис. 24, 15–16. А относительно твоих слов, что в Книге Иова презрел его Бог, так это случилось не из-за того, что он говорил правильные слова, но потому что он был слишком молод с точки зрения тех, кто его слушал, и потому что он поступал вопреки Писанию: много и без конца говорил и не давал говорить другому, даже и Самому Богу. О первом читаем, Иов. 32, 6: “Я молод летами, а вы – старцы”. Поэтому он должен был знать, что “в старцах – мудрость, и в долголетних – разум”, Иов. 12, 12. О других читаем, Сир. 32, 9–10: “Говори, юноша, если нужно тебе, едва слова два, когда будешь спрошен, говори главное”. Заметь, что “главное” подразумевает здесь короткую речь. Далее: “Будь, как знающий и, вместе с тем, как умеющий молчать. Среди вельмож не равняйся с ними и, когда говорит другой, ты много не говори”, Сир. 32, 10–12. Сие он плохо соблюдал. Вот почему Господь презрел его, заставив его молчать, ибо, как говорит мудрец: “Кто заставляет молчать глупого, тот утишает распрю”, Притч. 26, 10[1206]. И еще потому, что он старался выставить себя, и показать свою мудрость, и унизить /f. 312c/ блаженного Иова, и показать его достойным презрения. Но блаженный Иов был презрен так, как “презрен по мыслям сидящего в покое факел, приготовленный для спотыкающихся ногами”, Иов. 12, 5.

О том, как выставлял себя Елиуй, читаем в Книге Иова 32, 17–18: “И я отвечу с моей стороны, объявлю мое мнение и я, ибо я полон речами, и дух во мне теснит меня”. И ниже, 33, 31–33: “Внимай, Иов, слушай меня, молчи, и я буду говорить. Если имеешь, что сказать, отвечай; говори, потому что я желал бы твоего оправдания; если же нет, то слушай меня: молчи, и я научу тебя мудрости”. И ниже, 34, 7–8: “Есть ли такой человек, как Иов, который пьет глумление, как воду, вступает в сообщество с делающими беззаконие и ходит с людьми нечестивыми?” И ниже, 35, 16: “Иов и открыл легкомысленно уста свои и безрассудно расточает слова”. Следовательно, он был заслуженно отвергнут Богом и из-за всего вышесказанного, и, кроме того, вследствие тайны. В самом деле, в этом было прообразовано то, что, как Бог Отец, Который “не смотрит и на лица князей и не предпочитает богатого бедному” (Иов. 34, 19), заставил замолчать его, так и Сын Его привел в молчание фарисеев и саддукеев, задававших Ему вопросы, чтобы “уловить Его в словах”, Мф. 22, 15. И как, после того как саддукеи были приведены в молчание, один из фарисеев, “законник, искушая Его, спросил, говоря: Учитель! какая наибольшая заповедь в законе?”, как бы показывая этим вопросом, что желает почитать Бога, а “Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим” (Мф. 22, 35–37), – точно так же и этот Елиуй полагал, что он почитает Бога, говоря: “На лице человека смотреть не буду и не уподоблю Бога человеку”, Иов. 32, 21[1207]. И ниже, Иов. 36, 22: “Бог высок могуществом Своим, и кто такой, как Он, наставник?” Еще: “Вот, Бог /f. 312d / велик, и мы не можем познать Его; число лет Его неисследимо”, (36, 26). Можно было ему сказать и это, Иер. 2, 33: “Как искусно направляешь ты пути твои, чтобы снискать любовь!” В самом деле, его жизненные поступки противоречили его хорошим словам, ибо он был прорицателем и чародеем и “научил Валака ввести в соблазн сынов Израилевых, чтобы они ели идоложертвенное и любодействовали”, Апок. 2, 14 и Чис. 23, 24. И не помогли ему слова, им произнесенные: “Да умрет душа моя смертью праведников, и да будет кончина моя, как их!” Чис. 23, 10. И Иов. 32, 22: “Потому что я не умею льстить: сейчас убей меня, Творец мой”.

Равным образом есть иные, которые говорят, что знают Бога, а делами отрекаются, потому что они “гнусны и непокорны и не способны ни к какому доброму делу”, как говорит апостол, Тит. 1, 16. Такими были иудеи, о коих Господь сказал, Ис. 29, 13 и Мф. 15, 7–8: “Лицемеры! хорошо пророчествовал о вас Исаия, говоря: приближаются ко Мне люди сии устами своими, и чтут Меня языком, сердце же их далеко отстоит от Меня”. И еще, Лк. 16, 15: “Вы выказываете себя праведниками пред людьми, но Бог знает сердца ваши, ибо что высоко у людей, тό мерзость пред Богом”.

Итак, вследствие вышесказанного он заслуженно был отвергнут и презрен Богом, и отвергнут еще и потому, что он, как и ты, слишком много говорил, и говорил двусмысленно, как поступаешь и ты. Но сказано, Еккл. 6, 11[1208]: “Много таких слов, которые в споре умножают суету”, ибо, по словам того же Екклесиаста, 10, 14: “Глупый наговорит много”. И посему: “Кто заставляет молчать глупого, тот утишает распрю”, Притч. 26, 10. И еще, Притч. 26, 12: “Видал ли ты человека, мудрого в глазах его? На глупого больше надежды, нежели на него”. То же, Сир. 22, 7: “Поучающий глупого – то же, что склеивающий черепки”. Почему? Потому что Иоанн Хрисостом[1209] /f. 313a/ утверждает: “Как нельзя погасить огонь, подбрасывая в него дрова, так нельзя разумным доводом утихомирить плохого человека”. Почему так? Потому что, по словам мудреца, Притч. 18, 2: “Глупый не любит знания, а только бы выказать свой ум”.

Итак, Церковь не отвергает пророчеств Валаама, и Елиуя, и Каиафы, и Сивиллы, и Мерлина, и Иоахима, и Мефодия, но охотно принимает их в той мере, в какой они говорили благое, полезное и истинное, ибо, по словам блаженного Амвросия[1210], “истина, кто бы ее ни изрек, есть от Святого Духа”. И Господь говорит, Мф. 23, 2–3: “На Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи; итак всё, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте; по делам же их не поступайте, ибо они говорят, и не делают”. К этому подходит и то, о чем говорит поэт[1211]:

Господь, а также и поэт хотели сказать, что не следует пренебрегать благим, полезным и истинным, пусть даже это сказано дурным наставником. Сие видно на примере Соломона, учившего многому хорошему, хотя сам он и был негодным человеком; однако из-за этого его учением не пренебрегают. Об этом стихи[1212]:

Эти стихи сочинил я, а слава досталась другому;

Здесь доказывается, что Валаам и Елиуй – один и тот же человек

Выслушав сие, брат Петр произнес: «Хотелось бы мне знать, был ли Валаам тем же человеком, что и Елиуй, или это разные люди?» На что брат Уго сказал: «Некоторые считают, что это разные люди, ибо первому имя Валаам, а второму – Елиуй. Первый – сын Веоров, а второй – сын Варахиилов. Валаам был из Пефора, а Елиуй – Вузитянин из племени /f. 313b/ Рамова. Некоторые же говорят, что это был один и тот же человек, что можно доказать многими доводами. [Сие] ясно видно из того, что Иов жил в это же время, и великим красноречивцем был Валаам и Елиуй, и из того, что так говорят евреи и Иероним[1213], и магистр так излагает в “Истории”[1214]: “На другой день Авраам, возвратившись, пришел в Вирсавию (а именно после того, как был освобожден Исаак, которого он должен был принести в жертву, Быт. 22. – Пояснение брата Уго). И возвещают ему, что Милка родила Нахору, его брату, восемь сыновей. Уца первенца, из рода которого происходит Иов, как написано: ‘Был человек в земле Уц, имя его Иов’ (Иов. 1, 1), – и Вуза, брата сему, из рода которого происходит Валаам, называемый в книге Иова по Еврейскому канону Елиуем Вузитянином. Следовательно, те, кто считает, что Иов – из рода Исава, ошибаются. Ибо добавление в конце его книги, переведенное с сирийского языка, где говорится, что он был четвертым от Исава, в Еврейском каноне отсутствует”.