После этого я выздоровел; возвратился как раз и брат Иоанн да Плано Карпини от короля, к которому его послал папа, и привез написанную им книгу о татарах; братья читали книгу в его присутствии, и он сам толковал и объяснял те места, которые казались темными и в которые трудно было поверить. И я «не раз и не два» (4 Цар. 6, 10) разделял трапезу с братом Иоанном и в обители братьев-миноритов, и в аббатствах, и в других прославленных обителях. Ведь его приглашали охотно и часто и на обеды, и на вечери, во‑первых, потому что он был папским легатом, во‑вторых, потому что был послан к королю Франции, в‑третьих, потому что прибыл от татар и еще потому, что он был из ордена братьев-миноритов и все считали его человеком святейшей жизни. Ибо говорили: «Священник от племени Аарона пришел… и не обидит нас», 1 Мак. 7, 14. И действительно, когда я был в Клюни, монахи Клюнийского монастыря сказали мне: «О если бы /f. 298d/ папа всегда посылал таких легатов, каким был брат Иоанн, возвратившийся от татар! Ведь другие легаты, если могут, грабят церкви и уносят все, что могут унести. А брат Иоанн, будучи проездом у нас, ничего не пожелал взять, кроме куска ткани для рясы своему товарищу».