А в Лионе скончался патриарх Антиохийский, происходивший из семьи Роберти реджийских; и был он епископом в Брешии во время великого землетрясения. И когда он, будучи там епископом, на крик некого брата-минорита, находившегося при нем, вышел из своих покоев, то они рухнули тотчас же по его выходе. Усмотрев в этом милость Божию, он всецело обратился к Богу. Ибо он без всякого промедления тотчас дал обет и твердо обещал Господу, что во все дни жизни своей он будет соблюдать чистоту, которую не соблюдал прежде, и что во все дни жизни своей /f. 285a/ не будет вкушать мяса; сие он нерушимо соблюдал, однако челяди своей давал его в изобилии, по слову Хрисостома[979], сказавшего: «Хочешь явить себя святым и быть им? К жизни своей будь строг, к жизни других – снисходителен. Пусть люди слышат, что тяжелую работу ты делаешь сам, а малую поручаешь другим».

Но есть иные, достойные сожаления люди, которые, воздерживаясь и постясь, хотят, чтобы так поступали и все остальные, и когда скорбят, то хотят, чтобы скорбели все; и так они поступают или из-за корысти, или из-за горя. О первом говорит мудрец, Притч. 15, 27: «Корыстолюбивый расстроит дом свой, а ненавидящий подарки будет жить». Еще, Притч. 11, 29: «Расстроивающий дом свой получит в удел ветер». Итак, в том, что он не расстроил дом свой из-за корысти, он был «как защита от ветра и покров от непогоды», Ис. 32, 2. Он же, дабы избежать второго, то есть горя, поступал по слову Апостола, Рим. 12, 15: «Радуйтесь с радующимися и плачьте с плачущими»; сие патриарх прекрасно исполнял. Ибо он умел веселиться, когда хотел. Однажды, когда он со всей своей курией и многими другими сидел за трапезой, он увидал, как некий потешник воровски спрятал серебряную ложку. Патриарх подозвал прислуживающего и сказал ему: «Я не отдам тебе свою ложку, пока каждый из сидящих за столом не отдаст свою. Ибо Апостол говорит, Еф. 4, 28: “Кто крал, вперед не кради”». И вот эти слова вынудили сенескалька озаботиться, и он получил свою ложку назад.

Сей патриарх был малообразован, но этот пробел он восполнял другим – тем, что совершал /f. 285b/ добрые дела. Он щедро раздавал милостыню и ежедневно девять раз читал молитву по усопшим. Посему сказано, Сир. 4, 1: «Сын мой! не отказывай в пропитании нищему и не утомляй ожиданием очей нуждающихся». Также, Дан. 4, 24: «Искупи грехи твои правдою и беззакония твои милосердием к бедным». То же: «Блажен, кто помышляет о бедном [и нищем]» (Пс. 40, 2). То же, Сир. 19, 21: «Лучше скудный знанием, но богобоязненный, нежели богатый знанием – и преступающий закон». Таким и был сей патриарх Антиохийский. Если он и был малоученым, то восполнял нехватку образования добрыми делами. Посему мог он сказать: «Поскольку я не знаю учености, я войду в размышление о силах Господа Бога» и проч. (Пс. 70, 15–16)[980]. «Потому что буква убивает, а дух животворит», 2 Кор. 3, 6. Посему, имея в виду ученых глупцов, которые только говорят, но не делают, мы читаем сказанное Павлу: «Безумствуешь ты, Павел! большая ученость доводит тебя до сумасшествия», Деян. 26, 24. Также Иер. 10, 14: «Безумствует всякий человек в своем знании», то есть всякий человек, не боящийся Бога, ибо «начало мудрости – страх Господень», Пс. 110, 10. Об этом сказано, Сир. 23, 36: «Нет ничего лучше страха Господня, и нет ничего сладостнее, как внимать заповедям Господним». Вот почему сказано, Еккл. 12, 13: «Бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом всё для человека», то есть для этого сотворен всякий человек. Итак, поскольку патриарх Антиохийский прожил достойную жизнь, всем сердцем своим возлюбив Бога, Господь в смерти прославил его чудесами, показав, что патриарх был рабом и другом Его. Эти чудеса я не описываю и ради краткости, и из-за того, что спешу поведать о другом.