После смерти господина Томмазо его жена вновь вышла замуж; взял ее в жены племянник маркиза д’Эсте господин Стефан, сын короля Венгрии, брат святой Елизаветы, но не по матери, а по отцу[938]. Стефан породил от Траверсарии прелестного сына, который впоследствии умер; умерла и жена господина Стефана и была погребена в гробнице господина Паоло Траверсари, в церкви Сан-Витале в Артике возле Равенны. Сам же господин Стефан ушел затем в Венецию, где и встретил последний день своей жизни в величайшей нищете и несчастье. И как Иосиф сказал об Ироде Агриппе[939]: «Не было человека, которого до такой степени могли бы преследовать превратности судьбы», приведя три примера его несчастий, так и мы можем привести примеры несчастной судьбы /f. 280b/ господина Стефана.

Первое постигшее его несчастье: после смерти Андраша[940], короля Венгрии, мать Стефана, будучи беременной им, бежала из Венгрии, боясь, как бы ее не убили венгры, как они умертвили другую королеву, а именно мать святой Елизаветы[941].

Второе несчастье: его оклеветали, сказав, что он зачат от некого Дионисия[942], и потому сыновья короля Венгрии не считали его братом и не допускали к владению отцовским наследством. И это сомнение у короля Венгрии[943] оставалось на протяжении многих лет. Но многие братья-минориты из Венгрии, проходившие через Феррару, желали с ним встретиться и говорили, что по облику он очень похож на короля Венгрии, отца своего.

Третье несчастье: когда Стефан воспитывался в Ферраре при дворе маркиза д’Эсте и была надежда, что он по праву родства как сын племянницы, дочери брата Альдобрандино, наследует ему, на осле или на другом вьючном животном привезли из Апулии какого-то маленького мальчика[944], рожденного, как говорили, некой знатной женщиной из Неаполя и неким князем Ринальдо, сыном покойного маркиза Аццо д’Эсте из Феррары. Этого Ринальдо император держал как заложника в оковах в городе Неаполе. Было ли это злонамеренной ложью или правдой, я не знаю. Но как бы там ни было, Стефана изгнали из Феррары, и он жил в Равенне.