Если существует во Вселенной место, куда души грешников отправляют не жариться, а храниться в глубокой заморозке до востребования, то это Фрост-9.

Термометр на визоре шлема показывал минус сто сорок по Цельсию. При такой температуре плевок замерзает быстрее, чем вылетает изо рта, а надежда на тёплый ужин умирает мгновенно.

— Ну и запросы у нашей «девочки», — проворчал в наушнике голос Семёна Аркадьевича. — Сначала ей подавай редкие минералы, потом электричество, а теперь — Крионий-6. Она у нас кто, крейсер или гурман в аристократическом ресторане? Может, ей ещё машинного масла с трюфелями подогреть?

— Крионий нужен для стабилизации ядра, кэп, — ответил я, переступая через ледяной торос. Ветер здесь был такой, что казалось, будто тебя лупят досками по всему телу. — Если ядро перегреется во время прыжка, мы превратимся в очень красивый, но очень мёртвый фейерверк.

— Знаю я, — вздохнул капитан. — Просто этот Крионий стоит как почка императора. И добывают его только в этом секторе, у чёрта на рогах, в компании отморозков. В прямом и переносном смысле.

Справиться с ревностью корабля у меня кое-как получилось. Да, приходилось иногда называть её «девочкой» (что, кстати, перенял весь экипаж, включая Ани, пусть и сквозь зубы), и всё же мы снова работали, как полноценная команда. А вот с аппетитом нашей «красавицы» справиться не удалось. И теперь казалось, что мы не за Артефактами по Галактикам летаем, спасаясь от Империи, а ищем чем бы ещё таким «вкусненьким» угостить «Странницу» (наверное, так правильно?). Но плюсом было то, что все эти «вкусняшки» располагались хотя бы по пути к отмеченным точкам. Так что… мы работали и кормили корабль одновременно.

Рядом со мной, весело поскрипывая сочленениями, катился Гюнтер. Для него этот холод был курортом. Системы охлаждения робота работали на минимуме, и он был, пожалуй, единственным «существом» на этой планете, кто чувствовал себя комфортно.

— Wunderbar! — восхитился робот, сканируя окружающую белизну своим красным окуляром. — Идеальная температура для хранения шницелей! И никакой органической жизни, которая вечно ноет про обморожения. Ordnung и Stille. Порядок и тишина.

— Не каркай, Гюнтер, — я поправил ремень бластера. — Тишина здесь обманчивая.

Мы спускались в кратер «Котёл». Это было единственное место на планете, где можно было жить дольше пяти минут без тяжёлого скафандра. Геотермальные источники внизу создавали тепловой карман, поднимая температуру до «комфортных» минус сорока.

Раньше здесь, в клубах пара и серы, располагалась колония строгого режима. Только стен у этой тюрьмы не было. Зачем стены, если шаг за периметр тепловых генераторов гарантирует превращение в ледяную статую? Теперь же… в общем, бунт, что произошло несколько лет назад, провалился. Большинство заключённых превратились в ледышки или же погибли более «приятной» смертью. Колонии здесь больше не было, зато появилось полноценная шахта для добывания Криония.

Вот только всё это были враки. Ани подсказала, что на самом деле бунт состоялся успешно, и месторождение Криония захватили те самые зэки, что сидели в тюрьме. Собственно, теперь они и торговали. Удивительно, что никто их до сих пор не подмял под себя. Вряд ли у них были силы и вооружение, чтобы противостоять Империи. Вывод напрашивался сам собой — Империя держит их под крылом. Чёрный и белый рынки должны оставаться в монополии только у одного — Императора.

— Влад, датчики фиксируют движение, — предупредила Ани с орбиты. — Тепловые сигнатуры. Много. Вас встречают.

— Вижу.

Из тумана выступили фигуры.

Они напоминали снеговиков-убийц. Толстые, многослойные шкуры местных зверей, поверх которых были нацеплены куски брони и экзоскелеты. Лиц не видно — только дыхательные маски и узкие прорези для глаз.

В центре стоял гигант.

Это был Морж. Местный пахан, король свалки и единственный поставщик Криония в секторе. Он оправдывал своё прозвище. Огромный, жирный (или это была термоизоляция?), с кибернетическими клыками, торчащими из верхней челюсти. Клыки парили, выполняя роль теплообменников.

— Гости! — проревел он. Голос был усилен динамиком. — Редко к нам заглядывают добровольно. Обычно сюда падают или ссылают.

— Мы по делу, Морж, — я остановился в десяти метрах от него. Гюнтер замер справа, тихо гудя сервоприводами.

— Все по делу, — хмыкнул гигант, выпуская струю пара из ноздрей. — Никто не прилетает на Фрост-9 за загаром. Что надо?

— Крионий-6. Один контейнер.

Толпа за его спиной зашевелилась. Крионий здесь был валютой, жизнью и властью.

— Дорогой товар, — Морж почесал подбородок металлической рукой-манипулятором. — Что дашь взамен? Энергоячейки? Оружие? Или, может, оставишь нам своего хромированного друга? Нам как раз не хватает тостера.

Гюнтер возмущённо лязгнул.

— Я не тостер, мешок с жиром! Я — кулинарный виртуоз и машина аннигиляции! Я могу приготовить из тебя отбивную раньше, чем ты скажешь «ой»!

— Тихо, Гюнтер, — я поднял руку. — У нас есть очищенный уран. И медикаменты. Антибиотики, стимуляторы регенерации. На этой помойке они стоят дороже золота.

Глаза Моржа за стёклами маски хищно блеснули.

— Медикаменты… Это хорошо. Покажи.

Я достал из подсумка контейнер-пробник и кинул ему.

Морж поймал его на лету, открыл, понюхал (хотя через фильтры это было бесполезно) и проверил сканером.

— Качественная дрянь, — кивнул он. — Имперская маркировка.

И тут атмосфера изменилась. Морж медленно поднял взгляд на меня.

— Имперская… — повторил он, словно пробуя слово на вкус. — Знаешь, бродяга, мне тут недавно пришла рассылка по закрытому каналу. Личная просьба от генерала Валериус.

Моё сердце пропустило удар. Вазар внутри мгновенно напрягся, посылая в кровь коктейль боевых гормонов.

«Засада. Уровень угрозы: критический. Рекомендую превентивный удар», — холодно констатировал голос в голове.

— И что там пишут? — спросил я, незаметно смещая вес на левую ногу, готовясь к рывку.

— Пишут, что ищут одного парня. Дерзкого, с кораблём-призраком. И награда за его голову такая, что я смогу купить себе личную планету с пляжем и мулатками, — Морж усмехнулся, и его клыки выпустили облачко пара. — Ты ведь Влад Волков, да?

— Ошибка, — я покачал головой. — Я просто курьер.

— Не ври мне, — рыкнул Морж. — Взять их! Товар забрать, робота на запчасти, а парня — в морозилку, пока имперцы не прилетят!

Бандиты вскинули оружие.

— Гюнтер, — тихо сказал я. — План «Б».

— Jawohl! — радостно отозвался робот.

— Огонь! — заорал Морж.

Они нажали на спусковые крючки.

Раздалось несколько жалких пшиков и один слабый хлопок.

Мороз Фроста-9 сыграл с ними злую шутку. Обычные плазменные винтовки, если их не прогревать постоянно, на таком холоде теряют ёмкость аккумуляторов за считанные минуты. Смазка в затворах густеет.

Только у пары бандитов оружие сработало, но выстрелы прошли мимо — мы уже двигались.

— Чёрт! — выругался Морж, пытаясь передёрнуть затвор своей огромной пушки, который намертво примёрз. — Бейте их ломами!

М-да уж…

В какой-то момент мне их даже жалко стало. Это ж надо было быть настолько тупорылым, чтобы вот так облажаться!

Толпа «снеговиков» с рёвом бросилась на нас, доставая ледорубы, цепи и виброножи.

— Ну, идите сюда, отморозки, — прошептал я.

Моя левая рука вспыхнула. Чёрный био-полимер трансформировался, выпуская длинное, гудящее лезвие. Энергия Вазара нагрела клинок докрасна. Вокруг него зашипел пар.

Первый бандит, подбежавший ко мне с топором, даже не понял, что произошло. Я ушёл под замах, и мой клинок рассёк его дубинку вместе с рукоятью. Он поскользнулся и полетел в сугроб.

— Гюнтер, добавь огоньку! — скомандовал я.

— Режим «Барбекю» активирован! — проскрежетал робот.

Его манипуляторы разъехались, и из скрытых сопел вырвались две мощные струи пламени.

Это были промышленные огнемёты, которыми мы обычно выжигали паразитов в дюзах корабля.

ВУУУХ!

Огненный шторм ударил по толпе. Бандиты с воплями бросились врассыпную. Лёд под их ногами мгновенно плавился, превращаясь в кипящую воду, а пар застилал обзор.

— Ах ты ж консервная банка! — взревел Морж.

Он, в отличие от своих миньонов, был экипирован лучше. Его броня выдержала бы и прямое попадание ракеты. Он рванул на меня, как разогнавшийся локомотив, опустив голову.

Я отпрыгнул, но лёд под ногами был предательски скользким. Меня занесло.

Морж врезался в меня плечом. Удар был такой силы, что у меня перехватило дыхание. Я отлетел на несколько метров и врезался спиной в ледяную скалу.

— Ты стоишь сто миллионов, Волков! — рычал гигант, надвигаясь на меня. Он выхватил огромный цепной меч, который, к моему ужасу, работал на топливе и ему было плевать на мороз.

Мотор взревел. Зубья вгрызлись в воздух.

— Я отрежу тебе ноги, чтобы не бегал! — пообещал он.

Я попытался встать, но снова поскользнулся.

Морж замахнулся.

«Левая рука. Щит. Сейчас!» — скомандовал Вазар.

Я вскинул левую руку. Биомасса мгновенно перестроилась, превращаясь из клинка в широкий, чёрный щит.

Цепной меч ударил в него с визгом. Искры полетели мне в лицо. Но щит выдержал.

— Что за… — удивился Морж, давя всем весом.

— Сюрприз, — прохрипел я.

Я толкнул щитом вверх, отбрасывая его меч, и ударил правой ногой ему в колено. Усиленный экзоскелетом удар хрустнул сочленением его брони.

Морж пошатнулся и отступил.

Мы находились на краю геотермального разлома. Из-за огня Гюнтера лёд вокруг начал стремительно таять и трескаться.

— Гюнтер, хватит! — крикнул я. — Мы сейчас все провалимся!

— Но они ещё не прожарились! — возразил робот, поливая огнём группу бегущих врагов.

В этот момент под ногами Моржа раздался громкий треск. Льдина, на которой он стоял, откололась. Гигант взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие, но его огромный вес сыграл против него.

— Твою ма-а-ать! — заорал он, падая назад, в дымящуюся пропасть разлома.

Внизу, метрах в двадцати, бурлила не лава, а кислотный кипяток геотермального источника. Свариться там заживо — смерть почище расстрела.

Морж успел зацепиться одной рукой за край льда. Его кибер-пальцы скребли поверхность, но соскальзывали.

— Помоги! — прохрипел он, глядя на меня. В его глазах исчезла жадность, остался только животный страх.

Я стоял над ним, тяжело дыша. Мой клинок снова сформировался на руке.

«Добей, — равнодушно сказал Вазар. — Сбрось его. Он видел нас. Он сдаст нас при первой возможности. Это логично».

Я посмотрел на бандита. Потом на Гюнтера, который перестал стрелять и вопросительно повернул ко мне свой окуляр.

— Логично, — согласился я вслух. — Но мы не на войне, Вазар. Мы на сделке.

Я упал на колени и протянул левую руку.

— Хватайся, жирдяй!

Морж посмотрел на мою чёрную руку, потом на моё лицо. Он не верил.

— Быстрее! — рявкнул я. — Лёд трещит!

Он схватил меня за запястье. Его перчатка была скользкой, но моя био-рука впилась в его броню, создавая плотное сцепление.

— Гюнтер! Тяни меня!

Робот подлетел сзади, уцепился манипуляторами за мой пояс и врубил реверс гусениц.

— Eins, zwei, drei! — с натугой пропищал он.

Я потянул. Мышцы спины затрещали, симбиот внутри меня зарычал от напряжения, впрыскивая в кровь очередную дозу адреналина. Морж весил, наверное, центнера два.

Но мы вытащили его. Гигант перевалился через край и рухнул лицом в снег, кашляя и хватая ртом холодный воздух. Я упал рядом, раскинув руки. Пар валил от меня столбом.

Вокруг повисла тишина. Оставшиеся бандиты стояли поодаль, не решаясь напасть. Их босс лежал у моих ног, а безумный робот-повар снова наводил на них огнемёты.

Морж медленно перевернулся на спину и сел. Он посмотрел в разлом, где бурлила смерть, потом на меня.

— Ты дурак, Волков? — спросил он хрипло. — Я же тебя убить хотел.

— Хотел, — кивнул я, поднимаясь и отряхиваясь. — Но если ты умрёшь, кто мне Крионий отдаст? Я же не знаю код от склада.

Морж долго смотрел на меня. Потом вдруг расхохотался. Это был лающий, грубый смех.

— Курьер, мать твою… Крионий…

Он с трудом поднялся на ноги, морщась от боли в ушибленном колене.

— Эй, шпана! — гаркнул он своим людям. — Стволы опустили! Тащите контейнер! Живо!

Один из бандитов неуверенно выкатил на санях тяжёлый, покрытый инеем ящик.

— Забирай, — Морж пнул ящик в мою сторону. — А твои таблетки мне оставь. Колено лечить надо.

Я кивнул Гюнтеру, и тот подхватил ценный груз.

— Мы в расчёте? — спросил я.

Морж сплюнул на лёд.

— Нет. Я должен тебе жизнь. А долг жизни на Фросте — это святое. Иначе удача отвернётся, и яйца отмёрзнут.

Он полез в потайной карман на бронежилете и достал оттуда маленький, потёртый предмет.

— Держи.

Я поймал брошенную вещь. Это был чип. Старый, с обгоревшими краями. На нём виднелись символы, от которых у Вазара внутри меня случился приступ ностальгии.

— Что это?

— Навигационный модуль, — буркнул Морж. — Мои парни нашли его в обломках корабля, который вытаял из ледника неделю назад. Корабль был древний, чужой. Этот чип не подходит ни к одному нашему разъёму. Но там карта. Может, тебе пригодится. Раз уж ты любишь лезть во всякие дыры.

Я сжал чип в руке. Симбиот отозвался слабой вибрацией.

«Это ключ, — прошептал Вазар. — Часть ключа к маршруту в „Кладбище Искр“ и не только. Он не врёт».

— Спасибо, — серьёзно сказал я.

— Вали отсюда, — махнул рукой Морж. — И, Волков… Для Империи — я тебя не видел. Согласен?

— Вполне.

Мы с Гюнтером развернулись и пошли прочь из кратера, сквозь поднимающуюся метель.

— Капитан, — сказал я в рацию. — Груз у нас. Грей двигатели.

— И приготовьте сковородку! — добавил Гюнтер. — Я всё-таки поджарил парочку бандитов, и теперь я вдохновлён на создание стейка с корочкой!

— Господи, за что мне этот экипаж… — простонал Семён Аркадьевич в эфире.

Я улыбнулся под маской шлема. Ледяной ветер больше не казался таким холодным. У нас был Крионий, у нас была карта, и мы были живы.

Для хорошего дня этого вполне достаточно.