На небольшой улице Добрушкиных, где расположилось всего шесть многоквартирных домов, случилась настоящая зимняя радость — впервые за три года в одном из южных и довольно тёплых городков пошёл долгожданный снег! Обычно здесь царила привычная тишина и спокойствие, но сегодня вечером все дома были охвачены радостью и приятной суетой.

Жители один за другим выходили на балконы, подходили ближе к окнам, всматриваясь вдаль. Те, кто забывал зажечь в квартире свет, видели намного больше остальных. Белые и столь редкие снежинки в городе Земенске без устали танцевали свой волшебный танец — то замедлялись, то ускорялись вновь. Наконец, опускаясь, ледяные малютки робко и смиренно ложились на землю.

Лишь в одной квартире из всех домов не знали о щедром подарке зимы, там царила своя атмосфера счастья. Мама с дочкой бегали вокруг стола и без конца хохотали.

— Ох и догоню же я тебя, — шутила запыхавшаяся мама. — Ох, не уйдёшь от меня!

— Лови, лови меня! — кричала Маруся и скакала как зайчик. Бегала, смеялась, задирала вверх руки, стараясь соорудить ими больше препятствий по пути — то стулья выдвинуть, то дверцы шкафчиков приоткрыть.

— Нечестно так! — заявила мама и остановилась, надув губы как рыбка. — Всё! Больше не могу! Ты как ураган!

Вдруг раздался звук открывающейся входной двери, и девочка, позабыв обо всём на свете, выскочила в коридор и побежала на звук.

— Папа! Папа вернулся!

Мужчина, только вошедший в родной дом, приготовился к объятиям и присел на корточки, а настоящий семилетний ураган, не замедляясь, налетел на него, и они вместе упали на пол.

— Маруська-сладкий пирожок! Ты как всегда в ударе, — сказал папа и захохотал. Из кухни выглянула мама и улыбнулась.

— Давай скорее, всё уже готово! Только вот кто-то упрямится и не хочет мне помогать накрывать на стол, — пробурчала недовольно слегка обиженная мама.

— Ну, это мы сейчас исправим, — заговорил папа серьёзным голосом.

Малютка, округлив свои карие глазки, подскочила и побежала обратно на кухню.

— Сейчас, сейчас, сейчас! — тараторила девчонка, громко и быстро позвякивая посудой.

«Хоть бы не разбила ничего…» — только и подумали одновременно родители и улыбнулись друг другу.

— Ах! Чуть не забыл! А вы видели, что там на улице творится? Неужели всё пропускаете? Пойдёмте скорей смотреть! Дашуля, дорогая, выключай свет!

Папа подхватил дочку на руки и устремился к окну. Свет на кухне погас, и мама медленно подошла к своим родным и любимым. Во дворе разворачивалась сказочная картина.

— Серёжка! Это же снег! Давно его не было! Не верится даже, красотища какая! — воскликнула мама.

— Снег! Снег! Хочу гулять, хочу снеговиков лепить! — радостно заявила Маруся и ещё больше пододвинула свой неугомонный и любопытный носик к стеклу, чтоб лучше всё рассмотреть.

Вся улица была белой. Голые и до этого невзрачные деревья преобразились, стали серебристыми и сказочными, а скамейки и качели спрятались под мягким, пушистым покрывалом. Редкие прохожие спешили домой, оставляя на свежевыпавшем снегу цепочки следов, быстро исчезающих под новой порцией чистого, белого сияния.

Так и стояла улица, украшенная первозданной красотой, полная надежды и ожидания чуда…

— Это ли не чудо? — восхищённо спросила мама и, крепко обняв супруга и дочку, прошептала: — А ну-ка, живо мыть руки, снег снегом, а ужин по расписанию.

— Есть! — в шутку отрапортовал папа и потянул за собой дочурку.

Пока Маруся с отцом делили между собой мыло, мама разложила по тарелкам жареную картошку и морковный салат и принялась ждать голодную и весёлую парочку. Из ванны доносились задорные крики и вопли.

«В этом доме ничего не меняется! Стоило Маруське появиться на свет, как о тишине пришлось позабыть. Но какое же это счастье», — с улыбкой на лице подумала мама и краем уха услышала разговор из ванной комнаты. Весёлая атмосфера сменилась на тревожную.

— А что это у тебя на лбу? — на удивление серьёзно спросил отец дочку.

— Что там, что? Я не вижу! — с волнением сообщила Маруся.

— И вот тут на шее, и на щеке, и даже на локте…

— Ну что там такое? — не выдержала мама Даша и громко озвучила свой вопрос так, чтобы её услышали из кухни.

— Ветрянка! — коротко и громко ответил папа Серёжа и тяжело вздохнул. До Нового года оставалось совсем ничего, а брать на работе больничный сейчас ни ему, ни жене никак нельзя. Отчёты, отчёты, отчёты. — Хм, Даш, что будем делать?

Мама заглянула в ванную и принялась осматривать дочку. Не прошло и минуты, как она согласилась с выводами и тоже немного пригорюнилась. Придётся менять все планы на долгие праздничные выходные.

— Точно ветрянка! И где мы только нашли её? — вздохнула женщина и отправилась искать свой телефон, на ходу сообщая другим, куда она направилась: — Предупрежу школьного учителя, вдруг ещё кому-то из твоих одноклассников повезёт на каникулах, он должен знать об этом.

— М-да! Вот дела! — тихонько сказал папа и в шутку, как будто он на лыжах, заскользил по полу прямиком на кухню.

Дочка последовала весёлому примеру и отвлеклась от своей непонятной ветрянки. Что это такое, она пока не знала, ну а по-прежнему весёлое настроение отца не дало ей возможности испугаться или расстроиться: бояться и переживать времени совсем нет, да и незачем. Папа Серёжа — мастер по хорошему настроению, он всегда знает, что нужно для счастья и радости.

В приятной домашней обстановке все ели и смеялись, слушая папины истории о том, как он добирался вечером домой и как долго и мужественно до этого сражался на работе с опасным и ненасытным принтером, который так и норовил съесть всю бумагу в офисе. Маруся знала, что папа шутит, но каждую историю слушала, как настоящую и совсем не выдуманную. Для неё он был самым лучшим отцом на свете, а про ветрянку девчушка уже успела позабыть.

— Марусь, завтра поедем к бабушке и дедушке в деревню, — неожиданно сообщила мама.

— Но почему? — с грустью в голосе спросила девочка. — Скоро ведь Новый год, я не хочу отдельно от вас проводить своё время!

— Это ненадолго, сладкий пирожок, всего-то на три дня, — подбодрил дочурку папа и погладил рукой по голове. — Другого выбора нет. Ты заболела, а мы сейчас не сможем уделить тебе время, так нехорошо. Будем лишь переживать за тебя, если ты одна останешься дома, пока мы на работе.

— Но… — хотела возразить Маруся и не нашлась что сказать. Она до ужаса испугалась, что этот Новый год ей придётся провести вдали от семьи, да ещё и с этой непонятной ветрянкой.

Остаток вечера прошёл за важными разговорами — с ватной палочкой в руках и зелёнкой. Дочка получала на ближайшие дни список наставлений по поводу того, что ей можно делать, а что нельзя, а родители в это время старательно рисовали зелёные точечки на её теле.

«Все прыщики обязательно мазать зелёнкой и как можно чаще», — говорила мама.

«Мочить нельзя!» — говорил папа.

«А если поднимется температура, то обязательно нужно выпить вот это и это лекарство. Но сама не пей, только под присмотром бабушки или дедушки!» — тараторила мама.

— Поняла? — хором спросили взволнованные родители.

— Поняла, — грустно ответила Маруся и шмыгнула носом.

Девочка собиралась расплакаться, но не тут-то было, папа, как всегда, скорчил смешную гримасу, и все дружно рассмеялись.

Утром встали очень-очень рано. До деревни нужно было добираться не меньше полутора часов, а ведь кому-то ещё нужно на работу. Да и снег выпал, мало ли что случится в пути: вдруг машина заглохнет или застрянет — а опаздывать нельзя!

Маруся думала, что во время поездки досмотрит свой сон в машине, но так и не смогла заснуть. Всё её внимание было приковано к бесконечной белой дороге. За ночь снега навалило прилично, сейчас же лишь изредка с неба падали малюсенькие снежинки.

Наконец машина остановилась. Приехали.

Перед небольшим одноэтажным домом дедушка старательно расчищал дорогу, а бабушка ждала внучку возле калитки с огромными валенками в руках. Не хотела, чтоб её малютка замёрзла, только приехав. Как ни крути, в деревне всегда холоднее, чем в городе.

Мама с папой крепко обняли дочку и, поцеловав своих родителей, поспешили обратно к автомобилю. Мотор зарычал, и машина отправилась в обратный путь. В боковое окно выглянула мама и помахала рукой.

— Ну, не переживай, — подбодрила внучку бабушка. — Скоро все вместе будем отмечать Новый год, вот увидишь! А сейчас самое важное успеть всё подготовить к празднику и начать лечить тебя. Ну, идём скорее в дом, дед печку растопил, и совсем скоро будут вкусные пирожки.

— С яблоками? — радостно спросила девочка.

— Всё как ты любишь, — ответила бабушка, и все вместе вразвалочку направились к дому в серых валенках.

Первый день без родителей пролетел незаметно, но к вечеру Маруся заскучала по дому — даже пирожки с яблоками не сумели улучшить настроение. И чем больше девочка думала о папе и маме, тем сильнее ей хотелось к ним.

Бабушка почувствовала витающую в воздухе грусть и предложила внучке вместе нарядить ёлку.

Дедушка забрался на чердак и долго там копошился, но потом всё же нашёл то, что искал — небольшую ёлочку. Ей было намного больше лет, чем Марусе, и выглядела она довольно жалко. Со временем веточки стали блёклыми и как будто серыми.

— Фу, не хочу наряжать такую ёлку! — заявила Маруся, увидев искусственное маленькое деревце. — Она совсем некрасивая! Папе с мамой не понравится! У нас дома большая, яркая и пушистая! А эта похожа на старый поломанный куст!

Девочка спрыгнула с кресла и ногой толкнула коробку с новогодними украшениями, которую только что принесла бабушка из кладовки. Что-то грустно звякнуло и заскрипело внутри коробки. Дедушка молча заглянул в неё и лишь тихонечко хмыкнул себе под нос. В тёплой и светлой комнате неожиданно всем стало неуютно.

Бабушка попыталась убедить Марусю в том, что ёлочка станет красавицей, стоит лишь нарядить её, но девочка не захотела слушать и быстро выбежала из комнаты. Из спальни до взрослых донеслись приглушённые всхлипывания.

Бабушка расстроилась и томно опустилась в кресло.

— Ну-ну, дорогая, она просто расстроена и скучает по маме с папой, у них ведь были планы, а тут болезнь эта и всё, не как хотелось бы. Беспокоится. Завтра будет новый день, а пока давай оставим всё как есть, и без нашего сладкого пирожочка-Маруськи ёлку наряжать не будем, — одумается.

— Хорошо, — согласилась бабушка и вручила мужу банку с зелёнкой и ватную палочку. Сама же осталась в комнате один на один с маленькой ёлочкой и воспоминаниями. Это была та самая ёлка, которую она когда-то с мужем купила на пятый Новый год своего сына. Как же давно это было…

Дедушка тихонько постучал в комнату внучки и лишь после этого зашёл внутрь. Маруси нигде не было видно, и лишь изредка грустную девчушку выдавали всхлипывания, доносившиеся из шкафа. Она спряталась, ведь ей было стыдно за своё поведение.

— Ах, Маруся, ты так быстро бегаешь! Никогда в жизни не видел, чтоб кто-то был таким шустрым. Вроде была в комнате, а тут раз и нет, — сказал дедушка и умостился на краю кровати. Он решил начать разговор с комплимента.

Всхлип… Всхлип… Шмыг…

Послышалось из шкафа.

— Я тут это, зелёночку принёс, нужно намазать все прыщики.

В ответ тишина.

— Эх, ну ладно. Так уж и быть, пускай ветрянка эта навсегда останется с тобой, — вздохнул грустно дедушка и хитро добавил: — Пойду, выброшу эту зелёнку негодную. А прыщики-то всю тебя облепят небось… Ну, узнаем скоро.

— Стой, погоди, — донеслось из коричневого шкафа, и дверцы медленно распахнулись. Из темноты высунулась голова с косичками и двумя большими грустными, заплаканными глазами. — Я не хотела обидеть бабушку и глупо себя вела…

— Знаю-знаю, милая. Бабушка всё понимает, и уверен, что простит тебя, если ты постараешься загладить вину.

— Я извинюсь, — прошептала Маруся, — но ёлку эту украшать не буду…

В комнате повисла тишина. Дедушка вздохнул и не стал спорить с внучкой. Хотел, чтоб она сама всё поняла, без подсказки.

— Утро вечера мудренее, — только и сказал он в ответ и принялся рисовать зелёные точки на Марусе. Рисовал долго, ворчал мало, но дело сделал как следует. — Ну что ж, спокойной ночи, дорогая.

— Спокойной ночи, дедушка, — шепнула девочка и шустро забралась под тёплое одеяло. — Пожелай бабушке добрых снов, хорошо?

— Хорошо, — кивнул дед и вышел из тёплой комнаты, погасив яркий свет.

На тумбочке в углу остался гореть маленький ночник в форме домика.

Маруся долго крутилась и не могла заснуть. То ли смена обстановки и новая кровать мешали, то ли испорченное настроение, а может быть, и тоска по маме с папой вперемешку со всем остальным.

Карие глазки, не желающие закрываться, принялись осматривать тёмную комнату, но мало что могли разглядеть хорошо. Света от ночника не хватало.

Вдруг на один миг комнату осветил яркий луч — и вновь стало темно. Девочка обернулась к двери, но там никого не было — никто не мог нажать на выключатель. Да и если бы нажал, то не стал бы прятаться и пугать. Бабушке и дедушке уж точно это не нужно.

— Нет, это не люстра загоралась на миг! — прошептала Маруся. — Это был свет с улицы! Но что так ярко светилось, может, это звезда упала? Может, ещё одна пролетит?

После своих же слов Маруська подскочила и подбежала к окну, но за ним было просто темно. Ни света луны, ни звёзд — всё небо затянуто, и ничего не видно. Постояв так с минуту, босые ножки замёрзли, и пришлось вернуться обратно в кровать под тёплое ватное одеяло.

Через стену послышался дедушкин храп. Дед принялся охранять дом. Маруся всегда считала, что он именно так защищает её и бабушку от всяких там страшилок и монстров. Услышав такой рык, никто бы не приблизился к дому.

И вот опять! Вновь произошло что-то необычное. Но на этот раз на смену странной вспышке пришёл приятный звук. За окном звенели колокольчики, и хрустел снег.

— Кто-то ходит по двору! — предположила Маруся и хотела встать, но не смогла.

Дзынь, дзынь, дзынь!..

Повторяли без конца колокольчики и своей приятной мелодией отговаривали девочку вставать с кровати. Они так и повторяли: «Спи, спи, спи!»

Глазки и закрылись. Но ненадолго.

В комнате, где только что заснула девочка, кто-то горестно заплакал. Маруся открыла глаза и удивилась тому, что увидела. На краю её кровати сидела маленькая ёлочка, очень похожая на ту, которую девочка отказалась наряжать. Только сейчас она выглядела иначе — по волшебному. Она была живой!

Вместо подставки у ёлочки были ножки в красных ботиночках, а по бокам, кроме веточек, виднелись и ручки. Ёлочка всхлипнула и обернулась. Маруся вздрогнула и почти закричала:

— Да ты не ёлочка! А самая настоящая девочка в костюме ёлочки! Откуда ты здесь взялась?

Ёлочка посмотрела на Марусю и надулась, её иголочки, местами зелёные, а местами серые, затряслись от возмущения.

— Ты чего? Злишься, что ли? — удивилась Маруська. — Как тебя звать?

— Я-то? Злюсь? — воскликнула девочка в костюме ёлки и вновь разрыдалась. — Совсем не злюсь, я в отчаянии!

— Но что же случилось?

— Я никому не нужна! — тяжело вздохнула колючая маленькая ёлочка. — Ты сказала на меня «Фу», посчитала, что я не красивая! Теперь бабушка с дедушкой выбросят меня! Но я этого не хочу! Я думала, что меня заберёт Дед Мороз, но он лишь колокольчики свои волшебные принёс и на меня повесил, а потом к тебе отправил!

— Ко мне? — удивилась Маруся и уточнила: — Дед Мороз?

— Ну да! К тебе! Говорит, что ты ошиблась и всё нормализуется. И как вот мне теперь быть? Нигде и никому я не нужна, совсем скоро моё волшебство иссякнет, и я пропаду! А раньше-то я была такой красивой, у меня был друг Серёжа, он так красиво украшал меня каждый год, а потом вот появилась ты…

Ёлочка, или девочка в костюме ёлочки, вновь зарыдала. Марусе стало грустно и неловко. Ведь она и правда обидела эту девочку-ёлочку, и теперь нужно как-то всё исправлять. Но как?

— Я Маруська-сладкий пирожок! — хихикнула Маруся. — Так меня папа называет… А давай дружить! Ты так и не сказала, как тебя зовут… Мы можем и тебе придумать красивое дополнение к имени!

Маруся очень вовремя вспомнила своего папу Серёжу, он всегда в таких ситуациях не давал другим грустить, помогал отвлечься и поддерживал. А ещё, кажется, он и был когда-то тем маленьким мальчиком, который дружил с этой ёлочкой.

— Не очень и хочется мне с тобой дружбу заводить, — сказала ёлочка и показала язык. — Ты меня обидела!

— Прости, — сказала Маруся. — Я, не подумав, сказала это, и очень зря. Я всё исправлю, обещаю!

— Ёлка! Просто Ёлка! Меня все так зовут, — немного помолчав, сказала девочка-ёлочка и протянула Марусе свою ручку.

Девчонки пожали ладошки и улыбнулись друг другу. В комнате после этого как-то даже стало светлее и уютнее.

Ёлочка поближе присмотрелась к Марусе и захохотала.

— А чего ты вся в крапинку и зелёная такая? — спросила она свою новую подругу.

— Я заболела ветрянкой, и вот меня уже второй день разукрашивают зелёнкой.

— Зелёнкой? — уточнила ёлочка. — Не знаю, что это такое, но звучит приятно как-то. А что, если этим словом дополнить моё имя? Можно?.. Вот почему ты Маруська-сладкий пирожок?

— Потому что люблю сладкие пирожки. Как зубы появились, так только их почти и жую без конца!

— Да, тебе это подходит. Ну, значит, зелёнка не для меня, — разочарованно сказала ёлочка, а Маруся задумалась.

— Вообще-то, Ёлка-зелёнка звучит очень хорошо и мило! — уверенно заявила Маруська. — Давай и тебя, так же как и меня, раскрасим зелёнкой! Тогда будет причина для такого дополнения к твоему имени!

— А давай! — обрадовалась ёлочка. Тогда она останется с бабушкой и дедушкой в деревне и со своей новой подружкой. Теперь уж точно не исчезнет!

Ох, трудились ни час, ни два! Дольше… Каждую веточку, каждую иголочку Маруся проверяла по несколько раз и старательно зарисовывала зелёнкой, которую оставил дедушка в её комнате. Ёлочка крутила свои веточки и помогала искать блёклые иголочки. Все серые места медленно насыщались ярким цветом.

За окном начинало светать.

— Кажется, всё! — довольно сказала Маруся и посмотрела на свои руки. Они почти все были зелёными.

Ёлочка подскочила, побежала к зеркалу и закрутилась.

— Какая же я красивая! И всё это благодаря тебе, моя подруга! Спасибо большое! Скажи, скажи, как теперь меня зовут?

— Ёлка-зелёнка! — выкрикнула Маруся, и через стену до её ушек долетели голоса бабушки и дедушки. Они проснулись и уже встали.

Ёлочка засуетилась и побежала в гостиную, туда, где её вчера все оставили. Бежала тихо, но не могла остаться незамеченной. Звук колокольчиков уверенно сопровождал её.

В комнату вошли дедушка и бабушка. На кровати сидела сонная Маруся. Бабушка схватилась за сердце.

— Батюшки! Что с твоими руками? — испугалась она.

Дедушка с Маруси перевёл взгляд на тумбочку. Флакончик с зелёнкой стоял там открытый и, кажется, был пуст.

— Ты что это, за один раз решила вылечиться? — спросил дедушка, а внучка лишь хихикнула и пожала плечиками.

— Прости меня, бабушка, — сказала виновато Маруся. — Зря я так вчера. Теперь всё будет по-другому! Давай нарядим нашу ёлочку вместе.

Бабушка улыбнулась, и все отправились в зал, к ёлочке. Зелёная красавица стояла всё там же, где и вчера. Вот только сегодня она была не страшненькая и блёклая, а яркая и полностью зелёная.

— Вот, значит, куда ушла вся зелёнка! — понял дедушка.

— Ага! — заявила Маруся и улыбнулась. — Теперь это Ёлка-зелёнка, моя подружка, красавица!

Обычная небольшая ёлочка, без ножек и ручек, на простой подставке стояла на столе и ждала своих украшений. С пола подняли коробку с новогодними игрушками и мишурой, но нарядить так и не успели. В дверь кто-то постучал, и дедушка отправился открывать.

— Вот так сюрприз! — послышалось из прихожей. — Вот так праздник! Заходите!

Маруся выглянула из-за бабушки и увидела маму и папу. Оказалось, что они работали не покладая рук и успели выполнить все дела в два раза быстрее.

До Нового года оставалось всего лишь два дня, но уже сейчас вся семья была в полном сборе — как и должно быть. Сейчас они все вместе нарядят ёлку, и можно будет приступать к украшению дома. Только вот за зелёнкой теперь придётся съездить в аптеку, но это ничего. Оно того стоило. Пускай ветрянка всё ещё не прошла, но Новый год состоится.

В этом году Ёлка-зелёнка обрела нового друга и встретила старого. Серёжа, папа Маруси, не мог насмотреться на любимую ёлочку. С улыбкой на лице и с радостью в сердце, как и в детстве, он вместе со всеми принялся наряжать зелёную красавицу.

Дед Мороз оказался прав. Не зря он отправил волшебную ёлочку к Марусе. Он точно знал, что она хорошая девочка и всё сделает правильно.