Окликают его.

                      Как не слышит малыш,

Только смотрит на всех огорченно и хмуро.

— Миша, ты не глухой,

                                   почему ты молчишь?

— Потому что я вовсе не Миша, а Юра.

— И давно ли, скажи-ка, ты Юрою стал?

— Сам не знаю. Родился, меня и назвали.

Я — Гагарин.

                    — Так ты, что ли, в космос летал?

— Ну, конечно.

                    — Ах, вон что! А мы и не знали.

— Как там, страшно иль нет?

                                          — Испугался разок, —

Но совсем не заплакал,

                                    потому что мужчина.

Носом прямо в Луну угодил мой «Восток» —

Разлетелась в осколки одна половина.

Из обломков Луны вышла тысяча звезд,

И по небу они расползлись, как букашки.

Я две звездочки взял и с собою привез:

Вот, смотрите, на куртке и вот на фуражке.

…Просыпаясь во власти космических снов,

О полетах своих рапортует он лежа.

— Ты теперь уж, наверное, Герман Титов?

— Нет, пусть Германом будет

                                            мой братик Сережа.

Что ж, Михайло, играй, фантазируй, сынок,

Сновиденья смотри на реальных основах.

Из таких вот, как ты, —

                                    в предназначенный срок —

Много выйдет Гагариных,

                                      много Титовых.