Математик Оспанов заболел. Пришлось нам играть в волейбол вместо того, чтобы заниматься решением задач. Я ловко отбил мяч, упав на землю, встал, отряхнулся и поискал глазами среди зрителей Жанар. Но ее не было.

Наверно, она сидела в классе и читала книжку.

— Я поцарапал руку, пойду помою, — крикнул я ребятам и направился в школу.

Открыв дверь класса, я увидел Жанар… О, лучше бы я никогда ее не видел!

Рядом с девочкой сидел Жантас, и они вместе рассматривали какой-то журнал с картинками. Жанар, услышав скрип двери, подняла голову, но сейчас же снова принялась рассматривать журнал, как будто мое появление вовсе ее не касалось.

Жантас читал вслух. Это была какая-то статья о путешествии по Африке. Я был возмущен вдвойне. Во-первых, как это случилось, что я сам не догадался принести в класс журнал и привлечь внимание Жанар интересной статьей. Во-вторых, этот хитрец Жантас ничего не смыслил в географии.

Когда Рахманов ставил ему тройку, то Жантас и этому был рад. Жантас, вероятно, даже и не знал, где находится Африка, мысленно помещая ее где-то между Северной и Южной Америкой, а сейчас он читал журнал с таким видом, как будто сам поехал с чешскими путешественниками Зигмундом и Ганзелкой от Каира до Капштадта…

— Что это вы читаете? — спросил я.

Мне не ответили.

— Что это за журнал? — повторил я, притягивая к себе обложку.

Жанар подняла на меня гневные глаза.

— Уходи. Не мешай. — Она сказала это очень спокойно.

Но, честное слово, лучше бы она ругалась и кричала. Меня словно ударили в лицо.

А Жантас продолжал читать, не обращая на меня никакого внимания.

Я прошел к своей парте. Самое глупое было то, что я не знал, что нужно мне делать, что предпринять. Чтобы выиграть время, я принялся шарить в портфеле… Конечно, я ничего не нашел и положил портфель на место.

— Идем играть в волейбол! — предложил я.

Жантас отрицательно покачал головой.

Я ругал себя последними словами. Почему же мне раньше не приходило в голову принести журнал и читать его вместе с Жанар! Ну и безмозглое же я существо!

Нужно признать честно — читал Жантас быстро и выразительно. И Жанар слушала внимательно и, видимо, с большим удовольствием.

Я снова выбежал на улицу. Зубы у меня от злости скрипели, как будто я их точил. А для чего точил, на кого точил — этого я и сам не знал.

Долго я не мог успокоиться. Наконец мне в голову пришла мысль: я должен написать Жанар письмо. В этом письме я расскажу ей все, как я к ней отношусь, как я готов совершить для нее любой подвиг. И о том, что Жантас вовсе недостоин дружбы с ней. Я долго писал, испортил почти целых две тетради, зачеркивал, рвал, писал снова.

Потом опять зачеркивал. В конце концов выяснилось, что без изменений осталась только одна строка: «Ж!!! Будем, как Козы Корпеш и Баян!»