Как повернется

Колесо судьбы твоей

Решать тебе.

Свет втянул её, провернул и выплюнул как игральный кубик. Норта очутилась в странном месте, где на неё сразу нахлынули всевозможные ощущения: вибрация, непонятный гул, вспышки неоновых огней, грохот железных деталей, сплетённые в общую какофонию. После многодневной тишины Отшельника это было почти болезненно для органов чувств.

Колесо Фортуны выглядело парком развлечений, миром карнавала, ярким, шумным и бездушным в прямом смысле этого слова. Людей на территории этого парка аттракционов не было. Карусели крутились сами по себе, вдали виднелись американские горки. В центре возвышалось гигантское Колесо Обозрения. Оно медленно, со скрипом, вращалось.

— Пустота в движении, — в своей странной манере прокомментировала Нора.

Это было точное замечание. Все аттракционы ярко светились, играла заводная музыка (или её обрывки), но, кроме Норты, вокруг не было ни души.

— Да, как-то жутковато, — поёжилась наша путешественница, — но я решила пройти до конца, и пройду.

— Предлагаю всё здесь осмотреть и пройти все аттракционы, — Звёздочка как всегда давала хорошие советы.

Ближе всего к ним, в сиянии тысячи лампочек, вращалась Карусель. Её платформа была огромным, выточенным из тёмного дерева Колесом. Вместо лошадей по кругу стояли фигуры Арканов Таро, ожившие в причудливых образах. Вот вздыбленная Сила в облике льва с золотой гривой. Вот замершая в танце Жрица на спине лунного быка.

— Карусель — самая чистая и детская метафора Колеса. Идеальный старт, — было заметно, что Звёздочка оживилась и весьма заинтригована новым пространством, — садись на Сфинкса!

Норта спустила с рук притихшего Арта, видимо, тоже ошарашенного звуками и огнями, и подошла поближе.

— Тут всё будет в виде колёс? — спросила девушка, усаживаясь на небесного цвета Сфинкса и стараясь не задеть меч в его руке, — смотри, тут буквы «T-A-R-O» на ободе колеса.

— Но что интересно, — разошлась Нора-Звездочка, — что эти буквы анаграмма слова R-O-T-A (Колесо). Таким образом, сама колода Таро зашифрована в своей ключевой карте как вечно вращающийся круг судьбы.

Они закружились под механическую и бесконечно грустную музыку. Эта музыка постепенно ускорялась, становилась резче, быстрее. Карусель рванула вперёд, набирая скорость.

Мир за её пределами превратился в ослепительную полосу света. Так длилось несколько минут, так что у Норты сильно закружилась голова, затем движение замедлилось. Резко, как будто кто-то схватил колесо рукой.

Музыка затихла, сменившись натянутой тишиной, полной статического электричества.

Карусель остановилась, но не полностью, она продолжала медленно, почти невыносимо медленно поворачиваться, подвозя её к точке отправления. И Норте на секунду показалось, что там, на платформе, стояла фигура в белой тунике и цветном потрёпанном плаще. Но, нет, платформа была пуста, когда Норта, чуть покачиваясь, сошла на землю. Земля некоторое время плыла у неё под ногами, а подруга из медальона, которой быстрое вращение было, очевидно, нипочём, продолжала увлечённо рассуждать:

— Вообще-то Сфинкс должен быть неподвижен, как и ось колеса, не потому, что он не может двигаться, а потому что ему не нужно двигаться. Он уже в позиции максимального контроля. Сфинкс — это стабильный "якорь" в хаосе случая. Он — Судьба, Карма, Провидение, его нужно не направлять, а постигать и принимать.

— Но Сфинкс на Каруселе кружился вместе с другими фигурами! — заметила Норта, которая уже справилась с приступом головокружения и теперь шагала по дорожке, высматривая Арта. Он всё же куда-то запропастился.

— И это тревожный знак! — заявила Нора, — это означает только одно: система сломана, законы Фортуны искажены, и сам арбитр втянут в игру. Значит, где-то здесь есть настоящий неподвижный Сфинкс, настоящий центр, судья этой локации.

— Пока не понятно, что это значит для меня? — рассеянно проговорила Норта.

— Тебе придётся играть не по правилам!

— Ну, для Шута это не трудно, — повеселела наша героиня, — смотри, куда мы пришли!

Комната Кривых Зеркал.

— Когда-то в детстве мне нравились кривые зеркала, казались смешными, а потом вдруг раз — и стали пугать своей искаженной сутью, — заметила звёздная пленница.

***

Кривые зеркала ждали их за черной бархатной портьерой, которая отдернулась сама собой с тихим, похожим на вздох, шорохом.

Комната была не лабиринтом, а одним большим залом в форме калейдоскопа. Бесчисленные зеркала, от пола до потолка, сходились к центру, создавая ощущение, что ты стоишь в сердцевине бриллианта, каждую грань которого искажает реальность. Воздух пах пылью, как в старом кинотеатре.

Норта сделала шаг внутрь — и её размножили на тысячи.

Здесь были все её гротески. Толстая, самодовольная Норта, едва поместившаяся в зеркало. Тощая, плачущая Норта, запертая в узкой щели между стеклами. Норта-старуха, Норта-ребенок, Норта с лицом Отшельника. Ещё одно – вытянутое, бесконечно-несчастное отражение. Другое дробилось на сотни мелких Норт, каждая из которых была в своей стеклянной ловушке.

Она шла, стараясь смотреть себе под ноги, на черно-белый пол в виде шахматной доски. Но периферией зрения ловила движение. Не просто отражения, повторяющие её жест. Опоздавшие на долю секунды. Рука в зеркале поднималась, когда она уже опускала свою. Голова поворачивалась, когда она уже смотрела вперед.

А потом она увидела это.

В высоком, узком зеркале-волне, которое должно было вытянуть фигуру в тонкую, дрожащую струну, отражение вело себя совсем иначе. Во-первых, оно было четким. Во-вторых, оно стояло прямо, спокойно, в том же самом плаще, что и наша настоящая героиня. Но в отражённых руках копия Норты держала карту Таро, какую, не разобрать, но было видно как край той карты блестел золотом.

Двойник. Она замерла, а та зеркальная Атрон нет. Наоборот, она подняла голову и встретилась с ней взглядом. Норта невольно отшатнулась от зеркала. А та, Другая, шагнула к ней, из глубины стекла, да так, что расстояние между ними сократилось.

— Ты моя удача? — тихо спросила Норта, и её голос, умноженный эхом, разлетелся шепотом по залу, — или моя неудача?

Другая покачала головой. В этот миг все остальные зеркала погасли. Погасли, потухли, стали черными, непроницаемыми. Свет остался только в этом одном узком зеркале, превратив его в портал, в окно в иную реальность. За спиной Двойника угадывались знакомые очертания: стол, часы, серебристый свет хронолилий. Комната Отшельника? Вечная временная петля.

— Я вышла оттуда, — сказала Норта, чувствуя, как холод стекла проникает в кожу.

Ведь вышла?

Стекло зеркала перед ней заволновалось, как поверхность воды, и изображение исчезло.

Норта не помнила как выскочила на свежий воздух.

— Это не комната Кривых Зеркал, а Комната Ужаса какая-то! — сказала она отдышавшись, руки ещё немного дрожали. Скорее прочь отсюда!

Скоро стало понятно, что дорога ведёт Норту к Колесу Обозрения.

— Если на каждом аттракционе будет что-то случаться, я выйду из этого Аркана седой и заикающейся, — попыталась пошутить девушка, но её подруга не поддержала шутливый тон.

— Можешь спрятать мой медальон под своей одеждой? — спросила она странным голосом.

— А что случилось? Зачем? — переполошилась Норта.

— Нет-нет, ничего особенного... просто я боюсь высоты, — призналась Нора.

Пряча медальон за пазуху, Норта краем глаза заметила, что её отражение в луже не повторило этот жест. Плохое предчувствие овладело девушкой, она отогнала его силой воли и заставила себя сесть в подъезжавшую кабинку.

Кабина была похожа на хрустальный пузырь, холодный и скользкий изнутри. Норта захлопнула за собой дверцу с тихим щелчком, и колесо, содрогнувшись, тронулось в путь. Оно поднималось не спеша, с торжественным, почти похоронным скрипом. Весь прошлый опыт её путешествия по этому миру заставил вцепиться в поручни кабинки что есть мочи.

Отсюда, из этой прозрачной колыбели, была видна геометрия Парка. Крыша зала Кривых Зеркал сверкала, как чешуя змеи. Площадка с автомобильчиками сверху выглядела как человек с головой шакала. Норта разглядела четыре скульптуры: Ангела в северном углу Парка, Орла — стража западного угла, Льва на востоке и Быка на юге.

Всё между ними двигалось, мигало, гудело — идеальный механизм, в который она вставила себя, как неподходящую деталь.

И вот её кабина поднялась до самой верхней точки, сделала последний рывок — и застыла.

Что-то подобное Норта и ожидала, вот даже не удивилась ни чуточки. Оглушительная тишина сразу обрушилась на неё. Музыка парка осталась где-то внизу, приглушённая, как шум кровотока в ушах. Она оказалась в подвешенном состоянии, и само колесо замерло для неё одной.

Внизу, далеко под ногами, в самой нижней кабинке неподвижно сидела неясная фигурка. Наверняка, та, Другая. Норта словно чувствовала её внимание. Будто та спрашивала: "Ну, и что ты с этим сделаешь?

А что можно сделать, зависнув в Колесе Обозрения? Можно смотреть... Главное, не паниковать!..

Норта прижалась лбом к холодному стеклу. Отсюда было видно то, что было не видно снизу. Дорожки, павильоны, очереди аттракционов образовывали гигантскую совершенную мандалу. В её центре, на площади перед главным входом, которого она не видела раньше, стояла фигура. Сфинкс. Настоящий! Не вращающийся... Высеченный из чёрного камня, он сидел, уставившись пустыми глазницами на пустые ворота. Он был стержнем, осью, вокруг которой всё должно было вращаться.

— Элеонора! — прошептала Норта, почему-то использовав полное имя своей подруги, — ты мне нужна. Давай, поговори со мной! Прочитай мне лекцию о перевернутом Колесе Фортуны, только не молчи!

— Застряли? Я так и знала! — раздался приглушённый ответ, — могу поразмышлять на этот счёт, только не вытаскивай медальон из-под одежды! Перевёрнутое Колесо — не всегда неудача. Более глубокая трактовка: "Колесо, которое пытаются остановить". Иногда борьба с судьбой, попытки контролировать неконтролируемое, приводит к ещё большим страданиям. Иногда такая карта советует не ждать Удачи, а перестать сопротивляться и позволить циклу завершиться, даже если это болезненный спад. В нашем случае, болезненный подъём...

Стекло перед лицом Норты запотело пока она слушала. Почти не думая, она провела по нему пальцем, оставляя след: чистую, яркую линию. Круг? Нет, скорее ноль. Номер её Аркана! Пусть обнулит все ошибки, пусть перезапустит это чёртово Колесо!

Внизу, на площади, каменный Сфинкс повернул голову, немного, всего на миллиметр, с глухим, далёким скрежетом, который она почувствовала скорее зубами, чем ушами. Его пустые глазницы теперь смотрели не на ворота, а на неё. Колесо дёрнулось и снова пришло в движение.

Завершив круг, приблизившись к земле и покидая этот неприветливый аттракцион, Норта подняла голову, но её двойника в кабинке уже не было.

— Нора, вылезай на свет Божий! — наша героиня снова вынула медальон из-под туники, теперь окошко медальона давало возможность его пленнице наблюдать за происходящим, — я знаю, куда нам идти! К Неподвижному Сфинксу!

— Значит, у Сфинкса здесь тоже есть свой "двойник", — пробормотала Звёздочка себе под нос, — Анти-Сфинкс...

***

При ближайшем рассмотрении Неподвижный Сфинкс оказался не статуей, а аппаратом. "Сфинкс-оракул" — гласила табличка на нём. Крупная голова сфинкса действительно была из тёмного камня, а вот его широкий рот служил щелью для выдачи бумажек-предсказаний.

Пониже была ещё одна табличка с инструкцией "Отгадайте загадку, получите предсказание".

— Как интересно, — послышался голос Норы, — я такие аппараты видела в фильмах. Некоторые даже желания исполняли... Жми на кнопку!

Норта нажала на большую красную кнопку и глаза-линзы Сфинкса загорелись тусклым жёлтым светом, проецируя на постамент слова загадки: "Что можно поймать, но нельзя бросить?"

— Вирус, — саркастически пробурчала Нора.

— Никаких непонятных словечек! — на Норту неожиданно напал кураж. — Мы же в Аркане Колес Фортуна. Это Удача!

Последнее слово она громко выкрикнула. Раздался тихий, механический щелчок. Из каменной пасти Сфинкса к её ногам упали два предмета: металлический жетон для казино с гравировкой стилизованного колеса и записка с предсказанием.

"Звезда на твоём пути погаснет, но именно в темноте ты увидишь истинный свет" — было написано в записке.

— Что это значит? — Норта недоуменно вертела в руках оба предмета, разглядывая их.

— Думаю, жетон — это плата за вход в Казино и ставка в игре.

— А предсказание?

— Впереди тебя ждут нелёгкие Арканы... всякое может случится, — печально проронила Звезда.

— Прорвёмся! — с жетоном в руке и вспыхнувшим азартом Норта поспешила к ярко освещённому зданию Казино.

Но пройти пешком к Казино не получилось. Добраться до заметной неоновой вывески можно было только на гоночных машинках. Норта стиснула зубы, и даже не пикнув о своём неумении водить машины, решительно уселась в тесное кресло красного маленького автомобильчика.

— Дави на педаль, — подсказала подруга.

И они двинулись. Это была странная езда. Маршрут был ясен, но другие машины двигались хаотично, мешали их продвижению, хоть никогда не сталкиваясь напрямую, лишь толкаясь, внося хаос, заставляя выбирать случайный путь. Этот запутанный маршрут был физическим воплощением жизненных выборов и случайностей. То, что за их рулями не было водителей, усиливало эффект. Только в одном дальнем автомобильчике Норта заметила знакомую фигуру Другой, но она держалась на расстоянии.

Наконец, удалось добраться до Казино, конечного аттракциона этого Парка Развлечений.

Около сверкающих огнями дверей сидел родной пушистый белый комочек.

— Арт! Вот ты где! — Норта подхватила пёсика на ручки и устремилась внутрь.

Дверь перед ней распахнулась сама собой. Внутри был бесконечный, роскошный зал в стиле ар-деко. Хрустальные люстры, красный бархат, золото. Десятки столов с зелёным сукном пустовали. Только в центре зала за столом для рулетки сидела Другая. Перед ней стопочкой лежали разноцветные фишки, а колесо рулетки напоминало миниатюрное Колесо Фортуны.

Да, это была Норта, но иная. Теперь на ней были не одежды путешественницы, а в элегантное, чёрное платье. Её поза была расслабленная, взгляд спокойный, без тени сомнения или страха. Она не улыбалась, чувствуя себя хозяйкой положения, воплощённой Фортуной в человеческом облике.

— Сделаем ставку против друг друга, — произнесла она пугающе незнакомым голосом (впрочем, кому нравится свой голос со стороны?) Ты проиграешь, если играла не в свою игру. И тогда я займу твоё место в следующем Аркане, а ты останешься здесь, вечным призраком Парка.

— Кто она такая? Почему она это я? — шепнула Норта в медальон. Ответ раздался у неё в голове через несколько длинных секунд:

— В игре всегда есть противник или партнёр. А кто партнёр для одинокого игрока? Его собственное отражение, его тёмная (или светлая) версия.

В мифологии Богини Судьбы прядут нить жизни, но в моменты выбора нить может раздвоиться. Двойник может быть той самой второй нитью.

Норта достала из кармана плаща свою фишку и положила её на сектор Пустота. Другая усмехнулась и положила свою фишку на сектор Зеркало. Колесо начало раскручиваться.

Двойница произнесла без ненависти, с какой-то тоской:

— Ты платила за каждый аттракцион. Кривым зеркалам ты отдала свой страх. Карусели — иллюзию выбора. Колесу обозрения последние остатки спешки. У тебя осталось не так много, что можно поставить.

Колесо замедлилось. Золотистая сфера, что была здесь вместо шарика, упала в сектор Пустота.

— Вот видишь, для Шута Пустота — это Всё: я могу наполнить сектор любым смыслом. Я наполнила Пустоту Победой. Поставила не на удачу, а на свою сущность, её и сохраняю! — Норта даже не удивилась своему выигрышу, так она в тот момент верила в себя.

— А я? — спросила Другая в пустоту.

— А ты поставила на Отражение, а не на оригинал, тем самым обрекая себя на проигрыш из-за подмены.

Новая дверь открылась в глубине зала. И за ней уже не было парка, а виднелись ступени, уходящие в туман.

Норта взяла горячую фишку, встала и пошла к ступеням. Она чувствовала отголоски куража, а ещё завершение. Колесо Фортуны для неё остановилось, теперь предстояло идти дальше, в Аркан Справедливость.

Она уже погрузилась в туман, когда Звёздочка крикнула:

— Арт! Мы забыли Арта!

Норта оглянулась. Сквозь туман еле виднелась фигурка Другой. Она стояла, прижимая Арта к груди и грустно улыбалась... Впрочем, туман скоро скрыл это видение и ничего не стало.