Вопреки опасению, разбудил меня не громкий нецензурный звук, а тихий шёпот, больше похожий на переругивания или словесную пикировку.
— Прекрати это немедленно! Убери это! Меня все равно не проведешь!
— Делать мне нехрен, тебя «проводить». Остынь, искорка, у тебя уже пар из ушей валит. Я вам не враг…
Я приоткрыл глаза и сфокусировал взгляд на происходящем снаружи. Марко стоял, раскинув руки по сторонам, словно в жесте «я не вооружен», а Аки медленно обходила вокруг него, прищурившись, словно ожидая нападения или подлянки в любой момент.
— И я не могу это «убрать»… Я на самом деле так выгляжу. Смирись уже, солнце.
— Тс-с-щ… Я все про тебя знаю! Ты заставляешь окружающих видеть вместо себя кого-то другого! Лучше не играй со мной, хамелеончик, иначе узнаешь, какое на самом деле я солнце, буквально на своей шкуре ощутишь, когда я тебе ее подпалю…
— Аки, перестань, — вмешался я, поднимаясь и выбираясь из палатки. — Он нам не враг…
— Да неужели! — прищурилась лисичка. — Тыбрифинг перед миссией совсем не помнишь? Ту часть, где описывались его способности и повадки? То, что он использует против нас свои фокусы — нормально? Для меня он сейчас выглядит в точности как…
— Он выглядит в точности как я, Аки. Знаю. Так и есть.
Недоуменно нахмурившись, словно ожидая, что я сейчас признаюсь, что пошутил, девушка скрестила руки на груди.
— Но…
— Может хоть ты ей скажешь… — буркнул Марко, и девушка снова шикнула в его сторону, выпуская когти.
Мне ничего не оставалось, как приблизить и недолго думая сгрести в охапку свою лисичку, закрыв собой нового знакомца.
— Все так и есть, Аки. Это не иллюзия. Прекрати. Он нам не враг, и уверен, он все расскажет по дороге. В подробностях. Так ведь?
Тот развел руками, ответив устало:
— Я уже минут десять пытаюсь ей это втолковать. История и правда непростая и длинная, и повторять ее несколько раз для каждого отдельно — увольте. Хватит и того, что я с вами вообще вожусь, мог еще там бросить, или уже тут — и свалить по-тихой. И хрен бы вы отсюда сами выбрались… — закончил он уже тихо.
Аки смутилась и явно сбавила градус агрессии, но бурчать в сторону нашего нового знакомого не прекратила.
— Все равно я бы ему не доверяла, с такими-то замашками и возможностями, он может…
— Может, может, — я улыбнулся и легонько щелкнул по носу лисичку, после чего развернул и подтолкнул в сторону. — Как мог все это время, пока мы спали…
— Я почти не спала, приглядывала за ним вполглаза…
— И как, много углядела? — насмешливо поинтересовался Марко, вскинув бровь и копируя мою любимую мимику. — Что скажешь, она всегда такая подозрительная? — это уже мне.
— Нет конечно, — ухмыльнулся я. — Это она еще милаха, немногим меньше месяца назад она была куда подозрительней и агрессивнее даже со мной. До сих пор не верю, что она стала мне доверять. Видимо потому, что нашла себе новый объект для приложения подозрений.
— Заткнись уже, — пихнула меня кулачком лисичка и фыркнула, отворачиваясь. — Ты — это… совсем другое…
Марко ухмыльнулся, подмигнул у нее за спиной и развел руками, мол женщины…
Собирались мы недолго. Марко всучил нам два шоколадных батончика производства неизвестной фирмы, и пока мы их лопали — сложил свою чудо-палатку до ультракомпактных размеров — чуть меньше рюкзака. Правда вес от этого она не потеряла, но, как оказалось, вес здесь играл намного меньшую роль, нежели объем. Сложив в кучу палатку, треногу и странный прибор, парень заставил нас отойти подальше и протянул руку в сторону вещей.
Пространство подернулось, пошло рябью, словно поверхность лужи, и сложенные в кучу предметы слегка деформировались и пропали. Я вспомнил, что уже видел такое — в оперативном штабе СИБ, пока наблюдали за Марко через скрытую камеру.
— Что это было? — осторожно поинтересовался я, стараясь не проявлять излишней назойливости. — Ты все… уничтожил?
— Нет, конечно, — фыркнул тот. — Просто убрал в подпространственный карман… — он помялся, словно не желая продолжать, но затем добавил, изрядно меня удивив: — Думаю, ты так тоже можешь. При определенном уровне навыка, конечно…
Я с трудом подобрал отвисшую челюсть, но предвосхищая мою следующую фразу он поднял руку:
— Так, вопросы — потом. Что успею — расскажу по дороге, остальное — как доберемся до любого безопасного мира. Поторапливайтесь, время не ждет! Окно откроется через двадцать шесть часов, и нам к тому времени нужно добраться до места, иначе придется искать новую точку. И дай бог, чтобы оно нам еще подошло…
— В каком смысле — безопасного? Значит этот опасный? Можем тут вляпаться?
— Да запросто, — хмыкнул он.
— А еще, ты хочешь сказать, что мы можем протопать огромное расстояние — и зря?
— Бывает, что подходящую узловую точку приходится искать пару часов, а бывает — несколько дней. Как повезет…
Минут через десять мы спустились вниз и выбрались наружу, пристально оглядываясь по сторонам. И если в разрушенном торговом центре обстановка была более-менее привычной, то уже на парковке и дальше — отличалась кардинально. Ограждений вокруг парковки небыло, асфальт — запомнившийся аккуратным и ровным — бугрился, вместо армейских внедорожников вокруг ржавели остовы обычных легковушек, причем каких-то старых и неизвестных моделей. Высотки поодаль тоже не выглядели целыми — все они имели следы разрушений, и не понятно то ли от времени то ли от внешних причин. Окружавшую нас тишину нарушали только спонтанные порывы ветра, да еще и скрип качаемого ветром дорожного знака, издающего при каждом движении противный скрежет.
— Вроде тихо, — вынес вердикт Марко, сверившись с прибором на своем запястье. — Вокруг нас в пределах полукилометра в любую сторону нет живых существ. И в случае с тлеющими мирами — это не может не радовать… Идем.
Он уверенно зашагал по бугристой дороге в одному ему известном направлении.
— У меня вопрос, — подал я голос, все еще оглядываясь на непривычно заброшенные виды Москвы. — Насколько я понимаю, у тебя есть некая способность быстро перемещаться в пространстве… Ну типа прыгать на большие расстояния…
— Допустим есть. И?
— Ну, почему бы нам просто не прыгнуть сразу в нужную точку?
— Думаешь, это так просто? — ехидно уточнил Марко. — Ну, точнее сказать — прыгнуть-то мы конечно можем. Вопрос в том, куда нас занесет…
— Не понимаю…
— Как ты себе представляешь сам процесс «прыжка»?
Мы с Аки переглянулись и я задумался. А и правда, как это происходит? На видео все казалось довольно простым…
— Просто «прыгнуть», как ты выражаешься — вообще не проблема. Проблема в том, чтобы точно рассчитать, куда именно прыгнуть, и попасть куда нужно, а не демонам в задницу. По-твоему, покуда ты полночи кайфовал в объятиях подружки — я получал удовольствие, мудохаясь с пространственным навигатором? Я бы с удовольствием поменялся с тобой местами, знаешь ли… — он подмигнул лисичке.
Аки засопела, но никак не прокомментировала шпильку, только вздернула носик и демонстративно отвернулась.
— Ну, я был уверен, что ты без проблем преодолеваешь большие расстояния… Судя по тому, как лихо ты раньше уходил от преследований…
Марко тихонько фыркнул и принялся объяснять.
— То, что вы называете прыжком — на самом деле более сложный процесс… — он явно подбирал слова. — Есть несколько вариантов перемещения… нет, не так. Вот смотри…
Он остановился, слегка прищурился, вытянул руку вперед, указывая куда-то вдаль, затем резко выдохнул. Хлопок, и он исчез, а в нас пахнуло движением воздуха. Мы с Аки вздрогнули от неожиданности, заозирались по сторонам.
— Там! — указала девушка далеко вперед, и проследив ее жест я увидел Марко, машущего нам рукой на расстоянии шагов на двести пятьдесят от нас. Он махнул нам рукой, показывая двигаться к нему.
Когда мы поравнялись, он развернулся и двинулся дальше, продолжив лекцию как ни в чем не бывало:
— Это предельное расстояние, на которое я вот так могу прыгнуть без подготовки. Не больше двухсот-трехсот шагов. Если нужно дальше — все становится намного сложнее, и этот способ не подходит.
— Почему?
— Потому, что мне нужно видеть куда именно я прыгаю. В точке приземления должны соблюдаться определенные условия для успешного завершения этого прыжка.
— Например?
— Должно быть свободное пространство, объемом в четыре раза больше переносимого, и в точке выхода не должно быть крупных объектов. Сам подумай: ладно, если на выходе окажется небольшой предмет — его просто отшвырнёт прочь. А если большой — возможны варианты. Впрочем, точка выхода варьируется плюс-минус три-восемь метров. Поэтому, если свободного пространства будет достаточно — я спокойно перенесусь. Хуже, если конечная точка где-нибудь в бетонной стене, или под землей — что тогда? Если пространство целиком заблокировано и однородно? Правильно, самопогребение заживо. Моллекулы моего тела просто перемешает с землей или бетоном. Поэтому, точка выхода должна быть максимально свободна, инертна и безопасна…
— А что может быть опасного?
— При перемещении в точке выхода возникает сильный гравитационный всплеск, а воздух вокруг одномоментно сильно нагревается. Если поблизости легковоспламеняющееся вещество, или хрупкие, взрывоопасные конструкции… да мало ли еще что — может получиться… неприятно. Возле действующих бензиновых заправок прыгать не стоит, и возле склада с боеприпасами — тоже, — он мерзко ухмыльнулся, на мгновение встретившись со мной взглядом. — Есть еще несколько нюансов… В общем, чтобы прыгнуть — нужно четко видеть или осязать конечную точку выхода. При таких вот мгновенных, или почти мгновенных перемещениях еще ладно, я могу без проблем оценить доступность точки назначения, так как нащупываю его при помощи «Сферы Эйдоса», дальностью действия которой, впрочем, и ограничены прыжки. А вот если требуется перенестись на большое расстояние…
— Сфера Эйдоса? — зацепился я за непонятный термин. — Это еще что?
— Ну или просто псисфера. Это зона абсолютного восприятия моего сознания. Всё в пределах досягаемости видишь, ощущаешь, можешь манипулировать, будь то любой предмет, живое существо или даже воздух. В пределах сферы, если я вхожу в боевой транс мне даже смотреть глазами не обязательно — разум формирует картину окружения сам, отрисовывая ее в голове словно топографической картой и детализированным снимком одновременно… Способность позволяет контролировать практически все в пределах досягаемости сферы, превращая каждый предмет в — в оружие…
Я уважительно покивал, представляя себе эту самую сферу. Вот бы научиться…
— А как это работает?
Не останавливаясь, Марко прикрыл глаза, сложив руки вместе, продолжая при этом шагать вперед. Воздух вокруг легонько загудел, сквозь меня словно прошла легкая вибрация. Справа от меня плавно поднялись в воздух несколько крупных камней, деревянная балка и даже кусок бетонной стены, валявшийся прямо на дороге. К своему удивлению легонько пискнула Аки, когда ее ноги отделились от пола, но девушка продолжала двигаться рядом со мной — паря над полом на высоте полметра.
— Т-с-щ! Отпусти! — зашипела она.
Марко хмыкнул, пожал плечами, и девушка плавно опустилась на ноги.
— Круто! — выдохнул я завистливо. — Долго учился этому?
— Я и сейчас учусь, — пожал плечами тот. — В данный момент дальность моей Сферы — чуть меньше трехсот метров, но это на пределе сил, в обычном состоянии — до двухсот. И я могу контролировать до восьми предметов, если полностью сосредоточусь, или до двух в сложных условиях, например в бою…
— Так вот как ты сумел меня поймать! — в очередной раз цыкнула Аки, бросив на него злой взгляд. — А я все гадала, как ты…
— Ну да. Я и засек тебя так же. Вообще, если я нахожусь в медитативном или боевом трансе — я ощущаю все что происходит вокруг, равно как и чую присутствие всех живых существ, кто оказывается внутри псисферы. А вот с тобой это сработало далеко не сразу… как ты подкралась?
Аки вздернула носик, проигнорировав вопрос и явно не собираясь ничего объяснять.
— Между прочим, так не честно, искорка, — поддел он ее в очередной раз. — Я же честно отвечаю на ваши вопросы, рассказываю… Ваша очередь!
— Я тебе не «искорка»! И я у тебя ничего не спрашивала и ничего взамен не обещала, заметь, — холодно бросила она, ускоряя шаг и отрываясь слегка вперед.
— Ну и ладно, — словно обиженно пожал плечами иномирянин.
— У нее свои способы, и свои секреты, — осторожно вклинился в разговор я. — А мы, думаю, между собой договоримся, — бросил на него быстрый взгляд, оценивая реакцию.
Марко явно забавлялся: лыбился во все тридцать два.
— Не знаю даже… я в общем-то ничем вам не обязан… но ладно уж. Итак, что касается скольжения… то есть «прыжков» внутри «сферы Эйдоса» — думаю все понятно. Куда сложнее с дальними перемещениями. Расстояниями они не ограничены, и для них применяется второй способ перемещения: две точки пространства на короткое мгновение совмещаются, и происходит обмен содержимым. Правда, мгновенно выполнить такое не получится, на подготовку с нуля уйдет не менее пяти минут. Самое быстрое у меня получалось за три… Но здесь другая проблема: для того, чтобы применить этот способ — я должен знать расположение конечного пункта, и воссоздать его в своем воображении максимально точно. А для этого, мне нужно хотя бы раз побывать на противоположном конце. Иначе говоря, я могу выполнить дальнее перемещение лишь в точку, где до этого побывал. Обойти это ограничение можно, например, я могу открыть проход приблизительно — посмотрев на карте, по четким фото, видео… но делая так — перемещаешься вслепую, всегда есть риск того, что промахнешься, появишься на высоте и упав что-нибудь себе сломаешь… — он скривился, явно вспомнив какой-то эпизод. — Или же напротив — окажешься под землей, в жерле вулкана или в другой агрессивной или небезопасной обстановке… короче, предпочитаю так не делать.
— Ясно… жаль. Хорошо, а если серией коротких прыжков? Все лучше, чем топать ножками…
— Думаешь? И сколько раз по-твоему нужно прыгнуть, чтобы преодолеть больше сотни километров по пересеченной? Да вас двоих наизнанку вывернет после третьего десятка прыжков, а покрытое расстояние и десяти километров не превысит. Не говоря уже о том, что для меня тащить вас обоих — тройная нагрузка, и затраты сил взлетят по экспоненте…
Ну да, логично. Наверное, если бы возможность была — он и сам бы додумался. Мне осталось лишь вздохнуть и кивнуть, соглашаясь.
— Вот когда сможешь самостоятельноскользить в пределах псисферы и будешь сам выступать в роли тягача, тогда посмотрим, — бурчал Марко не глядя на мое удивленное лицо, и словно к чему-то прислушиваясь.
— Когда смогу? — уточняю осторожно, гадая, оговорка ли это или словесный оборот. — Это обещание? Поделишься знанием?
— Поделиться то поделюсь, — как-то задумчиво ответил тот, медленно озираясь по сторонам. — Только… Так. Кажется, мы тут не одни…
Я напрягся, Аки, шагавшая на десяток шагов впереди разом остановилась и быстро выхватила свой вакидзаси, оглядываясь по сторонам.
Марко замер, его глаза были закрыты, пальцы слегка подрагивали, будто он перебирал невидимые нити. Воздух вокруг снова загудел, но на этот раз вибрация была не такой как прежде.
— Что? Где? — прошептал я, внутренне готовясь и перебирая свой арсенал. Внутри все похолодело, засосало под ложечкой, но хоть убей вокруг не было видно ничего, кроме руин и колышущихся на ветру сорняков.
— Не туда, куда смотришь, — так же тихо ответил Марко. Он медленно повернул голову, глаза его при этом были закрыты, видимо сейчас он работал с той самой «сферой Эйдоса». — Там.
Его рука указала на ближайший к нам остов полуразрушенного здания.
— Побудьте тут, я проверю, — Аки медленно, плавно, как в замедленной съемке, опустилась в низкую боевую стойку, глаза сузились, а уши, казалось, жили свой жизнью, ловя малейший шорох.
— Нет. Лучше не лезь. Это не человек и не зверь… что-то незнакомое.
— Оно одно? Или их много? — в ее голосе не прозвучало ни единой нотки страха, лишь холодная расчетливость.
— Понятия не имею. Оно… словно сливается с полом и стенами здания. Колышется. Очень медленно. — Марко нахмурился. — Там несомненно кто-то есть, но…
В этот самый момент со стороны подозрительного строения раздался громкий крик и детский плач, от звука которых мы все вздрогнули.
— Дерьмо! — выругалась Аки. — Там ребенок! Я иду!
— Нет, стой! — предупреждающе окликнул Марко, но Аки за мгновение до этого растаяла в воздухе. — Вот же дура!
Я мысленно выругался, стискивая зубы. Спустя секунд двадцать изнутри донесся ее голос:
— Здесь ребенок! Один! Я сейчас…
И тут со стороны строения раздался низкий монотонный гул, похожий на звук крыльев насекомых, словно из улья взлетели разом два роя шершней.
— Какого… А-а-а!
Отчаянный вскрик девушки заставил сердце замереть, я рванул было вперед, но Марко железной рукой схватил меня за шкирку.
— Нет! Замри! Стой тут и не отсвечивай! Я сам!
И прежде, чем я успел произнести хоть звук, он сделал шаг назад, полуприкрыв глаза. Знакомый хлопок, и Марко исчез.
Изнутри что-то ухнуло, послышался вскрик женским голосом, чем-то напоминая «помогите», и я хотел было наплевать на предостережение и рвануть вперед, когда слева раздался еще один хлопок, пахнуло жаром, и небольшой воздушный удар заставил меня отшатнуться.
Марко появился шагах в десяти от меня, волоча за шкирку пищащую и отряхивающуюся Аки.
— Убери, убери, убери их! Сними с меня!! Фу-у-у, мерзость! — девушка хаотично отряхивалась и едва ли не визжала от испуга.
Марко отпустил девушку и махнул рукой. С нее слетело пять крупных насекомых размером с небольшую дыню, и покатились по полу. Он сложил руки вместе и резко выдохнул. Жуков подняло в воздухе, и разом собрало в плотный кишащий, махающий крыльями и чавкающий ком. Парень сжал кулак, и ком словно сильнее спрессовало, раздался хруст, после чего жуки посыпались на пол, однако, продолжая при этом вяло копошится и перебирать лапками.
— Какие крепкие, не раздавить, — брезгливо фыркнул он. — Ладно…
Его пальцы сформировали незнакомый жест, губы прошептали что-то очень тихо, и насекомые разом вспыхнули, издавая высокочастотные звуки, напоминающие ультратонкий крысиный писк. Пламя поглотило их за пару мгновений.
— Ой… Уф… — девушка брезгливо сморщилась. — Гадость какая… спасибо… — последние слова она произнесла явно нехотя, буквально сквозь зубы.
— Надеюсь, это научит тебя не совать свой пусть и симпатичный, но чересчур уждлинный носик в каждую подозрительную дыру, — ядовито огрызнулся Марко.
— Там был ребенок… — попыталась оправдаться она, но наш сопровождающий только фыркнул.
— Неужели? И где же он? Не нашла?
— Нашла… — она опустила голову, снова скривившись от омерзения. — Только он… Это был не ребенок а что-то внешне похожее… когда я взяла его за плечо он… из его полезло это вот… — она брезгливо мотнула головой на догорающие останки.
— Об этом я и говорю, — снова перебил ее наш сопровождающий. — В самом начале я сказал вам быть настороже, втолковывал что от тлеющих миров не жди хорошего. Буквально за минут пятнадцать перед этим я вас обоих предупредил, что ничего живого поблизости нет, иначе я бы почувствовал. Значит, там не могло быть ребенка!
— Но крик…
— Это могло быть все что угодно, — отрезал он.
— Если исходить из твоих слов — то и жуков там тоже не должно быть! Ничего живого — значит совсем ничего! — все еще пыталась спорить девушка.
— А ты так уверена, что эти вот жучки — живые?
Вопрос явно застал Аки врасплох, и она снова вздрогнула, а ее лицо приобрело зеленоватый оттенок. Девушка явно не смогла для себя решить что хуже: живые жучки, или они же не-живые…
— Какая же мерзость, — фыркнула она. — Но ничего старшого, все закончилось хорошо…
— А оно точно закончилось? — как-то устало скривился Марко, кивнув нам за спину, в сторону здания, из которого медленно вылетало темное облако, собираясь в рой жужжащей и копошащейся массой.
— Предложения? — спросил я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Ощущение, что на нас смотрят тысячи пустых и при этом плотоядных глаз, стало почти физически. Не нужно быть вундеркиндом, чтобы понять: весь доступный мне арсенал практически непригоден для противостояния этой угрозе.
— Держаться вместе. Не делать резких движений. Идти в сторону и назад. Медленно. Они пока не атакуют… выжидают. Или мы им неинтересны… или… — он не договорил, но мы итак все поняли. Или мы уже в ловушке.
≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡=
Мои дорогие читатели очень прошу не забывайте ставить лайк и добавлять книгу в библиотеку! Каждые 50 библиотек — прода вне очереди (очередные будут выходить раз в два-три дня). Всем спасибо!
Огромная балгодарность за подаренные награды (всех не перечисляю потому что вас стало много, но всем искренне благодарен и на вашей стене поселилась лисичка талисман;)