Хотя Чжансунь Чэ ничего не успел сделать с Мужун Ваньжу, сцена, которая предстала перед гостями императорского праздника, запомнилась всем. Как бы то ни было, для барышни ее положения столь постыдный инцидент приравнивался к потере целомудрия, поэтому императорская наложница И не могла так просто отпустить семью Пинбэй-хоу. Даже казнь их наследника не умилостивила бы мать великого князя! Однако подобная крайняя мера не помогла бы восстановить доброе имя девушки. Мужун Ваньжу все еще оставалась незамужней девственницей. И если виновника произошедшего можно казнить, то кто возьмет в жены такую, как она? Даже если бы наложница И искала будущего супруга своей дочери среди знати среднего звена, едва ли кто-то принял бы столь щекотливое предложение. Любой здравомыслящий человек понимал, что единственный способ спасти Мужун Ваньжу – выдать ее замуж за Чжансунь Чэ.

В комнате воцарилась тишина. Императорская наложница И хранила молчание.

Чжансунь Чжундэ был от природы мудрым человеком. Даже несмотря на то, что сын доводил его почти до исступления, отец, тщательно проанализировав всю остроту момента, прекрасно осознавал неизбежное развитие событий. Видя, что наложница И молчит, мужчина поднял голову и взял инициативу на себя:

– Госпожа, мой непутевый сын совершил непростительный проступок, настоящее преступление. Прежде всего это моя вина. Я не смог должным образом воспитать сына. Мы готовы принять любое ваше решение, однако просим вас ради будущего госпожи Ваньжу дать моему непочтительному сыну возможность ответить за свои грехи.

Императорская наложница И бросила на него свирепый взгляд, но промолчала. Чжансунь Чжундэ незаметно подтолкнул сына. Тот, уже совершенно протрезвевший, прекрасно осознавал всю серьезность ситуации. Отец показал ему жестом, что настало время проявить мужество и произнести ожидаемые слова. К счастью, наложница И не смотрела на него, иначе Чжансунь Чэ не хватило бы смелости вымолвить ни слова. Похлопав себя по щекам, он поднял голову и решительно произнес:

– Госпожа, пожалуйста, выдайте Мужун Ваньжу за меня замуж. Я возьму на себя всю ответственность и буду хорошо обращаться с вашей дочерью до конца жизни!

Бац! – не сдержавшись, женщина опять с силой стукнула кулаком по столу, отчего Чжансунь Чэ не осмелился больше проронить ни слова. Заметив его трусость, императорская наложница И разозлилась еще больше. Она прекрасно понимала, что самым лучшим решением в данной ситуации будет замужество Мужун Ваньжу, но не могла с этим примириться. С одной стороны, брак с наследником семьи Пинбэй-хоу соответствовал статусу приемной дочери. С другой стороны, молодой господин с севера славился разгульным нравом, волочился за каждой юбкой и даже заводил интрижки с наложницами отца. Подобный союз навсегда бы разрушил жизнь Мужун Ваньжу! К тому же наложница И не собиралась выдавать дочь замуж. В прошлый раз она согласилась с Хань Юньси только для вида. На самом деле императорская наложница И не могла представить себе разлуку с дочерью, надеясь, что та станет наложницей великого князя и навсегда останется при ней. А теперь все эти планы были нарушены каким-то ненасытным юнцом!

Все это время Чжансунь Чжундэ дергал сына за одежду, призывая его сказать еще хоть что-нибудь. Но за показной дерзостью и высокомерием скрывался на самом деле слабый и безответственный человек. После того как императорская наложница И резко отреагировала на его предложение, молодой господин больше не посмел поднять головы. К тому же ему совершенно не хотелось жениться на Мужун Ваньжу. Если приемная дочь наложницы И войдет в семью Пинбэй-хоу, разве ее мать не будет постоянно вмешиваться в их дела? Тогда вся его жизнь окажется под контролем этой страшной женщины! Эта свадьба положит конец славным холостяцким денькам…

Не в силах уговорить сына, Чжансунь Чжундэ снова заговорил:

– Госпожа, теперь, когда уже ничего не изменить, пожалуйста, ради будущего госпожи Ваньжу… пересмотрите свое решение!

В этот момент Хань Юньси, до сих пор молчавшая, заговорила. Девушка прошептала:

– Матушка, вы не видели того, что произошло. Все присутствующие, включая слуг, стали свидетелями непотребной сцены в боковых покоях. Хорошие новости не распространяются слишком далеко, а плохие летят за тысячу ли. Кто знает, чем обернется эта история завтра утром? Кто-то наверняка приукрасит случившееся, оклеветав Ваньжу, тогда все станет еще хуже…

Наложница И, нахмурившись, взглянула на нее. Хань Юньси понизила голос:

– Матушка, я знаю, что вы не хотите этого, как и Ваньжу, но свадьба станет лучшим решением. А так ей придется жить, скрываясь во дворце, и нести клеймо позора до конца своих дней.

На самом деле Хань Юньси не нужно было много говорить. Наложница И и так все прекрасно понимала, просто не могла с этим смириться. Чжансунь Чэ совершил преступление, но не только не понес наказания, но и получил жену даром!

Видя, что наложница И не собирается сдаваться, Хань Юньси лукаво улыбнулась:

– Матушка, пока у нас еще есть время, почему бы нам не согласиться на этот брак? Завтра утром Чжансунь Чжундэ устроит пышную церемонию помолвки, чтобы развеять слухи. Мы расскажем всем, что Ваньжу и Чжансунь Чэ уже давно влюблены друг в друга. Неважно, поверят ли люди, главное – сохранить лицо, не так ли?

Императорская наложница И наконец серьезно посмотрела на Хань Юньси:

– Помолвка?

– Верно. Пусть сначала обручатся, чтобы пресечь слухи. И надо дать Ваньжу немного времени успокоиться. Что касается свадьбы… подождем, пока страсти поулягутся, а затем вернемся к этому вопросу.

Хань Юньси чувствовала себя неловко. Кажется, должна была состояться грандиозная помолвка. А затем и свадьба. Но в тот момент для раздраженной наложницы И ее слова стали чашкой прохладного чая в знойные летние дни, утолившей кипящий гнев. Женщина наконец вздохнула:

– Это, кажется, единственный выход…

Переполненная радостью и сочувствием Хань Юньси проговорила:

– Матушка, я невестка Ваньжу, поэтому обязуюсь обсудить детали помолвки с господином Чжансунь Чжундэ и его супругой.

Императорская наложница И не хотела даже смотреть на отпрыска этой четы, не говоря уже об обсуждении деталей помолвки, поэтому неохотно, но согласилась.

– Поскольку Ваньжу и твой сын влюблены и испытывают взаимную привязанность, а сегодня вечером вы с женой пришли просить ее руки и сердца, я не буду вас ничем обременять. Давайте назначим помолвку завтра утром. Что касается даты свадьбы, мы обсудим это позже!

Сказанное больше походило на приказ, а не на переговоры. Не удостоив гостей взглядом, наложница И встала и вышла из комнаты, оставив троих членов семьи Пинбэй-хоу стоять на коленях в полном изумлении. «Взаимная привязанность»?

– Когда мы с Мужун Ваньжу…

Чжансунь Чэ не мог понять, почему наложница И говорит такие небылицы, и уже собирался задать вопрос, но глава семьи одним сердитым взглядом заставил его замолчать. Хань Юньси с улыбкой посмотрела на молодого господина:

– Господин Чжансунь, у вас есть возражения?

Чжансунь Чжундэ быстро ответил за сына:

– Нет! Нет! Мой сын и госпожа Ваньжу любят друг друга, и все об этом знают. Благодарю вас, ваше высочество, за вашу доброту, проявленную в решении вопроса о браке. Мы с женой глубоко признательны! Завтра утром мы подготовим подарки к помолвке и лично приедем сделать предложение!

Чжансунь Чжундэ был действительно умным человеком. Он сразу все понял, избавив Хань Юньси от лишних хлопот. Девушка довольно улыбнулась.

– Хотя госпожа Ваньжу лишь приемная дочь наложницы И, она также считается членом императорской семьи, поэтому помолвка с ней – дело серьезное. Господин Чжансунь, пожалуйста, позаботьтесь о подарках, чтобы не расстроить госпожу наложницу И!

Пока Хань Юньси говорила, глава семьи Пинбэй-хоу покорно кивал.

– Спасибо, ваше высочество, что напомнили. Я понял! Понял!

Превосходно! Хань Юньси любила общаться с умными людьми. Она была уверена, что завтрашняя помолвка будет грандиозным событием, сравнимым со свадьбой. Дав еще несколько наставлений семье Пинбэй-хоу, принцесса отпустила их.

В этот момент в павильоне Орхидей наложница И пыталась уговорить Мужун Ваньжу, рыдания которой вперемешку с несдержанными ругательствами матери были слышны даже у дворцовых ворот. Услышав это, Хань Юньси невольно рассмеялась: «Ох, белый лотос, ты, наверное, даже не ожидала, что попадешь в расставленную тобой ловушку! Помолвка назначена на завтра, значит, после Нового года ты выйдешь замуж и навсегда покинешь дворец Цинь!»

Девушка мечтала… Если Мужун Ваньжу не будет жить подле матери, то жизнь станет намного спокойнее, тем более сейчас, когда отношения Хань Юньси с императорской наложницей И вышли на новый уровень доверия. Прежде чем зайти в павильон Лотосов, Хань Юньси обернулась и окинула взглядом территорию дворца: сможет ли она покинуть терем Свободных облаков? Наверняка Лун Фэйе не откажет ей. Он же хотел, чтобы принцесса не путалась у него под ногами, не так ли? Некоторое время девушка так и стояла в центре сада. Она не видела этого парня уже несколько дней… Интересно, чем он был занят все это время?

На другой день рано утром на улице Сюанъу раздался оглушительный треск разрывающихся хлопушек. Вопреки принятому обычаю семья Пинбэй-хоу отправила процессию с щедрыми свадебными подарками для невесты, которая растянулась на десять ли[15]. Слуги выстроились в длинную вереницу по двое, держа в руках красные коробки с дарами на помолвку и являя собой невероятно шумное и грандиозное зрелище. Чжансунь Чжундэ с супругой, сыном и свахами возглавляли впечатляющую процессию. За исключением молодого господина, выглядевшего довольно мрачным в такой день, все остальные сияли от счастья.

Усадьба семьи Пинбэй-хоу располагалась недалеко от дворца Цинь, поэтому процессия намеренно сделала крюк, привлекая к себе бесчисленное количество зрителей. Если с утра улицы столицы еще были практически пусты, то с известием о планируемой помолвке Чжансунь Чэ и Мужун Ваньжу люди заполонили их. Кроме того, глава семьи Пинбэй-хоу позаботился о том, чтобы несколько слуг распространили слух о тайной привязанности двух влюбленных, чтобы не позволить истории с императорского праздника набрать силу.

Неизвестно, как императорская наложница И убедила дочь, но та все же присутствовала на церемонии помолвки. Глаза Мужун Ваньжу покраснели от слез, а прежняя нежность полностью исчезла. Должно быть, она знала, что идея помолвки принадлежала Хань Юньси.

А принцесса с наслаждением наблюдала за страданиями дочери наложницы И. К ее удивлению, даже Лун Фэйе встречал будущих родственников. Хотя, конечно, как названому брату, ему, безусловно, стоило бы присутствовать на помолвке сестры.

Когда все разошлись, императорская наложница И глубоко вздохнула:

– Фэйе, что ты думаешь о свадьбе Ваньжу?

Услышав вопрос о себе, девушка тотчас же оглянулась, но Лун Фэйе холодно ответил:

– В этом году устраивать свадьбу будет слишком хлопотно. Давайте сделаем это после Нового года.

Наложница И ждала другого ответа. Мужун Ваньжу, конечно же, тоже. Невыносимое горе охватило девушку от осознания, что в этой жизни ей никогда не стать супругой великого князя. Глаза Ваньжу моментально наполнились слезами, и, прикрыв рот рукой, она убежала прочь. Все это было из-за Хань Юньси. Во всем была виновата эта гадкая девчонка! Мужун Ваньжу про себя поклялась, что даже после замужества не оставит ее в покое…

Видя выражение лица дочери и безразличие сына, императорская наложница И невольно нахмурилась. Его равнодушие выводило ее из себя.

В этот момент появилась тетушка Гуй и громко заявила:

– Императорская наложница И, ваше высочество, приехала принцесса Чанлэ!