Не секрет, что на протяжении всей истории нашей страны понятливых и рассудительных людей не очень любили. Выражение «очкарик» или «интеллигент», щедро выданное лишь на основе высшего образования, всегда несло в себе негативный оттенок. А после слов: «Ты чё, самый умный?» обычно били лицо. Причём, довольно сильно.

Забавно, что именно сейчас мне хотелось сделать то же самое. Влепить Лицию, чтобы наконец что-то объяснил. Начал, понимаете, играть в загадочность, уткнулся в монитор, читает, изучает.

Помимо нас в интернет-кафе рядом с общиной Отстойника народу было не много. Двое подростков, за дальним компьютером, постоянно краснеющих и хихикающих. Бабулька лет шестидесяти, которая после каждого нажатия на кнопку клавиатуры поднимала голову и справлялась, туда ли ткнула. Чуть полноватая девушка в деловом костюме моих лет. Ну и наша троица.

Самое противное — среди всех присутствующих именно я занимался какой-то фигней. Даже Рис, поняв, что мы здесь надолго, вытащила альбом и устроила почеркушки. А мне чем заняться? Можно, конечно, попробовать систематизировать всю информацию прошедшего дня. Для начала самое важное — деньги. Убийство Пуля обогатило меня на 124 грамма. На переход обратно пришлось затратить 96. В закромах осталось ещё вдоволь — 839 грамм. Целое состояние для меня недельной давности. Но я уже понял, что это сущие копейки для путешествия по мирам.

Также в мешке лежал забранный кошкодёр. Кузнец постарался на славу, выглядел меч абсолютно новым. Точно его только что выковали.

Черный императорский кацбальгер провинции Ройн

Ройнская сталь

Зачарован на причинение повышенного урона Игрокам со светлой кармой. Чем выше уровень светлой кармы противника, тем больше наносимое повреждение.

Доступен слот для улучшения. Работу может выполнить Мастер кузнечного дела.

Стоило его починить, так столько приписок. Прокачать кошкодёр я, конечно, хотел. Вот только где найти Мастера? Вирхортский кузнец даже не предлагал улучшить меч. Может кто в Отстойнике найдётся?

Но самое важное — то, что я захватил у Пуля. Понятно, Лика у него не было. Не такой богатый буратино, как я. Но вот умение и заклинание он подарил. Эх, какого щедрого человека потеряли.

Харизма (Красноречие) — способность нравиться Игрокам и обывателям (кроме случаев, когда репутация входит в жёсткую конфронтацию между Ищущими).

Данный уровень Красноречия позволяет выбрать вам одну из рас, на которую в большей степени будет влиять ваша Харизма.

Расы, с которыми вы сталкивались: гуманоидные, полугуманоидные, зверолюды, полуживые.

Я даже растерялся. С гуманоидными всё понятно. Со зверолюдами тоже. А вот что за полугуманоидные и полуживые?

Мудрить не стал. Ткнул в гуманоидные.

Харизма влияет положительным образом на людей, корлов и пергов, кроме тех случаев, когда репутация входит в жесткую конфронтацию между Ищущими или имеются другие раздражающие факторы.

Теперь заклинание.

Беседа с простейшими животными (Колдовство) — позволяет вам понимать или давать команды некоторым неразумным существам. Применение: на себя. Стоимость использования: 50 единиц маны. Время использования: 30 секунд.

Не знаю, правда, как это может мне пригодиться, но неплохо. Попрактикуюсь на кошках. Во всех смыслах.

— Ну что там долго ещё, Лиций? Мне сказали, что Троуга отправят на рудники, как только прибудет комендант с кучей архаровцев.

— Архалусы не пришлют гарнизонные войска в нестабильное время. То есть, до конца первого цикла Синей луны, а это ещё почти два дня, никакого перемещения не будет.

Голос Лиция звучал уверенно, без запинок и его постоянного заикания. Причём, всё это он говорил быстро клацая мышкой и просматривая мелькавшие страницы на мониторе.

— Циклы эти ваши, луны: красные, синие, — проворчал я.

— Ещё есть жёлтая, как её называют, нейтральная, — Лиций отвлёкся, поглядел на меня, вздохнул и открыл Paint, — смотри, вот три луны.

Он нарисовал приплюснутый чёрный шар и вокруг него три круга — красный, синий и жёлтый.

— Чёрный это Пургатор? — спросил я.

— Нет, чёрный это главный спутник планеты. Он поглощает весь свет звезды, не отражая его. Поэтому спутник не видно. Луны вращаются по орбитам вокруг него, а тот, в свою очередь, уже вокруг Пургатора. Как ты понимаешь, одновременно в небе видны две луны. Одна из которых находится в суперпозиции. Сейчас это Синяя.

— Ты это по-русски сказал? — спросил я его. — Я ничего не понял.

— Да чего тут понимать, — не отрываясь от альбома, ответила Рис, — сейчас растущая фаза Синей луны и убывающая Красной. Когда уйдёт она, появится Жёлтая. Она нейтральная и не влияет на силу Игроков или монстров.

— Только на освобождение Троуга ваша занимательная астрономия никак не повлияет, — возразил я, — день, полтора и его отправят на рудники.

— Думаю, к тому времени мы успеем освободить нашего корла. Сергей, не мешай, пожалуйста, мне надо проработать много информации.

— И сколько тебе понадобится времени?

— Пару часов. Может чуть больше.

— У… Слушайте, я сгоняю домой? Помоюсь, все дела, лады?

Рис оторвала взгляд от альбома, внимательно посмотрела на меня и кивнула.

— Тебе не помешает.

Вот зараза. Хотя самое забавное, будто я взаперти сидел, а не она. Может Пуль там её в ванной комнате держал, с горячей водой и джакузи? Если так, то зря я его убил.

Я заказал такси и вышел на улицу, перечитывая СМС. Чего тут только не было. Обиды, упрёки, полудневный, судя по времени сообщений, игнор, и снова обиды. Глупо было надеяться, что моё трёхдневное исчезновение останется для Юли незамеченным. Звонить? Не, тут сейчас такое начнётся. Лучше почтового голубя запустить. За неимением птицы мира, воспользовался мессенджером. «Извини, уезжал в командировку, телефон оставил дома».

Это хорошо, что ещё мама не звонила. Тогда бы меня уже искали пожарные, полиция и работники моргов. Нет, так выпадать из жизни нельзя. Придётся переквалифицировать домового в секретаршу. А что делать, отчаянные времена требуют отчаянных мер. Кстати, стоило только вспомнить о маме, как на дисплее появилась её фотография и следом раздалась трель телефона.

— Алло, — пришибленно сказал я, поражаясь экстрасенсорным способностям своей родительницы.

— Серёжа, привет. Ты как?

— Хорошо. Кушаю четыре раза в день, делаю зарядку, работаю, — отрапортовал я. — Даже курить бросил.

— Ой, какой молодец. Это правильно. Ещё бы девушку себе нашёл хорошую.

— Успеется.

Про Юлю рассказывать не торопился. Мне эти смотрины вообще не упали. Начнутся разговоры типа:  «Когда вы поженитесь», «Внучков бы понянчить», «Мне девятнадцать было, а я уже тебя родила». Сёстры у меня оказались чересчур амбициозные и хотели сначала построить карьеру. Что одна, выпорхнувшая из гнезда, что вторая, в нём доживающая. Все надежды маман на продолжение рода легли на мои плечи. А я… я это дело любил, но вот с детьми торопиться не хотел. Тем более, теперь, после того, как стал Ищущим.

— У нас тут горе. Баба Света умерла.

Я поскрёб затылок, мучительно вспоминая ху из баба Света. Родни у нас, хоть черпаками вычёрпывай. Правда, с половиной общались редко. И то, либо на свадьбах, либо на похоронах. Выяснилось, что я зря не помнил родственницу. Та оказалась троюродной тёткой отца, которую я в последний раз видел в девятилетнем возрасте. «Она тебе ещё машинку подарила». Ага, запоминающееся событие на всю жизнь.

— Мам, а я тут причём?

— Как причём? Ты вообще-то Дементьев!..

Ох, опять истории про фамилию, род и всё такое. И что забавнее всего, об этом всегда больше всего пеклась мама. Порой, создавалось ощущение, что она вышла замуж как минимум из-за фамилии. Потому что была Дементьевой больше, чем я с сёстрами.

— Хватит с нас того, что Лиля не придёт. У неё важная командировка по работе. Но ты быть обязан!

Блин, вот ведь. А Лилька молодец, бомбанула на опережение. Я только открыл рот, что не смогу из-за работы и сразу же его закрыл. Грустно смотрел, как у бордюра остановилось такси и всё слушал мамино возмущение. Кивнул водителю, сел на заднее сиденье и мы тронулись.

— Хорошо, хорошо, от меня что требуется?

— На поминки прийти. Я Дашу попрошу, она тебе адрес и время скинет, — со смартфонами мама была на вы. Если входящие СМС читала, то писать их не любила, — а может ты и на похороны придёшь?

— Мам! — сказал я таким тоном, будто мы заключили шаткое перемирие и теперь одна из сторон его наглым образом нарушает.

— Ладно, пока.

Нажал на отбой и тяжело вздохнул. Будь ты хоть трижды крутым Игроком и убивай древних богов на завтрак — родители есть родители. От них даже в зрелом возрасте можно получить по шапке. Они не посмотрят на заслуги и регалии.

Водитель, выходец из Средней Азии, недобро смотрел в зеркало заднего вида. Чего это он? У меня же Харизма включена. Понятно, что соблазнять его и в мыслях не было, но на расположение рассчитывал. Между прочим, лучше бы за машиной следил. Воняет тут чем-то…

Я втянул носом воздух и покраснел. Потому что смердело от меня. Несколько дней без душа и дезодоранта не прошли даром. Тут никакая Харизма не поможет, только мыло и вода. Тихонечко открыл окошко. Хоть и не май месяц, но водитель слова не сказал. И как я его понимаю. Доехали в гробовом молчании. Да вдобавок отдал пятисотку вместо трёхсот пятидесяти. За неудобства.

Но кто-то там наверху давно решил, что сегодня не мой день. У подъезда шумела шпана — четверо молодцов только вступивших в совершеннолетие. Но это полбеды. Они обступили со всех сторон профессора и издевались над ним. Я и раньше бы не прошёл мимо. Только в то время просто получил на орехи и отправился зализывать раны. Но теперь…

— Эй, шантрапа, ничего не попутали?!

Один из оболтусов, бритый, низенький, с жёлтым синяком на скуле, повернулся ко мне. Пристально оглядел, попыхивая сигаретой и осклабился.

— Зубы жмут, дрыщ?

Ну да, обыватели же видят не красивого корла в расцвете сил, а ушастого доходягу. Чего, кстати, Юлька во мне нашла? Понятно, девушки любят ушами, но изначально что-то должно же было зацепить? Тьфу, не о том думаю.

— Смотри, как бы сам тут всё не оставил, — я сделал шаг вперёд.

Вот теперь я точно заинтересовал этот квартет хулиганов. Один даже выпустил воротник профессора из рук. Главарь набычился и двинулся ко мне. За ним сгрудились подпевалы.

— Молись, дурачок, — сказал заводила.

Молиться, как и разговаривать, я не собирался. Знал, что в беседе «по понятиям», используя всякие «кто сам по жизни» и «каким воздухом дышишь», этот любитель воровской романтики меня уделает. А вот в кулачном бою напротив, я его слегка подрихтую. Чем, собственно, и занялся.

Удар вышел средненьким. Вырубить я его не вырубил, но приложил крепко, отправив в нокдаун. Заметил, что главарь остался в сознании. Сейчас отойдёт от шока и поднимется. А вот трое стоящих на ногах ждать не будут.

В какой-то момент я слишком понадеялся на себя. Подумал, что немногочисленные тренировки с Охотником сделали из меня бойца. И зря. Уклонился от прямого удара и сразу, не отходя от кассы, получил ногой по зубам. Аж эмаль зазвенела. С непривычки очень больно. Как бы не мои игровые особенности, пришлось идти к стоматологу.

∞

Присел и ударил нападающего в пах. А нечего тут ногами раскидываться. Система оценила моё изящное решение.

Навык Рукопашного боя повышен до восьмого уровня.

В последний момент увидел, как в скулу прилетает кулак и интуитивно выставил руку.

Навык Блокировки повышен до третьего уровня.

Тут же добавили в бок, в район печени. Пока я скрючивался от боли, получил в плечо. Прямо в кость.

Навык Бездоспешного боя повышен до третьего уровня.

Вот только меня данный факт совершенно не радовал. Удары сыпались градом. Думать было некогда. Сейчас бы откатить, но вместо этого я вытянул руку к ближайшему обидчику и кастанул Дугу.

Навык Разрушения повышен до одиннадцатого уровня.

Вышло здорово! Гопник отлетел метра на три, приложившись при падении головой. А остальные машинально сделали шаг назад.

— Чего стоите? Гасите, — приказал уже поднявшийся главарь.

— Миха, да ну в задницу, у него электрошокер, — отозвался ближайший ко мне хулиган.

— Миха, а давай один на один, — предложил я, унимая тяжело бьющееся сердце.

— Да пошёл ты, ещё связываться, — после недолгого колебания ответил тот и посмотрел на поверженного товарища, — чего мнётесь, Бурого поднимайте. А ты… с тобой мы ещё не закончили.

Я хмуро глядел, как удаляется троица, таща «заряженного» электричеством бойца. Нет, у нас гопников хватало. Но чтобы вот так, среди бела дня быковать? Что-то мне это все не нравится.

— Спасибо, Сергей, — подал голос профессор. Я вздрогнул, совсем уже позабыв про присутствие Петра Сергеевича, — странные ребята.

— А чего хотели?

— Поговорить видимо. Подошли, начали спрашивать русский ли я. Потом тыкать стали, хамить. Сказали, что из-за таких, как я нацию просрали. Дескать, русский не пьёт.

— Ага, а ходит по дворам и колотит пожилых людей. Надо выяснить, откуда эти молодчики.

— Может с училища какого?

— Далековато. Хотя я в любом случае выясню, что это за сучилища такие. Всего хорошего, Петр Сергеевич.

Обессиленный поднялся к себе, надеясь, что Лапоть за несколько дней не разгромил квартиру и открыл дверь. Но сегодня явно был не мой день. Создалось ощущение, что внутри долгое время держали бешеную собаку. Стулья перевёрнуты, кухонный стол облит чем-то жирным, одежда разбросана, обои разодраны и висят кусками. Я, уже ничему не удивляясь, прошёл в комнату и увидел всклокоченного домового с раскрасневшими, заплаканными глазами.

— Хозяин, ты что ли?

— Я что ли, — присел я на край дивана.

— Живой?! — схватился за голову Лапоть.

— А ты решил, что со мной что-то случилось и устроил тут последний день Помпеи?

— Так я же… Я же, — домовой выглядел потерянно, — почувствовал, как не стало тебя.

Теперь настал мой черёд удивляться. Почувствовал, как не стало? Вот это очень интересно.

— Не понял, расскажи.

— Ну второго дня я щи готовил. Настоящие, жирные, наваристые. И вдруг раз, как отрезало. Пусто внутри стало. Вот я и понял, что тебя того…

Второго дня? Я посчитал — вторник. Как раз, видимо, когда я умер. Получается, у домового и хозяина не просто жилищно-материальные отношения. А некая сакральная связь. Раз уж Лапоть в чужом мире почувствовал, что я коньки отбросил.

— Ложная тревога, — ответил я ему, — умер чуть-чуть. Не по-настоящему. Поэтому оргии отменяются. Так что, Лапоть, придётся тебе убираться.

— Хозяин, — кинулся домовой ко мне и прильнул к пахнущей одежде. Даже как-то неловко стало.

— Ну ладно, чего ты начинаешь. Нормально всё. Дай я помыться схожу. А потом постираешь это тряпьё.

— Я конечно. Я завсегда. И на скорую руку что-нибудь сготовлю. И приберусь. Быстро, сейчас.

Домовой засуетился со скоростью электровеника, летая по комнате, а я побрёл в ванну. Скинул всё тряпье и встал под душ. Намылился, натирая губкой кожу до красных полос, смыл пургаторскую грязь, снова намылился и смыл. Когда вышел, на кухне, напевая какую-то песенку, мельтешил Лапоть. Я прислушался к себе. Есть не хотелось, а вот спать…

Добрёл до дивана, разложил, застелил постель. Лёг, вытянулся и по телу пробежала дрожь. Господи, как хорошо-то. Все заботы и волнения нескольких последних дней превратились в нечто несуразное, спутанное, мутное. Я зевнул и провалился в сон.

Проснулся насильственно. То есть, не по своей воле. Где-то в ванной пиликал телефон. Судя по всему, уже довольно давно. Я продрал глаза — за окном темень, за стенами тихо. Похоже, ночь. Всё ещё в прострации поднялся на ноги и неуверенно побрёл за смартфоном. Поглядел на дисплей — Лиций.

— Алло, — сел я на крышку унитаза и зевнул.

— Сергей, почему так долго н-н-не брал телефон? Я нашёл и вс-с-сё устроил. Я знаю, где достать дьявольскую серу.

— Где?

— В Париже!

— А поближе нигде нет? — всё ещё не вполне понимая, о чем он говорит, пытался я уйти в энергосберегающий режим.

— Дай сюда, — послышался приглушённый голос Рис. А спустя пару секунд из динамиков рявкнуло её меццо-сопрано: — Сергей, если ты сейчас не приедешь, я твоего зверолюда на куски порежу. Весь мозг мне съел с этой серой.

— И как твой мозг в сере, съедобен?

— Сергей!

— Понял, понял, скоро буду. Мне в Париж сразу двигать или куда поближе?

Рис пару секунд гневно подышала в трубку, но потом всё же ответила, что они в общине. Я нажал на отбой и поднялся на ноги. А есть тут какое-нибудь общество защиты Игроков? Где там молоко или хотя бы пиво за вредность дают. Лично я уже готов вступить.

— Лапоть, сообрази что-нибудь поесть. У меня опять тут нарисовалась… командировка.