Я медленно обернулся. Предводитель армии тьмы стоял, возвышаясь, за моей спиной и смотрел на меня сверху вниз. Конечно, мне не надо было этого делать, но я поднял на него взгляд. Черные дыры глазниц нацелились прямо на меня, отчего мне стало совсем не по себе. Как будто знаешь, что прямо сейчас пойдет страшный ливень, но хочешь во что бы то ни стало добежать до места назначения. Из-за этого непонятного чувства мой взгляд словно бы погружался в бездонный сумрак глазниц предводителя армии тьмы, и, казалось, в этот миг не было ничего важнее, чем всматриваться в эту темноту.

На мгновение я почувствовал, что меня засасывает туда, но мне почему-то стало легко на душе, как будто легкий-легкий ветерок обдувает лицо, и всеми порами своего тела я ощущал его нежное прикосновение. А затем, забыв обо всем, бросился бежать навстречу настоящей свободе.

Когда я очнулся, то понял, что меня тащат назад, удерживая за подбородок ладонью. Тут я повел себя разумно и не стал сопротивляться, ведь только что произошло нечто странное.

– Ян Шу, помни: когда сталкиваешься с чем-то неподвластным тебе, никогда не пялься. Чем дольше смотришь, тем сильнее впутываешься и попадаешь в ловушку.

– Бу, а что со мной произошло?

Она отпустила меня.

Я спросил еще раз:

– А что с тетушкой Лань? И куда девалась Сяо Пин?

Когда Бу перестала меня держать, я больно упал на пол. Рухнул так, что плечи страшно заныли, и я стал растирать их, слушая Бу.

– Ты только что выбежал на балкон, и если бы я не перехватила тебя, то отправился бы в полет. А тут одиннадцатый этаж – можешь представить, что с тобой стало бы.

За панорамным окном завывал ветер, проникая внутрь; предводитель армии тьмы уже исчез. Бу показала мне в сторону коридора, и я увидел там тетушку Лань, которую наполовину скрадывала темнота. Меня обуял страх от мысли, что я чуть не превратился в летающего рыцаря, и я не мог совладать с душевным потрясением и ужасом, ведь только что чуть не погиб. Теперь я боялся даже двинуться с места, лишь бы мне не угрожала новая опасность.

– Что ты видел?

Я мысленно повторил про себя все увиденное и пересказал то, что открылось мне в глазницах предводителя армии тьмы. Выслушав меня, Бу нахмурилась, затем достала из кармана немного порошка и втерла мне в голову. Кажется, я немного успокоился, прежде чем услышал бормотание тетушки Лань, разобрать которое на расстоянии было невозможно.

– Что же делать? Что это за армия тьмы, духи мертвых?! – паниковал я.

– Иди за мной. – Бу сделала шаг в сторону тетушки Лань.

У меня зачесалась голова, может от того порошка. Приятного мало, но тереть я не решался, опасаясь, что все испорчу и опять случится что-нибудь плохое. Вдруг потеряю контроль над собой, а пережить такое еще раз хотелось меньше всего. В такие моменты паники подсознательно принимаешь все как данность. Вот я и забыл спросить, что же это за порошок такой. Когда позже я узнал, что его делают из растертого дерьма собак, а точнее, только кобелей, я просверлил взглядом Бу и раз десять сказал ей с отвращением все, что об этом думаю.

Чем ближе мы подходили к тетушке Лань, тем яснее и отчетливее раздавались ее слова:

– Как же так, как же так получилось…

Бу была впереди на пару шагов, но я не отставал.

– Тетушка Лань, а где Сяо Пин?

Только я это сказал, как в следующую секунду заметил новую странность: в темном конце коридора виднелась тень – вроде как присевший на пол лев, поджидающий добычу. Хотя лица было не разглядеть, поза казалась устрашающей. Я вскрикнул, и тень внезапно бросила какой-то предмет. Бу ловко увернулась, а я не успел среагировать, и он попал мне в правое плечо. Не очень больно, но тут тень поднялась и бросилась на меня. На этот раз я среагировал мгновенно, машинально весь собрался, но тень устремилась не ко мне, а к входной двери. Бу бросилась вдогонку, я же никак не мог решить, что мне делать – рвануть за ней или остаться на месте. Если это злоумышленник или чудище странной формы, Бу может оказаться в опасности, и я, стиснув зубы, последовал за ней. Добежав до пожарной лестницы, я увидел, что Бу возвращается.

– Сбежал, – сказала она. – До жути это все странно, будь осторожнее. Думаю, происходящее тесно связано именно с тобой, вдруг вообще это случилось из-за тебя?

Из-за меня? Да я раньше никогда не пересекался с тетушкой Лань и с Сяо Пин знаком не был, не говоря уж о сынке-злодее, которого и бесчеловечной гадиной назвать мало.

Вернувшись в квартиру, я подумал о тетушке Лань как о потерявшей душу и почувствовал себя беспомощным. У всего этого нет конца, постоянно ждешь очередного выпада, но находиться в таком состоянии невыносимо. Я сел на корточки и поднял только что брошенный в меня предмет. Им оказалась крошечная вещица размером с мизинец, наподобие куколки цикады, холодная на ощупь, коричневато-серая, с вырезанным на поверхности узором. Я еще некоторое время его рассматривал, пытался распознать – бесполезно. В конце концов стало понятно, что Сяо Пин и след простыл. Не включать же ее в список пропавших без вести людей (или попавших в небытие духов?), к тому же ни с кем и не поговоришь об увиденном. Бу оставалось только вздохнуть и оставить все как есть – по крайней мере пока.

Но из-за той сбежавшей тени мы все-таки вызвали полицию. Прибыв, полицейские сделали несколько снимков на месте происшествия. По правде говоря, обращались с камерой они, кажется, получше моего. Что касается деталей, я вкратце объяснил им ситуацию. При этом обошел стороной все странные и необъяснимые события, лишь сообщив, что я риелтор, а Бу – моя подруга, пришедшая за компанию набросать план квартиры. Мы заметили, что какой-то подозрительный тип воспользовался открытой дверью и проник внутрь, пока мы находились в гостиной. Один из полицейских, коренастый такой, взглянул на меня, достал из кармана визитку и протянул мне. На ней значилось имя – Ло Третий. Как странно его зовут! Он попросил, чтобы я позвонил ему, если вспомню что-нибудь еще, а потом отдельно поговорил с Бу и тетушкой Лань. Пока Ло Третий расспрашивал Бу, мне казалось, что украдкой он поглядывает на меня.

Тетушка Лань при появлении полицейских пришла в себя, лишь отдельные слезинки еще виднелись на ее лице, словно ее напугало внезапное вторжение и она потрясена. После опроса на месте нам с Бу пришлось отправиться в участок и дать письменные показания. Тетушка Лань, сославшись на недомогание, договорилась прийти попозже. Другой полицейский в это время уже сидел в комнате охраны на первом этаже, отсматривая записи с камер наблюдения. К этому времени начало светать, и, когда мы выходили из «Сверхдержавы», председатель комитета жилого комплекса уже был тут как тут, в одной пижаме. Суетился возле охранников.

После всей этой суматохи, когда нас наконец отпустили из участка, окончательно рассвело. Бу протянула мне небольшой прозрачный пакет с застежкой на молнии и напомнила, чтобы я сегодня обязательно отпросился с работы, сходил домой и тщательно вымылся. Она велела мне равномерно натереть все тело солью из этого пакета, затем смыть ее холодной водой и хорошенько выспаться.

Было не слишком холодно, но все равно ополаскиваться холодной водой – настоящая мука. Я спросил, не подойдет ли теплый душ. Она же, наклонив голову, подумала и ответила, что не подойдет. Бу не позволила мне отвезти ее на скутере обратно в массажный салон, да я и сам устал так, что руки не мог поднять.

Честно говоря, натираться этой солью было одно удовольствие, ощущения были жгучие и освежающие, особенно когда холодной водой обливаешься, а телу, наоборот, делается жарко. Даже не высушив волосы после душа, я свернулся калачиком на диване и провалился в сон. Не знаю, сколько так проспал, но сон был беспокойным. Чувствовалось, будто кто-то лежит у моих ног и диван проседает под тяжестью. Я ворочался с боку на бок с закрытыми глазами, но мне казалось, что за мной наблюдают. В конце концов у меня начался жар, словно в кожу вонзались раскаленные иглы, все тело зудело и ныло. Когда же я открыл глаза, на улице уже стемнело, а я лежал в поту.

Приняв на этот раз обычный душ и проверив телефон, увидел несколько пропущенных звонков. Первым делом следовало ответить Мэй – начальница все же. Другой звонок был с неизвестного номера. Я перезвонил и услышал голос девочки, какой бывает у ученицы начальной школы:

– Ты проснулся?

Я поначалу решил, что это мошенники, но, прислушавшись, узнал Бу.

– Надо же, у тебя и мой номер есть! Что звонишь?

– Есть хочу.

Какое мне дело до того, что ты хочешь есть? Это была первая мысль. Потом до меня дошло, что нельзя же так реагировать, иначе можно остаться холостяком. Подумав еще немного, я ответил, что куплю что-нибудь и приеду к ней. Во мне тоже проснулся голод. Чуть ли не целый день я спал, а со вчерашнего дня крошки во рту не было.

Когда я добрался до массажного салона, Бу стояла и крутила в руках какую-то вещицу. Заприметив меня, она подняла глаза и не опускала их, пока я не открыл упаковки с едой, не достал палочки и мы не уселись.

– Как себя чувствуешь?

Я посмотрел на свои руки и кивнул:

– Спал не очень, жарко было, а так ничего. Наверняка проголодалась? Сперва поешь. У тебя в руках что, заколка Сяо Пин?

Бу разделила склеенные палочки и ответила, что пытается понять, что за секрет у этой заколки с лентой для волос и как именно с его помощью получалось удерживать Сяо Пин. Я поинтересовался, пришла ли она к какому-либо выводу, но Бу опустила палочки, прожевывая яйцо, закрепила заколку на своей голове и, проглатывая слова, ответила, что не пришла.

– А если ты так себе волосы перетянешь, ничего не случится?

Она подозрительно посмотрела на меня:

– Я не мыла волосы пару дней. Что должно случиться?

Несколько дней не мыла голову? Понятно, ладно.

– Ты что, не знаешь? Когда женщины собирают волосы в хвост, значит, они не помыли голову.

Я покачал головой – мол, первый раз об этом слышу. Бу ела очень медленно, тщательно пережевывая каждый кусочек. Казалось, так дело растянется до рассвета, но в итоге у меня еще оставалась нетронутой свиная отбивная, у нее же почти все было съедено. Проглотив последнее, она сказала:

– Не хочу тебя лишний раз беспокоить, но мне понадобится твоя помощь. Я собираюсь вернуться в квартиру тетушки Лань, чтобы окончательно разобраться с судьбой Сяо Пин, иначе непременно случится еще что-нибудь плохое.

Я ответил, что нас это дело вообще не касается, да и продать эту квартиру мне пока не светит. Если опять пойдем туда, придется объясняться с тетушкой Лань, но общаться с ней теперь будет крайне неловко. Слишком муторно все это улаживать, а вдобавок я не уверен, смогу ли взять ключ-карту на посту охраны.

Пока я дожевывал последний кусочек отбивной, Бу сидела с сокрушенным видом, как продувший в игру ребенок. Ладно, согласился я, съездим вместе, но не гарантирую, что мы войдем в квартиру, да и желания туда заходить нет. Останусь ждать на посту охраны, потому что армия тьмы, вторжение незваных гостей, из-за которого я чуть с балкона не сиганул, – с меня этого хватит, не пойду туда, хоть убей. Тьфу-тьфу-тьфу!..

Она поспешно закивала, тут же поднялась и начала собирать вещи. Что это было, я сходу не разобрался, поэтому встал, вышел за дверь и закурил сигарету. Через пару минут мы поехали в «Сверхдержаву».