Он шёл пешком вдоль обочины, вёл за рога скрипучий дорожный велик и смотрел в землю: не валяется ли где оброненный ночью мобильник. Чем дальше, тем больше убеждался: шансов мало. Пожалуй, с той же ничтожной долей вероятности можно было найти подкову или её вторую половинку.

Обдав бензиновым ветром, промчался мимо полупустой рейсовый пазик, приветствуя Герку коротким гудком. Герка махнул рукой дяде Лёше и снова уставился под ноги.

Лиза дремала у пыльного окна. Ей снилась подсыпанная гравием ухабистая «своротка», обсаженная тополями, и парень в вытянутой линялой футболке с чужого плеча, присевший на корточки у опрокинутого велосипеда – то ли чинит, то ли возится с багажником, то ли уронил что-то.

Короткий автобусный гудок разбудил её. Вдоль обочины шёл мальчишка, вскинув руку в приветственном салюте. Другой рукой он придерживал велик.

Она вздрогнула, на мгновение прижалась носом к стеклу.

– Стойте! Мне нужно сойти!

– Лиза! Успокойся! тебе что-то, наверное, приснилось… – испуганно уговаривала Катя. – Куда сойти, в чисто поле?

Дядя Лёша исподлобья глянул на них в зеркало заднего вида, затормозил. Спотыкаясь о чужие сумки, не замечая слетевшей с головы банданы, Лиза выскочила из автобуса. Побежала назад – ему навстречу…

– Лиза! Это правда – ты? – Герман робко провёл рукой по её темени, чувствуя под ладонью шершавый ежик уже отрастающих волос. – Состригла волосы. Совсем… Но какая же ты красивая!.. Лиза, ты… ты светишься! Как планета!

– Хочешь сказать, кого-то снесло с орбиты? – смутилась она.

– Нет-нет. Просто мы с тобой в перигее! Наконец-то!

– Как Луна и Земля?

– Как Луна и Земля. У нас с тобой – суперлуние…

– Да. Супер…

Осмелев, он взял её голову в ладони.

У него было обветренное, заметно возмужавшее лицо, волосы, выгоревшие на солнце, сильные горячие ладони. Он так вырос за это лето! Всего-то полтора месяца назад они были почти одного роста, стояли по обе стороны решётки, там, в её старом дворе, и смотрели глаза в глаза. Теперь Герка глядел сверху вниз.

Он всматривался в запрокинутое лицо, бережно сжимал ладонями округлый стриженый затылок. Тёплый и такой родной.

Он чувствовал себя счастливым и сильным.

Он держал в руках свою планету.