«Каждый пишет, что он слышит, каждый слышит, как он дышит,

как он дышит, так и пишет,

не стараясь угодить…

Так природа захотела,

почему – не наше дело,

для чего – не нам судить…»

Кончался XVIII век. Ах, что это за время! Один мудрый человек сказал об этом времени: «Столетие безумно и мудро», все переменчиво, как природа-погода. Смыслы, мнения, взгляды сталкиваются, приводят к битвам. Но какие в это время рождаются герои, персоны, какие личности! Много русско-турецких войн. Удивительных судеб, и каждые можно найти сегодня в лекциях Мединского.

В первой части читатель узнал имя фельдмаршала Шереметева, Брюса и других сподвижников Петра I. Известно, что сказал Петр, прощаясь с этим миром: «Мы создали регулярную армию, флот. Теперь все дело в образовании и культуре».

Из этого мира мы выделим архитектора Львова. Львов одна из многих фигур, прославившихся в XVIII веке. Именно Николай Львов построил Наугольный шереметевский дом «в каменном виде» (прежде он был деревянным). Известно его строение в Вороново, в усадьбе Ростопчина. Однако имя Львова просияло прежде всего в Тверском крае. Там он родился, жил, соорудил несколько храмов. Самая известная, оригинальная, своеобразная и не на кого не похожая усадьба Знаменское.

Львов был очень русским человеком, стремился к гармонии, старался не подражать иностранным архитекторам. И в результате получился комплекс, такой уютный, такой просторный, что его стали называть «маленький рай», или «раек». Довольно просторная площадь была покрыта цветами, растениями, имела округлую форму в виде красивой ограды. В центре стоял дворец, который сейчас служит филиалом Тверской картинной галереи.

Однако нам нужен прежде всего Звенигород, усадьба Введенское, которое строил Львов, связанная с именем императора Павла I. Это был последний романтик на русском троне. Но не только, еще и безумный мечтатель.

Мы последуем за Львовым во Введенское, в котором автор много раз уже бывал. Усадебный дом стоит на высоком берегу, откуда открываются прекрасные дали Москвы-реки. В центре усадьбы – церковь, абсолютно не типичная для архитектуры того времени, не европейская, не русская. Приезжие видят в ней следы католической архитектуры. А сам Львов – человек изобретательный, назвал колокольню и главную церковную часть по-своему: острая высокая колоколенка, это как бы пасха, а сама церковь имеет форму кулича. Подобное строение он уже соорудил в Петербурге, и прихожане его называли «кулич и пасха». Храм этот прекрасно отражается в озерце, которое спланировал Львов, а на той стороне озерца – ротонда. Уютное закругленное со всех сторон местечко, из которого можно наблюдать закат.

А теперь (смелая мысль!) представьте себе, что в этой ротонде сели рядышком Павел I и его Прекрасная lама. Откуда она и почему явилась вдруг не в юном уже возрасте императору? Поясним. Между Екатериной и Павлом, как помнит читатель, никогда не было лада. Его возмущали многочисленные фавориты матери. А ее – мечтательность и непрактичность сына. К тому же он был одержим мыслью стать рыцарем Мальтийского ордена и, конечно, заиметь Прекрасную даму.

Именно друг его детских лет Николай Петрович Шереметев – внук фельдмаршала – рассказывал о знаменательном, великом путешествии на Мальту его деда – Бориса Петровича, ставшего первым кавалером Мальтийского ордена.

Однако Мальта – далеко, а Прекрасная lама… Сейчас мы о ней узнаем.

Дорогу на Звенигород называли царской дорогой. Здесь Савино-Сторожевский монастырь, святые источники. Коронованный император, конечно, бывал там, устраивались и представления – музыкальные и театральные. Павел даже разрешил танцевать вальс, который ненавидел. Наверняка ему представили ярославского губернатора Лопухина с его супругой и дочерью по имени Анна. Тут и родилась легенда или быль о том, что в ту ночь Павел и Анна сели на лошадей и помчались к львовским строениям.

«Я дарю вам этот дворец», – сказал новый император. Он был очарован темными пышными волосами Анны. Ее постоянно улыбающимся лицом, меланхоличным взглядом. И замедленными, ленивыми движениями рук. Она была истинная Прекрасная дама, которой надо было посвящать или рыцарские подвиги, или стихи. Если нет стихов, смотреть вместе с ней на луну, становиться на колени и целовать ее пальчики.

Как добр и щедр был рыцарь Павел I. Анне он дарил этот дворец, ее отцу и мачехе пообещал отдельный дворец в Петербурге. Но самой Анне решил построить в ближайшее время Михайловский замок, похожий на рыцарский. Более того, этот замок он покроет цветом, полностью повторяющим цвет перчаток Анны, – розовый.

Автор еще во время войны, в классе 8-м, увидела два портрета в журнале. Один – это портрет Марии Дьяковой, второй – Николая Львова. Я взяла карандаш и терпеливо изо дня в день пыталась перенести эти два портрета на один большой лист. Что мне, подростку, увиделось тогда в этих лицах? Есть такая чувствительность в подростковом возрасте, которая позволяет увидеть то, что скрыто для обычного глаза: их гармонию, верность, истинную любовь. Только через 10–15 лет я узнала, что эти двое были связаны не только любовью, но еще и тайной. Дело в том, что отец Марии был тайный советник и не собирался выдавать свою дочь за неизвестного мечтателя. Здесь скрывается еще одна тайна о венчании Львова с Марией Дьяковой. Все это время они жили гражданским браком, тайно, в съемной квартире. Не знал еще тайный советник, что Львов был наделен не только личным обаянием, красотой лица, но обладал кроме архитектурных другими талантами: музыка, стихосложение, артистизм и прекрасный вкус. (Державин более всех ценил вкус Львова.) Львов – человек целеустремленный за эти 6 лет сделал столько, смог так подняться, сделать столько много прекрасных архитектурных проектов, что стал даже знаменит, и тайному советнику пришлось смириться и дать разрешение на брак.

Вот еще один портрет Николая Львова. Прекрасный художник Левицкий в 1789 году написал удивительный портрет. В глазах его виден не только ум, но и легкая ирония по поводу того, чем дышит высший свет и кто образован, а кто – нет. Это был человек с ироничным взглядом, один из тех людей, о которых мы по-настоящему узнаем только в конце XIX века, читая А. П. Чехова.

А тот век завершился самым непредсказуемым образом. 1 марта 1801 года заговорщики убили императора Павла I.