Морозко

В один день почувствовал, что Ульяна сильно нервничает. Через какое-то время, она меня стала призвать, но так как был день и не зима, то я не мог прийти на зов. Она призвала ларец. Отправил ей подарков. Но она не прекратила призыв. От этого меня ломало. Крутило. Я понимал, что моей девочке плохо. Что-то между нами рвалось и образовывалось снова. Я метался, не знал, что делать. Побежал к Ядвиге. Но ее не оказалось дома. Или…

— Ну, и что ты все крушишь! Банки оставь! Сам себе хуже сделаешь! Там же снадобья, — явилась хозяйка избушки сразу, как я стал хозяйничать у нее и хвататься за инвентарь и склянки.

— Иди к Ульяне, — скомандовал я.

— И не подумаю, — насупилась Яга.

— Иди, я сказал! — заорал, что есть мочи, — ей плохо.

— А мне какое дело? Это твоя девушка и твой ребенок. Мне какой интерес?

— Что ты хочешь? — в отчаянье спросил, готовый на все.

— А что мне может быть нужно? Я могу колдовать, могу быть где захочу. Чем ты можешь меня удивить? — соблазнительно проворковала Ядвига, и с каждым словом на ней становилось все меньше одежды, — но… — оставшись почти голой, провела она пальцем по заострившимся под тонким кружевом ареолам, — я тоже женщина. Истосковавшаяся по хорошему любовнику. Ты удовлетворишь мою жажду, я — твою просьбу. Дашь на дашь! Я тебе не посыльная. Я баба Яга. Аль забыл?

— Я не могу Ядвига! Не могу, пойми ты, у меня Ульяна есть! — стал объяснять заведенной женщине.

— Нет, так нет. Тогда проваливай! Не пойду к твоей гордячке. Раньше надо было думать. И переноситься с тобой, когда звал! А теперь пусть сама расхлебывает.

— Но ей плохо! — возопил я.

— И мне! Ты знаешь, как плохо ебут лешие и домовые? С тобой разве сравнить? Чем плоха я? — Ядвига изогнулась в призывной позе.

Сказать честно, женщина она была красивая, аппетитная. Раньше, стоило ей оголиться, даже не прибегая к своим уловкам и позам, и мой корень силы уже был готов ко всему. А теперь, стоял, оценивал ее красоту, прелести. Да вот только сердце за Ульяну болело. И никакие мысли по поводу Ядвиги не рождались, и корень силы был в покое. Бросил напоследок взгляд обвиняющий и перенесся в свой терем. Надо было думать, как девочке моей помочь. Да что сделаешь? Если есть свои правила и запреты.