В этом огромном смешении всего и вся некоторые взводы 31-го пехотного батальона наконец в несравненном пылу отваги взобрались к самым высоко расположенным траншеям правого ответвления хребта. Оказавшись таким образом отрезанными, стрелки из траншей, последовательно расположенных на некотором расстоянии друг от друга по линии горных пиков, неожиданно оставили их. То не было привычное коварное отступление; то было бегство. Вот они, противники, в первый раз они предстали, хоть и мимолетно, перед солдатами: они бежали врассыпную по холмам, зажав в руках оружие, скатываясь и скользя по склонам, чтобы совсем исчезнуть. Солдаты преследовали их по пятам; и наступление, повсеместно усиленное, в едином порыве продвинулось вперед, распространяясь до самого края левого фланга. Это была победа. Через несколько минут обе бригады, смешав свои двигавшиеся ускоренным маршем батальоны, сгрудились в последнем и единственном проходе через ущелье.

Жагунсу, однако, пребывая в беспорядочном состоянии после первого отступления, вновь начали оказывать то же необъяснимое сопротивление. Оставив свои позиции и освободив опасный переход, они издали встречали триумфаторов выстрелами, повторявшимися с большими интервалами.

Генерал Саважет был задет пулей и сбит с коня; то же произошло с адъютантом и частью сопровождавшего его кавалерийского отряда на входе в правое ущелье, куда генерал входил в тылу колонны, когда вдалеке были уж слышны победные возгласы бойцов авангарда. Как всегда, жители сертанов урезали военный успех, необъяснимо возникая среди поля проигранного боя. Даже разбитые, они не давали себя раздавить. Оттесненные со всех позиций, они находили для себя новые убежища, побежденные и грозные, отступающие и убивающие, как парфяне.

Тем не менее они понесли серьезное поражение; об этом красноречиво говорит название, данное ими впоследствии колонне, которая его нанесла: «талантливый батальон». Ибо бой при Кокоробо, начинавшийся неуверенно и нерешительно, со сдобренного безрезультатною стрельбой трехчасового промедления, но закончившийся смертоносной штыковой атакой, был действительно редким случаем дерзкой отваги, оправданной лишь готовностью проводивших ее отрядов, их особой природой. В рядах войска преобладали солдаты из Риу-Гранди. А бесстрашные гаушу, с большим трудом переносящие медлительные тяготы войны, не имеют себе равных во внезапных бесстрашных вылазках.

Пехота южан – это ударная сила. Другие войска, быть может, превосходят ее в точности, огневой дисциплине и сложной игре маневров. Но когда доходит до холодного оружия, эти спешившиеся кентавры налетают на неприятеля, подобно мчащимся по пампе скакунам. И им улыбнулась удача провести блистательную операцию с непревзойденным успехом.

Вечером, когда войско расположилось лагерем за ущельем, были подсчитаны понесенные потери: 178 человек, из них 27 погибших. Из офицерского состава было двое погибших и десять раненых.

6-й бригаде, не принимавшей участия в бою, было поручено хоронить погибших; она разбила лагерь в тылу двух остальных, занимавших обширную высоту над дорогой.