Других происшествий не было, и войско разбило лагерь в Розариу.

Собрались все бойцы за исключением третьей бригады, которая успела уйти на 6 километров дальше, в Ба́йшас.

Командующий экспедицией отправил к генералу Саважету посланника с напоминанием о том, что 27-го, как было условлено, колонны должны встретиться в окрестностях Канудуса.

С лагеря снялись 26-го числа и отправились к фазенде Вига́риу, что в 18 километрах; в Байшасе сделали небольшой привал.

Они находились приблизительно в 80 километрах от Монти-Санту. На опасной территории. Случившаяся накануне короткая перестрелка говорила о возможности столкновений. Быть может, после успешной разведки жагунсу готовят более серьезные нападения. На их присутствие, как всегда, косвенно указывал лик земли, ландшафт, который до Байшаса вздымался плоскими холмами со срезанными вершинами, давая начало высокому горному хребту Розариу, чьи утесы покрыты редкой растительностью.

Солдатам предстояло взбираться на это подобие окружавшей Канудус крепостной стены с юга. Продвигались осторожно. Никаких более труб и горнов. Батальоны после утреннего построения устремились к подножию хребта. Взошли на него. Спускались потом по ущелью, отделяющему гору от фазенды Вигариу.

Вся колонна еще больше разделилась и оказалась сильно растянутой; когда к вечеру авангард подходил к месту ночлега, легкая артиллерия, оставившая неповоротливую 32-фунтовку инженерам, начинала спуск, а пушка тем временем взбиралась неспешно, в ритме саперных работ, что расчищали ей дорогу, и еще не перевалила через хребет. На экспедицию пала ночь, а вместе с нею проливной дождь со шквальным ветром, так что бойцы противника, давнишние знатоки этих краев, с легкостью могли разбить их. Но они этого не сделали. Как мы увидим, они готовили другую позицию. Не трогали они и обоз, затерявшийся в тылу, на дороге из Жуэте. Тягловые животные устали, и весь груз, размещенный на 53 телегах и семи больших повозках на бычьей тяге, остался за спиной смелых сыновей сертанов из 5-го полицейского батальона Баии.

Ночь прошла тем временем спокойно. На следующий день, 27-го числа, в день, назначенный для блистательной встречи двух колонн – которым будут рукоплескать на развалинах покоренного поселения, – начались приготовления к последнему этапу похода. И в необыкновенном оживлении, исполненном всяческим беспокойством, волнением и энергичным энтузиазмом, как всегда накануне битвы, никто и не вспомнил об отставших товарищах.

Бригады устремились в путь, бросив позади напрочь забытый обоз с провиантом, который остался совсем беззащитным, поскольку сопровождавшие его солдаты, то согнувшись под тяжкой ношей, то подталкивая редких мулов, едва способных тащить свой груз, находились в самых неблагоприятных условиях для самой легкой стычки.

Бригады шли: впереди бригада полковника Гоувейи с двумя артиллерийскими орудиями; по центру бригада полковника Олимпиу да Силвейры и кавалерия; затем друг за другом бригады полковников Томпсона Флореса и Медейруса. По двум легким мосткам пересекли ручеек в Анжику. Медленно шагая, колонны растянулись на десять километров по дороге.

Замыкал поход 25-й батальон, который с флангов сопровождали два взвода подкрепления, еле-еле прорубавшие себе ножами путь сквозь ветви.