Гленн Брэнсон завершил второй допрос Брайана Бишопа в двадцать минут первого. После чего, оставив его наедине с адвокатом в комнате для допросов – у них был предусмотрен обеденный перерыв, – отправился на совещание в кабинет Грейса.

Брэнсон придерживался заранее составленного сценария, отложив, как они и планировали, действительно важные вопросы для третьего допроса, который должен был состояться сегодня днем.

Когда все сели за маленький круглый стол, суперинтендант похлопал Брэнсона по спине.

– Молодец, Гленн, отлично справился. – А затем объявил: – Итак, теперь переходим к тому, что Элисон Воспер называет «чудеса в решете».

Все трое посмотрели на него с некоторым недоумением.

– Я имею в виду алиби Бишопа, – пояснил Рой. – Его ужин в ресторане «Уолсли» в Лондоне с Филом Тейлором. Тут явное несоответствие.

– Но ведь результаты анализа ДНК подрывают его алиби, – возразил Николл.

– Я сомневаюсь, как воспримут это присяжные, – пояснил Грейс. – Тут все зависит от того, насколько этот Тейлор заслуживает доверия. Уж будьте уверены, что Бишоп нанял самого лучшего адвоката, который выжмет из его алиби все, что только можно. Честный гражданин против капризов науки? Возможно, сведения от «Бритиш телеком» внесут в этот вопрос какую-то ясность.

– Я думаю, Рой, что мы сможем подловить Бишопа на третьем допросе, – сказала Джейн Пакстон. – У нас есть чем его впечатлить.

Грейс кивнул, напряженно размышляя, отнюдь не убежденный, что его коллега права.

Следующий допрос начался чуть позже двух. Усаживаясь на довольно неустойчивый стул в комнате наблюдения, Рой Грейс прекрасно понимал, что у них осталось всего шесть часов, после чего им придется либо освободить Брайана Бишопа, либо предъявить ему обвинение. Можно, конечно, обратиться в суд с просьбой продлить срок содержания под стражей, но Грейсу не хотелось делать этого без крайней необходимости.

Элисон Воспер уже звонила ему, чтобы узнать, насколько они близки к тому, чтобы выдвинуть против Бишопа обвинение. Когда Рой вкратце обрисовал начальнице положение дел на сегодняшний день, она вроде бы осталась довольна. Номер 27 все еще пребывала в сладком режиме.

То обстоятельство, что подозреваемый был арестован почти сразу после убийства Кэти Бишоп, значительно укрепляло реноме полиции в глазах СМИ, да и население Брайтон-энд-Хова теперь может чувствовать себя в безопасности. Это, безусловно, пойдет на пользу карьере Грейса. Далее нужно предъявить Бишопу обвинение. Благодаря положительным результатам ДНК у них было достаточно доказательств, чтобы прокуратура санкционировала обвинение.

Казалось бы, все шло как по маслу, однако что-то смущало Грейса. И он никак не мог понять, что именно не давало ему покоя.

Внезапно громко и отчетливо зазвучал голос Гленна Брэнсона, и Рой вынырнул из своих мыслей. Затем на мониторе снова появилось изображение четырех мужчин в комнате для допросов. Брайан Бишоп потягивал воду из стакана, и по виду его было ясно, что он чувствует себя просто отвратительно.

– Вторник, восьмое августа, 14:03, – начал Брэнсон. – Проводится допрос номер «три», на котором присутствуют: мистер Брайан Бишоп, мистер Лейтон Ллойд, детектив-констебль Николл и я, детектив-сержант Брэнсон.

Он посмотрел на Брайана в упор.

– Мистер Бишоп, вы сказали нам, что были счастливы в браке. А вы знали, что у миссис Бишоп был роман на стороне? Сексуальные отношения с другим мужчиной?

Грейс внимательно следил за глазами Бишопа. Они метнулись влево. Судя по предыдущим наблюдениям, он собирался сказать правду.

Бишоп бросил взгляд на своего адвоката, словно бы размышляя, стоит ли ему что-нибудь говорить, а затем снова посмотрел на Брэнсона.

– Вы не обязаны отвечать, – подсказал клиенту Ллойд.

Брайан на какое-то время задумался. А затем заговорил; похоже, каждое слово давалось ему с трудом.

– Ну вообще-то, я подозревал, что Кэти мне изменяет. Это ведь тот художник из Льюиса, да?

Брэнсон сочувственно кивнул, понимая, насколько больно сейчас обманутому мужу.

Бишоп закрыл лицо руками и замолчал.

– Хотите сделать перерыв? – спросил его адвокат.

Бишоп покачал головой и опустил руки. Он плакал.

– Все нормально. Я в порядке. Можно продолжать. Господи! – Он пожал плечами, с несчастным видом уставившись на стол и вытирая слезы тыльной стороной кисти. – Кэти была замечательной, но внутри у нее, казалось, сидел какой-то демон, который заставлял ее вечно быть всем недовольной. Я думал, что смогу дать ей то, чего она хочет. – Бишоп снова заплакал.

– Полагаю, нам все-таки следует сделать перерыв, джентльмены, – сказал Лейтон Ллойд.

Все вышли, оставив Бишопа одного на десять минут, после чего допрос возобновился.

Слово взял Ник Николл, изображавший хорошего полицейского:

– Мистер Бишоп, что вы почувствовали, когда впервые заподозрили, что жена вам изменяет?

Сардонически усмехнувшись, Брайан посмотрел на констебля.

– Вы имеете в виду, не захотелось ли мне убить ее?

– Заметьте, сэр, это не мы, а вы сами такое сказали, – вставил Брэнсон.

Грейс с интересом наблюдал за сменой эмоций подозреваемого. Возможно, до этого Бишоп просто работал на публику, проливал, что называется, крокодиловы слезы?

– Я любил жену и уж совершенно точно не хотел ее убивать, – дрожащим голосом произнес Бишоп. – Адюльтер встречается сплошь и рядом, так устроен мир. Когда мы с Кэти еще только познакомились, то оба состояли в браке. У нас завязался роман. Думаю, в глубине души я всегда знал, что если мы поженимся, то она может наставить рога и мне тоже.

– И поэтому вы решили сами изменить ей? – спросил Николл.

Бишоп не торопился с ответом.

– Вы имеете в виду Софи Харрингтон? – уточнил он наконец.

– Да, именно.

Его взгляд сместился влево.

– У нас с ней был всего лишь флирт. Это льстило моему самолюбию, но не более того. Я никогда не спал с ней, хотя Софи, похоже, нравится… вернее, нравилось, – поправился он, – фантазировать, будто это и впрямь происходило.

– То есть вы никогда не занимались сексом с мисс Харрингтон? Ни разу?

Грейс внимательно следил за подозреваемым: глаза его снова сместились влево.

– Нет, вообще никогда. – Бишоп нервно улыбнулся. – Не то чтобы мне этого не хотелось. Просто у меня есть определенные моральные принципы. Наверное, я вел себя глупо, мне льстил интерес со стороны красивой молодой девушки, я наслаждался ее обществом – но поймите, я ведь уже однажды через все это прошел. Ты переспишь с кем-то, и, если повезет, это останется всего лишь мимолетным приключением. Но если тебе не повезет, влюбишься по-настоящему, и начнутся страдания. Возникнут большие проблемы, придется что-то решать и менять в жизни. Именно так случилось у нас с Кэти: это была не просто интрижка…

– Значит, вы вообще никогда не спали с мисс Харрингтон? – настаивал Гленн Брэнсон.

– Клянусь вам, ни разу. Я хотел попытаться сохранить свой брак.

– И выбрали для этого эксцентричный секс? – спросил Гленн.

– Не понял. Что вы имеете в виду?

Сержант заглянул в свои записи.

– Один из членов нашей следственной группы беседовал вчера с миссис Дайэн Рэнд. Из ее слов мы поняли, что она была лучшей подругой вашей жены. Это правда?

– О да, Кэти с Дайэн обычно созванивались раза четыре на дню, не меньше. Бог знает, о чем они только говорили!

– Думаю, много о чем, – серьезно ответил Брэнсон. – Миссис Рэнд заявила, что ваша супруга в последнее время выражала обеспокоенность по поводу того, что вы предъявляли к ней все более и более странные сексуальные требования. Не могли бы вы рассказать об этом подробнее?

Тут быстро и решительно вмешался Лейтон Ллойд:

– Ну уж нет, мой клиент не станет об этом рассказывать.

– Я все-таки хотел бы уточнить один существенный вопрос, если позволите, – сказал Брэнсон, обращаясь к адвокату. Ллойд жестом разрешил ему спросить.

– Мистер Бишоп, – осведомился Гленн, – у вас есть копия противогаза времен Второй мировой войны?

– Что за странный вопрос? – изумился Ллойд.

– Это чрезвычайно важно, сэр, – заверил его сержант.

Грейс внимательно следил за Бишопом: тот скосил глаза вправо. И ответил:

– Да, есть.

– Вы с миссис Бишоп использовали его, когда занимались сексом?

– Я не разрешаю своему клиенту отвечать.

Бишоп жестом успокоил адвоката.

– Ничего, все нормально. Да, я действительно приобрел противогаз с этой целью. – Он пожал плечами, покраснев. – Мы экспериментировали. Я… я читал книгу о том, как оживить свою интимную жизнь, понимаете? Через некоторое время страсть между партнерами как бы ослабевает и наступает охлаждение. Ну, вот я и решил попробовать нечто нестандартное. – Его лицо приобрело свекольный оттенок.

Брэнсон сменил тему, перейдя к обсуждению совместного ужина Бишопа с его финансовым консультантом Филом Тейлором.

– Мистер Бишоп, верно ли, что одна из ваших машин – «бентли-континенталь» темно-красного цвета?

– Да, винно-красного.

– Регистрационный номер «Лима Джульетта Ноль Четыре Ноябрь Виски Сьерра»?

Бишоп на мгновение задумался, поскольку не привык к фонетическому алфавиту. А затем кивнул.

– В прошлый четверг вечером, в 23:47, этот автомобиль был зафиксирован камерой автоматического распознавания номерных знаков на южной части автомагистрали М – двадцать три, недалеко от аэропорта Гэтвик. Можете ли вы объяснить, как ваша машина оказалась там и кто сидел за рулем?

Бишоп посмотрел на своего адвоката.

– У вас есть фотография? – спросил Лейтон Ллойд.

– Прямо здесь нет, но я могу сделать для вас копию, – сказал Брэнсон.

Ллойд сделал пометку в своей записной книжке.

– Это наверняка какая-то ошибка, – промолвил Брайан.

– Может быть, вы в тот вечер одалживали кому-то свою машину? – поинтересовался Брэнсон.

– Я вообще не имею такой привычки. А в тот вечер она была нужна мне в Лондоне, чтобы рано утром отправиться в гольф-клуб.

– Мог ли кто-нибудь взять автомобиль без вашего разрешения… или без вашего ведома?

– Нет. Ну, то есть в принципе это, конечно, не исключено. Но крайне маловероятно.

– У кого еще, кроме вас, сэр, есть ключи от «бентли»?

– Ни у кого. Кстати, в том доме, где находится моя лондонская квартира, были проблемы на подземной парковке. Некоторые машины взламывали.

– А не могли какие-нибудь любители покататься на время угнать автомобиль? – вмешался Лейтон Ллойд.

– Да, кстати, – кивнул Бишоп.

– Когда такие типы берут машину, они обычно не возвращают ее обратно, – пробормотал Грейс, глядя, как Ллойд делает пометки в блокноте. Да уж, адвокат наверняка постарается свалить все на случайных угонщиков.

Гленн Брэнсон между тем вновь сменил тему:

– Мистер Бишоп, мы уже упоминали о том, что во время обыска вашего дома на Дайк-роуд-авеню, девяносто семь, был обнаружен страховой полис, выданный компанией «Южная звезда». Жизнь вашей супруги Кэтрин Маргарет Бишоп была застрахована на три миллиона фунтов стерлингов. Единственным выгодоприобретателем значитесь вы.

Грейс перевел взгляд с Бишопа на адвоката. Выражение лица Ллойда почти не изменилось, только плечи немного ссутулились. Взгляд Бишопа метался из стороны в сторону, и самообладание, казалось, внезапно покинуло его.

– Послушайте, я же говорил… Я… я ведь уже говорил вам, что ничего об этом не знаю! Абсолютно ничего!

– То есть вы думаете, что жена оформила этот полис сама, тайком, чтобы сделать вам сюрприз? – настаивал Брэнсон.

Грейс улыбнулся, услышав эту реплику. Недаром последние несколько лет он старательно натаскивал Гленна, которого очень любил. Вот, пожалуйста, профессиональный рост налицо.

Бишоп всплеснул руками и бессильно уронил их на стол. Его глаза продолжали бегать по всей комнате.

– Пожалуйста, поверьте мне, я ничего об этом не знаю.

– Полагаю, три миллиона фунтов стерлингов – изрядный куш, – заметил Брэнсон. – Мы проверим банковские счета – ваш и миссис Бишоп, – чтобы установить, кто платил страховые взносы. Или, может быть, у вас есть тайный благодетель?

Лейтон Ллойд, сохраняя все тот же невозмутимый вид, быстро писал что-то в записной книжке. Он обернулся к Бишопу:

– Вы не обязаны отвечать, если не хотите.

– Клянусь, я ничего об этом не знаю! – Тон его стал жалобно-умоляющим.

– Что-то многовато у нас накопилось фактов, которые вам якобы неизвестны, мистер Бишоп, – гнул свое Гленн Брэнсон. – Вы понятия не имеете, каким образом незадолго до убийства вашей жены ваша машина оказалась на шоссе неподалеку от Брайтона. Вы ничего не знаете о том, что полгода назад жизнь вашей супруги была застрахована на три миллиона фунтов стерлингов. – Он сделал паузу, сверившись со своими записями, а затем выпил немного воды и продолжил: – На вчерашнем допросе вы заявили, что в последний раз вступали в половую связь со своей женой в воскресенье, тридцатого июля. Я правильно понял?

Бишоп кивнул, он выглядел немного смущенным.

– Тогда как вы можете объяснить присутствие определенного количества вашей спермы, обнаруженной во влагалище миссис Бишоп во время вскрытия утром в пятницу, четвертого августа?

– Быть такого не может! – воскликнул Бишоп. – Это решительно невозможно!

– Вы хотите сказать, сэр, что не занимались сексом с миссис Бишоп в ночь с третьего на четвертое августа?

Взгляд Бишопа решительно качнулся влево.

– Да, именно это я и хочу сказать. Да и как иначе, если я той ночью был в Лондоне! – Он повернулся и посмотрел на адвоката. – Это исключено! Это, черт возьми, в принципе невозможно!

За прошедшие годы Рой Грейс не раз видел, как реагировали адвокаты, когда слышали от своих клиентов заведомую ложь. Лицо Лейтона Ллойда оставалось абсолютно непроницаемым.

«А из этого человека получился бы хороший игрок в покер», – подумал суперинтендант.

В десять минут шестого, после того как Гленн Брэнсон вдоль и поперек прошерстил все показания Бишопа на двух предыдущих допросах, поставив под сомнение практически каждое его слово, он пришел к выводу, что выжал из подозреваемого все, что только было возможно на данном этапе.

Бишоп упорно не сдавался по трем ключевым пунктам: лондонскому алиби, полису страхования жизни и времени последнего полового акта с женой. Но Брэнсон все равно был очень доволен, хотя и порядком вымотался.

Когда Бишопа увели обратно в камеру, Ллойд многозначительно посмотрел на часы, а затем обратился к полицейским:

– Полагаю, вы знаете, что менее чем через три часа вам придется освободить моего клиента, если только вы не планируете предъявить ему обвинение.

– Где вас можно найти? – осведомился Брэнсон.

– Я буду у себя в офисе.

– Мы вам позвоним.

Затем детективы вернулись в Суссекс-хаус, в кабинет Роя Грейса, и заняли места за круглым столом.

– Молодец, Гленн, хорошо справился, – снова похвалил сержанта Грейс.

– Просто превосходно, – добавил Ник Николл.

Джейн Пакстон выглядела задумчивой. Она была не из тех, кто раздает похвалы направо и налево.

– Итак, – произнес суперинтендант, теперь нам нужно обдумать следующий шаг.

Тут дверь открылась, и вошла Эленор Ходжсон, держа в руках тонкую пачку скрепленных вместе бумаг.

– Извините, что прерываю вас, Рой, но думаю, вы захотите на это взглянуть – только что прислали из лаборатории в Хантингдоне.

Это были результаты двух анализов ДНК: спермы, обнаруженной во влагалище Софи Харрингтон, и крошечного кусочка предположительно человеческой кожи, извлеченного Надюшкой Де Санча из-под ногтя мертвой женщины.

Экспертиза установила стопроцентное совпадение с образцами ДНК Брайана Бишопа.