Полчаса спустя Грейс стоял в тесной раздевалке морга, завязывая ленты на зеленом халате и натягивая белые резиновые сапоги. Пока он это делал, Клио, облаченная в спецодежду, высунула из-за двери голову и посмотрела на него взглядом, который он не смог расшифровать. Попробуй разбери, когда она явно с похмелья.

– Извини за вчерашний вечер! – сказала она. – Представляю, что ты обо мне подумал!

Он улыбнулся в ответ:

– И часто вы с сестрой так напиваетесь?

– Ее только что бросил парень, тот еще придурок, поэтому Чарли захотела надраться. Я подумала, что будет невежливо ее не поддержать.

– Да, пожалуй. Как самочувствие?

– Ненамного лучше, чем у Софи Харрингтон. Ох, как же у меня с утра кружилась голова!

– В таких случаях всегда хорошо помогает кока-кола, – заметил Грейс. – Но не диетическая, а обычная, с сахаром и кофеином.

– Я уже выпила две банки. – Клио снова бросила на него какой-то непонятный взгляд. – Я, кажется, даже не спросила, как ты съездил в Германию. Нашел свою жену? Встреча была теплой?

– Вообще-то, ты меня вчера об этом уже спрашивала, причем раз пять, не меньше.

Она выглядела удивленной.

– И ты мне рассказал? Совершенно ничего не помню.

– Давай сегодня вечером вместе поужинаем и я предоставлю тебе полный отчет?

Клио снова пристально взглянула на него, и на какой-то момент Рой даже испугался, внезапно подумав, что она собирается послать его подальше. Однако затем она одарила его улыбкой, правда совсем скупо, без всякой теплоты.

– Ладно, приходи ко мне вечерком. Приготовлю что-нибудь простое, без алкоголя. Здоровую пищу. Я думаю, нам нужно поговорить.

– Приеду, как только смогу, сразу после вечернего совещания. – Грейс сделал шаг к ней и быстро чмокнул.

Сначала Клио резко отстранилась:

– Мне очень больно, Рой, и я жутко зла на тебя.

– Мне нравится, когда ты злишься, – парировал он.

Внезапно она немного оттаяла и ухмыльнулась:

– Вот же мерзавец. На все у тебя есть ответ.

Он еще раз поцеловал Клио, на этот раз поцелуй затянулся и получился более страстным. Их защитные костюмы зашуршали, когда они заключили друг друга в объятия. Грейс одним глазом следил за дверью на случай, если вдруг кто-нибудь войдет.

Затем Клио снова отстранилась и оглядела себя.

– Не стоит нам этого делать. Я все еще сержусь на тебя. Тебя спецодежда заводит, да?

– Ага, даже больше, чем черное шелковое белье!

– Вот что, суперинтендант. Пойдемте-ка лучше в прозекторскую и займемся работой. Скандальная статья в «Аргусе» – если они посвятят целый разворот репортажу о том, как вас поймали за сексом в раздевалке морга, – не пойдет на пользу вашей репутации.

Рой следовал за Клио по выложенному плиткой коридору, и в голове у него клубилось множество мыслей: о ней, о Сэнди и о работе. Сегодня утром журналисты задали им трепку, что, в общем-то, неудивительно. Одно убийство привлекательной молодой женщины можно считать единичным инцидентом, преступлением, совершенным по личным мотивам. А вот два одинаковых убийства подряд способны повергнуть в состояние паники город или даже целое графство. Если в прессу попадет информация о противогазе, это вызовет настоящий ажиотаж.

Кроме того, Грейс скрыл от репортеров, что Софи Харрингтон звонила Брайану Бишопу, главному подозреваемому в убийстве Кэти Бишоп. Мало того, этот Брайан Бишоп, успешный бизнесмен и филантроп, уважаемый гражданин Брайтон-энд-Хова и член оргкомитета элитного гольф-клуба, имел криминальное прошлое. Да и его внешне столь же респектабельная супруга крутила роман на стороне, наставляя муженьку рога.

Согласно информации, полученной из общенациональной компьютерной базы данных, Бишоп в возрасте пятнадцати лет был приговорен к двум годам лишения свободы в колонии для несовершеннолетних преступников за изнасилование четырнадцатилетней девочки, учившейся с ним в одной школе. А пять лет спустя получил два года условно за жестокое нападение на женщину с причинением ей тяжких телесных повреждений.

Казалось, чем глубже они копали, тем весомее делались улики против этого человека. Однако… «Чудеса в решете!» – заявила сегодня утром Элисон Воспер, услышав, что двое свидетелей, независимо друг от друга, подтвердили алиби Бишопа. И ведь это была не единственная неувязка. Бишоп упорно отрицает, что застраховал жизнь своей жены. И похоже, не врет. Это обстоятельство очень смущало и беспокоило Грейса.

С другой стороны, ясно же, что Брайан Бишоп необычайно хитер и ловок. Рой всегда считал, что вряд ли можно заработать огромные деньги, будучи славным парнем. И криминальное прошлое этого типа – лучшее тому доказательство. Так что насчет страхового полиса ему тоже особенно верить нельзя.

Да уж… Ну просто не расследование, а настоящая головоломка. Рою хотелось отыскать какой-нибудь тихий темный уголок и спокойно посидеть там, обдумывая все детали дел Кэти Бишоп и Софи Харрингтон. Эксперты-криминалисты пробудут в доме Бишопов еще несколько дней, и Грейсу это только на руку. Любой человек неизбежно испытывает дискомфорт, находясь за пределами естественной среды обитания. В гостиничном номере Бишоп станет чувствовать себя неуверенно, как зверь в клетке, и поэтому будет более податлив на допросах.

Несмотря на имеющиеся у них улики против Бишопа, арестовывать его пока еще слишком рано. Ведь без предъявления обвинений его можно продержать в камере предварительного заключения только сутки (с возможностью продления еще на двенадцать часов). Веских доказательств пока нет, и, хотя алиби выглядит довольно шатким, места для сомнений тем не менее достаточно. Два независимых свидетеля заявили, что Брайан Бишоп находился в Лондоне до и после момента убийства, а их показаниям можно противопоставить лишь записи видеокамеры системы АРНЗ. А ведь злоумышленники сплошь и рядом используют поддельные номерные знаки, особенно теперь, чтобы избежать штрафов за зафиксированное камерой превышение скорости, так что хороший адвокат без особого труда сумеет посеять сомнения на сей счет в умах присяжных.

А еще Грейса очень интересовал художник, с которым встречалась Кэти Бишоп. Вот вам и еще один потенциальный подозреваемый.

Глубоко задумавшись, он зашел в залитую ослепительно-ярким светом прозекторскую. Тело Софи Харрингтон было скрыто от его взгляда, окруженное фигурами в зеленых халатах, склонившимися над трупом и пристально его разглядывающими, в то время как патологоанатом Надюшка Де Санча что-то объясняла, словно учительница ученикам.

В помещении, кроме нее, Клио и Даррена, находились также старший детектив-инспектор Дуиган и представитель коронера Ронни Пирсон, худощавый мужчина лет пятидесяти, отставной полицейский.

Грейс подошел к патологоанатому, почувствовав то неприятное удивление, которое испытывал каждый раз при виде трупа здесь или где-либо в другом месте. Покойники почти всегда, за исключением обгоревших или сильно разложившихся тел, почему-то выглядят какими-то неземными, призрачными, кожа становится алебастрового цвета. Как будто смерть представляет их в черно-белых тонах, в то время как все вокруг остается цветным.

Софи Харрингтон перевернули на живот. Пальцем в латексной перчатке Надюшка указывала на десятки крошечных темно-малиновых дырок на спине погибшей женщины. Это напоминало какую-то причудливую татуировку.

– Можешь прочитать, что там написано? – спросила она у суперинтенданта.

Хорошенько присмотревшись, Грейс сначала увидел лишь какой-то неразборчивый рисунок.

– Судя по аккуратности и последовательности отверстий, я бы предположила, что они были проделаны чем-то вроде электродрели, – продолжила патологоанатом.

– Это сотворили, когда она еще была жива? – уточнил старший инспектор полиции Дуиган. – Или после ее смерти?

– Полагаю, уже после смерти, – ответила Надюшка, наклонившись и внимательно вглядываясь. – Отверстия глубокие, а крови вытекло очень мало. Стало быть, ее сердце уже не билось, когда они были проделаны.

«Хоть в этом бедной женщине повезло», – подумал Грейс.

А затем ему словно бы внезапно открылся скрытый смысл визуальной головоломки. Рой ясно увидел надпись: «Потому что ты ее любишь».