Жизнь и смерть

Что чувствуешь, когда дорогой и близкий тебе человек переходит черту бытия? Осознание того, что этот яркий лучик померк, открывает путь к абсолютному отчаянию. Найти в себе силы, чтобы окончательно не пасть духом, почти невозможно.

Ощутив под ногами твердую поверхность, Дора упала на колени, рыдая и содрогаясь всем телом в попытке выплеснуть внутреннюю горечь. Она не замечала ничего вокруг себя. Так и не отпуская друг друга, Рэн и Ада стояли как вкопанные, широко раскрытыми глазами смотря на то, что осталось от их дома. Когда-то красивый и богато выглядящий особняк превратился в обгоревшие раздробленные разломы. Фундамент полностью ушел под размытую почву, чуть накренив стены бывшего дома. Земля шла трещинами, в которых булькала кровь жертв Апокалипсиса, сошедшая с разверзнутых небес. Дождь уже закончился, луна приобрела родной серебристый цвет, небо потемнело в ночи, а жара сменилась привычным декабрьским холодом, заставляющим ежиться, потирая замерзшие руки.

– Все уничтожено, – заворожено глядя на обрушенную виллу, произнесла Ада, наконец, отпустив Рэна. Она усадила Алису на землю, прислонив ее спиной к частично уцелевшему ограждению.

– Эйджи! – вдруг спохватился парень и рванул к обломкам, разгребая их. Раскидав камни, он бережно поднял на руки бездыханное тело напарницы, покрытое ссадинами и порезами. – Ада, – не оборачиваясь, обратился он к подруге, – верни ее к жизни.

– Не могу…

– Можешь!

– Ты думаешь, Лу так просто отдаст ее душу?

– Тогда придется уговорить Дьявола, и плевать какими способами, – он уложил тело Эйджи на каменную плиту, исчезнув из поля зрения.

◦◦◦

– Люцифер! – грозно разнес свой возглас по Аду Рэн, стремительно шагая к высокому замку Сатаны.

Его Дьявольское Величество высунуло свой нос из окна и тут же сбежало к выходу, радостно растягиваясь в улыбке.

– Рэн! – восклицал властитель, аж подпрыгивая. – Сколько лет, сколько зим! Как жизнь, дорогой? – поинтересовался он с нарочитым южным акцентом.

– У тебя хорошее настроение? – искренне удивился Рэн, когда они сократили дистанцию.

– Ага! Теперь у меня кроме Ада есть еще Хельхейм и Муспельхейм, – пребывая в экстазе, напевал Люцифер, фанатично сверкая алыми глазками. – А последний благодаря тебе! – он кинулся на Рэна, сжимая его в объятиях.

– Стоп-стоп-стоп! Давай без этого. Я рад, что ты рад новым двум царствам, но я к тебе по делу.

– Чаю хочешь? – на радостях решил проявить гостеприимство Дьявол.

– Верни мне душу одного человека.

– Задушу, хочешь? – резко посерьезнел он, не оставив и следа улыбки. Яркие глаза немного потускнели, принимая более темный цвет.

– Благодаря тому, что я убил Сурта, ты получил Муспельхейм. Взамен я хочу вернуть душу.

– Ничем не могу помочь, – холодно ответил Лукавый и направился обратно во дворец, взметнув от резкого поворота полы плаща.

Сдержанно вздохнув, Рэн схватил собеседника за ворот и сильным рывком вернул обратно. Он приподнял его за грудки, смотря в побагровевшие глаза Люцифера. Дьявола это, несомненно, ужасно злило, но на его лице не могла не заиграть повседневная ухмылка.

– Страшно смотреть в эти красивые глаза, лишенные всяких чувств. В кого же ты превратился, Голод? Идеальный киллер – бездушная машина? Не смеши меня, не надо становиться моим подобием. Или скажешь, что это жизнь тебя покалечила? Лишился всего, что тебе дорого, продал себя как проститутка за ничтожный клочок власти…

– Заткнись! К чертовой матери твою философию. Верни мне ее! – выкрикнул он Дьяволу прямо в лицо, сильнее сжимая его плащ.

Люцифер ненадолго прикрыл глаза, обдумывая ситуацию. Он тяжело вздохнул и вынес свой вердикт:

– Скажи ее имя, – потребовал он в приказном тоне.

– Эйджино Иви.

– Возвращайся и жди, когда она очнется.

Рэн отпустил его, неохотно веря ему на слово, и исчез, чуть слышно сказав: «спасибо».

◦◦◦

Превозмогая усталость, холод и голод, Ада маячила туда-сюда, нервно покусывая замерзшие пальцы.

Рэна не было уже больше получаса, Эйджи так и продолжала «спать». Алиса немного отошла и уже покрасневшими глазами наблюдала за Адой, сидя рядом с Дорой, которая сейчас больше походила на неодушевленную статую. Время на Земле идет быстрее, нежели в Аду, так что волноваться не о чем – Рэн пробыл там недолго.

«О-у, ты так беспокоишься за этого красавчика, – нагло с усмешкой прозвучал в голове Ады голос. – Позволь узнать, кто он тебе?»

– Лу?! – воскликнула она вслух, поймав на себе удивленный взгляд Алисы. – «Ты что, теперь будешь лезть в мою голову при каждом удобном и неудобном случае?» – продолжила она мысленно.

«Конечно, дорогая, мы же связаны отныне и навеки. Аминь, чтоб его» – хохотнул он.

«Прощай, спокойная жизнь…»

«Напомню тебе одну очень ва-а-ажную вещь, от которой зависит, буду я глумиться над тобой или нет, – даже не видя Люцифера можно было понять: его лицо не покидает играющая ухмылка. – Ты не ответила на мой вопрос про ирландского прынца».

«Хорош чушь пороть. Рэн мне как старший брат».

«Вот взяла и все обломала!» – горячо вспыхнул Лу, от чего Ада невольно вздрогнула.–

Так вот! – наигранно радостным голосом не дал себя послать Дьявол. – В твоей голове крутятся тревожные мысли не только о Рэне, верно? Война и Мор до сих пор не вернулись».

«Ты что, хочешь меня сломить внутренне?»

«У меня это вряд ли получится. Ты, чертовка, сильна духом и переживешь даже самую сильную потерю».

«Подливаешь масла в огонь?! Нам и так всем тяжело после смерти Эла!»

«А я не о нем» – певуче откликнулся Сатана странно отдаляющимся голосом.

«О чем ты?» – ответа не последовало. – «Лу!»

Неопределенные слова Люцифера только усилили беспокойство Ады. К счастью, перед ней возник Рэн, опустившийся на плиту рядом с Эйджи. Прошло не более минуты, как девушка прерывисто вздохнула, широко распахнув глаза. Она закашлялась, ненасытно глотая недостающий воздух.

– Рэн, – она трясущимися пальцами потянулась к нему. В ее глазах легко читался страх и ужас. – Я… я видела его…

– Успокойся, – он обнял ее, поглаживая по голове. Ада и Алиса сочувственно смотрели на нее, временами обмениваясь взглядами. – Кого ты видела?

– Дьявола, – выдохнула она, и ее еще больше пробрала дрожь. – Он чудовище! Монстр!

– Все позади, – успокаивал ее Рэн. – Я больше не дам тебя в обиду, – он прижал ее сильнее и, запустив руку в ее густые спутанные волосы, жадно впился поцелуем в ее губы.

За спиной Ада услышала грохот обвалившейся изгороди и резко обернулась, впоследствии сияя от радости. Помятая, еле стоящая на ногах, но живая и улыбающаяся, на своих друзей смотрела Тори счастливыми, но в то же время грустными глазами.

– Тори! – воскликнула Ада и подбежала, обнимая подругу.

– Вот я и вернулась, – прошептала она, уловив улыбки остальных, кроме Доры, которая так и не могла прийти в себя. Ада отпустила ее и глянула куда-то за спину Тори, недоумевающе моргая. Рыжая обернулась и застыла на месте.

Перед девушками возвышалась худощавая фигура змееподобного человека с выделяющимися в темноте светящимися глазами. Он едва держался на ногах, тяжело раненный, но все же живой, изо всех сил стараясь не поддаться слабости. Ёрмунганд, неотрывно смотрящий на Тори, держал на руках крошечного волчонка, тихо посапывающего и дрыгающего лапкой во сне. Малыш заурчал и свернулся калачиком, уткнувшись носом в грудь змея Мидгарда.

– Фенрир? – не поверила своим глазам Тори, приблизившись к змею.

– Это его реинкарнация, – пояснил змей, поглаживая темную шерстку волчонка. – Позаботься о нем, – сказал он, нехотя отдавая маленького Фенрира Тори.

Девушка с умилением смотрела на это мирно спящее беззащитное чудо, принимая его на руки. Волчик был теплым и мягким, немного тяжеленьким. Он поворочался и уткнулся влажным носиком в руку Тори, подернув ушком.

– Спасибо, Ёр, – подняла на него глаза Виктория. – И прости меня, если сможешь.

– Я ведь остался жив, так что не бери в голову. Можно я буду изредка навещать его?

– Конечно, он ведь твой брат.

– Благодарю. На этом разрешите откланяться, – парень окинул всех взглядом, последний раз провел рукой по голове зверька и рассыпался каплями моря, обдав девушек прохладными брызгами. Тихо буркнув, Фенрир открыл сонные янтарные глазки, смотря на Тори. Он широко зевнул, демонстрируя маленькие, но острые клыки.

– Прелесть моя, – улыбнулась рыжая, крепче обняв волчонка.

Ада еще немного полюбовалась на малыша и продолжила мерить шагами небольшой участок земли. Пошел крупный снег, покрывая головы белыми «шапками» и лелея раны земли мягкими прикосновениями снежинок. Осталось дождаться Мэтта…

Неожиданно Ада громко вскрикнула, схватившись за голову, и упала на колени в накопившийся слой снега. Ее руки дрожали, закрывая лицо, по которому в три ручья бежали горячие слезы. Она почувствовала то, о чем не так давно говорил Лу.

– Ада, что с тобой? – встревожено спросил Рэн, опустившись рядом с ней на колени.

– Мэтт, – дрожащим голосом отозвалась она.

– О, нет! – воскликнула Тори, непонимающе мотая головой. – Рэн, ты чувствуешь?!

Парень коротко кивнул, не в силах подобрать слов. Они все ощущали бесконечную пустоту внутри себя, словно уничтожили какую-то их часть. Но почему это случилось? Никто не мог ответить на этот вопрос, и никто не мог смириться с тем, что Мэтта больше нет.

– Нет, ты не мог умереть! – вскинув голову, прокричала молчаливым небесам Ада, всхлипывая от слез. – Вернись! – умоляла она. – Вернись…

Он стал дорог тебе с самой первой встречи, проникся в твою душу тем ярким светом, которым искрились его живые глаза, а теперь ты плачешь около разрушенного здания, что когда-то было твоим домом, и кажется, что мир рухнул. Чувствуешь себя одиноко, даже когда рядом есть те, кто всегда поддержат и утешат. Он каждую минуту был с тобой, находясь даже на расстоянии, но он ушел навсегда. И что же ты теперь будешь делать, Ада?