Все происходит словно в тумане, в замедленной съемке. Противник тут же бросается сверху на Руслана, пытаясь добить и нанося серию ударов. Мое сердце разрывается на части, когда я вижу это. Принимаю его боль, как свою собственную, слезы застилают глаза, хочется кричать, но я не могу даже сдвинуться с места, а голос застревает где-то в груди. Не представляю, каких нечеловеческих усилий это стоит Руслану, но он быстро приходит в себя, перехватывает руку Марата и одним рывком скидывает его с себя. Только тогда я выдыхаю и рукавом свитера смахиваю навязчивые слезинки.

Они оба поднимаются на ноги. Мне больно смотреть, как Руслан сплевывает кровь. Удар Марата был сильный, возможно, у него сломана челюсть. Из-за меня. Из-за того, что я решила, что должна непременно приехать сюда и увидеть все собственными глазами. Как будто после этого мне станет легче. Горечь разливается по венам ядом. В тысячный раз жалею, что нахожусь здесь.

Глаза Руслана горят таким бешенством, какого я никогда прежде не видела. Игры с соперником закончились. Он атакует – резко, стремительно, словно выпущенная стрела из лука. Два сокрушительных удара следуют один за другим – в корпус и затем в голову. Марат шатается, его глаза закатываются, и он падает на маты, уже не пытаясь подняться.

Толпа взрывается овациями. Ведущий бросается к поверженному бойцу, а затем поднимает руку Руслана в знак победы. Зал ревет так громко, что у меня уши закладывает. Но Руслан не выглядит радостным. Его глаза, темные и опасные, снова находят меня. От этого взгляда по моему телу пробегает неприятная дрожь. Я ощущаю в нем обещание разговора, который мне совсем не хочется вести.

Мужчина в блестящем костюме начинает что-то говорить в микрофон, но Руслан резко вырывает свою руку и направляется к выходу из октагона, игнорируя процедуру награждения. Толпа гудит в недоумении, но ему, кажется, абсолютно наплевать.

В этот момент я четко осознаю, что он идет за мной. И тогда мне становится по-настоящему страшно. Не потому, что я боюсь, что он причинит мне физическую боль – нет, мой Руслан никогда этого не сделает. Но тот монстр, которого я видела в клетке. Я не уверена, что вообще знаю его.

Сердце колотится где-то в горле, кажется, что я вот-вот потеряю сознание, когда слышу за дверью его голос.

– Открывай! – рычит он охраннику. – Сейчас же!

Я делаю инстинктивный шаг назад и натыкаюсь на чей-то бокал с алкоголем. Жидкость выплескивается на мою руку, но я едва замечаю это. Дверь распахивается с такой силой, что ударяется о стену.

Руслан появляется в дверном проеме – полуобнаженный, покрытый потом, с опухающей челюстью и диким взглядом. VIP-гости замолкают, наблюдая за разворачивающейся драмой. Один из мужчин, седой и в дорогом костюме, делает шаг вперед.

– Отличный бой, парень! Поздравляю с победой, ты молодец…

Но Руслан проходит мимо него, словно тот часть декораций. Его взгляд сфокусирован только на мне. В два широких шага он оказывается рядом, и его пальцы смыкаются вокруг моего запястья – не больно, но достаточно крепко, чтобы я поняла: вырваться не получится.

– Идем, – единственное слово, которое он произносит, и в его голосе столько власти, что я подчиняюсь, даже не пытаясь сопротивляться.

Он выводит меня из ложи, и мы идем по узкому коридору.

– Руслан, послушай, я просто хотела увидеть все своими глазами… – я пытаюсь заговорить с ним.

Но он не отвечает и лишь сильнее сжимает мое запястье, словно давая понять, чтобы я замолчала. Мы спускаемся по какой-то лестнице, проходим еще один коридор и оказываемся у двери с распечатанным листом бумаги, на котором написано его имя.

Руслан открывает ее и практически затаскивает меня внутрь. Это небольшая комната – раздевалка. Здесь стоит маленький диван, шкафчик, умывальник и зеркало.

– Сиди здесь, – произносит он сухо, наконец отпуская мою руку. – Никуда не выходи. Поняла?

– Руслан, пожалуйста, я…

Но он уже уходит, хлопая дверью так, что я вздрагиваю.

Оставшись одна, я опускаюсь на диван и пытаюсь собраться с мыслями. Адреналин зашкаливает, сердце бешено колотится. Происходящее кажется каким-то сюрреалистичным сном. Еще вчера я была обычной школьницей, у которой в голове лишь экзамены и поступление в вуз, а сегодня сижу в раздевалке бойца подпольных боев без правил. Как я вообще до этого докатилась?

Проходит, наверное, минуты три, прежде чем дверь снова открывается. Руслан входит. Кажется, он уже немного успокоился, но опухшая челюсть выглядит еще хуже. Мне хочется прикоснуться к нему, проверить, все ли в порядке, но я остаюсь неподвижно сидеть на диване.

– Руслан, я… – начинаю я, но меня перебивает его крик.

– Какого черта ты здесь делаешь, Аня?! – взрывается он. – Ты хоть понимаешь, насколько это опасно? Как ты, черт возьми, вообще сюда попала? Еще и в VIP-ложу?!

Я вжимаюсь в диван от силы его голоса, но пытаюсь защититься.

– Да потому что ты пропал, не отвечал на мои звонки. Может, для тебя нормально так пропадать, но для меня нет. А все почему? Потому что я беспокоюсь о тебе!

– И ты решила найти меня здесь, – он нервно проводит рукой по непослушным волосам. – Браво, Аня, это гениальное решение. Я же просил тебя не лезть в это! Ты понимаешь своей очаровательной головкой, что здесь за публика? Что с тобой могло случиться?! И я, мать твою, даже не узнал бы об этом!

– О да, теперь я прекрасно понимаю, почему я не должна лезть в это! – отвечаю я, сама удивляясь своей дерзости. – Сегодня я достаточно увидела. Это было… отвратительно!

Руслан останавливается посреди комнаты, смотрит на меня с недоверием.

– Так какого хрена ты тогда приехала? Что ты ожидала увидеть на боях без правил?

– Уж точно не то, как тебя целует какая-то девица! Как твоя группа поддержки показывает тебе голую грудь! – голос срывается, и я чувствую, как слезы предательски подступают к глазам. Кажется, наш разговор свернул не туда, но я уже не могу остановиться.

– Черт, Аня! – снова взрывается он. – При чем здесь это?!

– Ты говорил, что здесь не все так ужасно, но это неправда! – обрываю его я. – Чем заканчиваются такие вечера? Оргиями?!

Руслан выглядит так, словно я его ударила. Он тяжело опускается на диван рядом со мной и обхватывает голову руками.

– Какими оргиями, Ань? – его голос звучит устало. – Эти девушки… это просто часть шоу. Они всегда здесь, на каждом бое. Это ничего не значит.

– Ага, поэтому ты так взбесился, когда увидел меня, – не могу удержаться от язвительности. – Конечно, я же помешала такому чудесному вечеру!

Руслан поднимает на меня глаза, и впервые за вечер в них появляется что-то от моего Руслана – теплота. Я вижу, что он успокаивается, и сама ощущаю, как с меня сходит напряжение.

– Глупышка ты, Аня, – усмехается он. – Мне плевать на этих девушек. Я взорвался, потому что ты могла пострадать. Ты маленькая красивая девочка в логове волков, понимаешь? С тобой могло случиться что угодно, а я даже не знал, что ты здесь.

Я смотрю на него и понимаю, что он прав. Его глаза – те самые, родные – смотрят на меня с беспокойством и нежностью.

– Я обязан защищать тебя от всего плохого, в том числе и от этой грязи, но ты, черт возьми, сама лезешь в эпицентр.

– Прости… – шепчу я наконец. – Я не должна была приезжать… просто… я так волновалась за тебя…

Руслан придвигается ближе и обнимает меня, осторожно прижимая к своей груди. Я чувствую запах его пота, смешанный с чем-то терпким – запахом того Руслана, которого я сегодня увидела впервые.

– Как ты вообще сюда попала? Это же закрытые бои, – спрашивает он, поглаживая меня по спине. – И как оказалась в VIP-ложе?

– Билет достала через знакомых, – признаюсь я. – А на ложу меня провел какой-то парень… Сказал, что внизу я все равно ничего не увижу.

Руслан качает головой.

– Ну вот, теперь ты все увидела, даже с лучшего места. Скажи, разве оно того стоило? Всех этих рисков?

Я задумываюсь на мгновение.

– Ну, по крайней мере, я своими глазами увидела, чем ты занимаешься… – тихо произношу я.

– Ну и как, полегчало? – в его голосе слышится грустная ирония.

Я отрицательно качаю головой, и он снова обнимает меня, на этот раз крепче.

– Ладно, малышка, поедем отсюда, – говорит он уже намного мягче.

– А что с твоей челюстью? – грустно спрашиваю я. – Это все из-за меня, прости.

– Все нормально, вывих. Вставили обратно. Перестань себя винить во всем.

Руслан встает, накидывает на свое все еще полуобнаженное тело кожаную куртку, быстро переобувается, берет спортивную сумку, и мы выходим из раздевалки. Он ведет меня какими-то запутанными коридорами, явно избегая мест, где могут быть люди. Наконец через запасной выход мы попадаем на улицу, вдыхая прохладный ночной воздух.

Руслан достает из кармана шорт ключи и нажимает на кнопку. В темноте мигают фары большого черного внедорожника, стоящего неподалеку. Мы подходим ближе, и меня пробирает холодок. Эта машина… она очень похожа на ту, что преследовала меня по дороге сюда. Сразу перед глазами встает тот мерзкий тип, что настойчиво предлагал подвезти. Конечно, в сумерках и в состоянии шока я не запомнила номера, но силуэт внедорожника кажется до боли знакомым.

Руслан открывает мне дверь, и я механически сажусь на переднее сиденье, крепче сжимая свой рюкзак.

– Чья это машина? – интересуюсь я, стараясь, чтобы голос звучал обыденно.

– Вадика, моего друга, – отвечает Руслан, бросая сумку на заднее сиденье и садясь за руль. – А что?

– Ничего, просто спросила… Не знала, что ты водишь машину.

Я стараюсь успокоиться. Наверняка это совпадение. Мало ли в городе черных внедорожников? Каждая третья такая проезжала сегодня мимо меня.

– У меня есть права категории «В». Где ты остановилась? – спрашивает Руслан, выруливая на дорогу. – У тебя там вещи остались?

– В хостеле, – отвечаю я. – Но там такая дыра, что я не рискнула там ничего оставлять. Все со мной, – показываю ему на рюкзак.

Руслан качает головой.

– Отчаянная ты, Аня…

Я слабо улыбаюсь:

– Все из-за тебя…

Он усмехается, но взгляд остается серьезным.

– Как ты добралась в Новосибирск? Есть обратный билет?

– На самолете, – говорю я. – Обратный еще не брала… не знала, чем все закончится.

– Ну конечно, – произносит он с горькой иронией. – Если бы тебя украли по дороге, обратный билет бы не понадобился.

Он не смеется, и от его слов мне становится не по себе. Я понимаю, что он прав. Неизвестно, что было бы после боя, если бы Руслан не увидел меня на балконе. Даже думать об этом не хочу. Только сейчас, будучи рядом с ним, в безопасности, я понимаю всю безрассудность моего поступка.

– А матери что сказала? – продолжает он допрос. – Вряд ли правду.

– Я сейчас вообще-то с классом на экскурсии в Новосибирске, – признаюсь я.

– Ну и как достопримечательности? – Руслан качает головой и глубоко вздыхает. – Если честно, мне жалко твою маму. Ань, пожалуйста, ты можешь хотя бы мне всегда говорить правду?

– Я написала тебе сообщение, что нахожусь здесь…

Руслан достает из куртки мобильный и проверяет его.

– За полчаса до боя, Ань…

Вскоре мы подъезжаем к гостинице – дорогой на вид, совсем не такой, как мой хостел. Руслан берет меня за руку, и мы проходим внутрь. На ресепшене он быстро оформляет меня вторым гостем в своем номере, доплачивает, и мы поднимаемся на лифте на четвертый этаж.

Номер оказывается просторным и уютным – с большой кроватью, телевизором на стене и панорамным окном, из которого видны огни ночного города. Благородный и ненавязчивый аромат диффузора создает особую атмосферу уюта и неброской роскоши. Мне уже здесь нравится, хотя после того дешевого хостела, где я планировала провести сегодняшнюю ночь, меня несложно удивить.

– Мне нужно принять душ и переодеться, – говорит Руслан, небрежно бросая спортивную сумку на пол.

– Можно, я первая? – робко спрашиваю я, и он кивает.

Я беру из своего рюкзака чистое белье, Руслан достает из шкафа сложенный белый махровый халат и полотенце и протягивает их мне. Захожу в ванную комнату и, закрыв дверь, прислоняюсь к ней спиной и глубоко вздыхаю. Меня всю трясет – то ли от адреналина, что я здесь с Русланом, то ли от осознания того, что я пережила сегодня. Этот вечер мог закончиться совсем не так радужно, а все из-за моей самодеятельности. Но сейчас все хорошо, я в безопасности, я с ним.

Раздеваюсь догола, бросая вещи на пол, настраиваю комфортную температуру воды и встаю под душ, позволяя теплому потоку смыть с себя напряжение этого безумного дня. Нахожу на полке маленькие бутылочки шампуня, кондиционера для волос и геля для душа. Я тщательно мою голову, стараясь не думать ни о чем, а сама испытываю странное возбуждение от всего происходящего. Дорожки воды приятно стекают по моему телу, будоража нервные окончания. Нас с Русланом разделяет всего одна дверь, которую я, кажется, даже не закрыла на внутренний замок. В любой момент он может зайти и увидеть меня полностью обнаженной. Хочу ли я этого? Не знаю… Но от одной мысли низ живота стягивает в тугой узел в приятном, манящем томлении. Это совсем на меня не похоже, но сейчас я так далеко от дома, от своей привычной жизни, а еще несколько часов назад я безрассудно рисковала собой, чтобы приехать на бой и увидеть Руслана в его стихии. Так что я уже не уверена, какая я на самом деле.

Смываю остатки приятно пахнущего кондиционера с волос и даже не подозреваю, что в ванной я больше не одна. Внезапно дверь душевой распахивается, и я вздрагиваю от неожиданности. Тут же разворачиваюсь всем телом и вижу Руслана в одних черных боксерах. Он не отрывает от меня взгляда, и в его глазах я вижу смесь желания и вопроса. Он будто ждет, прогоню я его или нет.

Но я молчу, не разрывая с ним зрительного контакта. Даже не пытаюсь прикрыться руками, лишь тяжело дышу, отчего моя обнаженная грудь нервно вздымается. Странно, но в этот момент я совсем не испытываю стеснения. Сердце колотится уже где-то в горле, а внизу живота разливается жар, совсем не связанный с температурой воды. Удивительный, ни на что не похожий день предполагает особенную ночь. Кажется, что в этот момент все границы стерты. Сегодня можно все.

Руслан считывает мои молчаливые сигналы и уверенно шагает ко мне, так что теперь струи воды падают на нас обоих. Я стою и как завороженная любуюсь крупными каплями, что стекают по его крепкой мускулистой груди. Некоторые из них своим маршрутом повторяют витиеватые татуировки на загорелой коже, и я не могу сдержаться и провожу пальчиком по одной из них. Чувствую, как Руслан напрягается под моими прикосновениями, а его руки опускаются на мою талию и скользят выше, к грудям. Шершавые ладони нежно обхватывают их, и я ахаю, когда большие пальцы проходятся по моим соскам, которые мгновенно твердеют под его лаской и напором.

– Аня… – хрипло произносит он, и в этот момент я вижу перед собой снова моего Руслана, но с какой-то новой, еще не знакомой мне властностью и решительностью. – Ты же понимаешь, что я не уйду…

Я продолжаю обводить пальцами рисунки на его коже, пока он ласкает мою грудь, особое внимание уделяя чувствительным горошинам сосков.

– А я не хочу, чтобы ты уходил… – шепчу я, глядя ему прямиком в душу затуманенными глазами. Я хочу понять его лучше, узнать все его самые темные тайны, хочу чувствовать его каждым миллиметром своего тела.

Руслан опускается ниже, и его губы находят мои. Он целует меня – настойчиво, глубоко, нагло, совсем не так бережно, как раньше. Его влажный горячий язык уверенно проникает в мой рот, сливаясь с моим в едином танце. От его напора захватывает дыхание, лишая легкие кислорода, кружится голова, но я не хочу, чтобы эта сладостная пытка прекращалась. Его большие сильные ладони продолжают терзать мою грудь, а я инстинктивно сильнее прижимаюсь к нему, чтобы усилить давление и площадь соприкосновения наших разгоряченных мокрых тел, словно мне всего мало, мало Руслана. Капли воды продолжают стекать по горячей коже, даря дополнительные чувственные ощущения.

Руслан отрывается от моих губ, отчего мне тут же кажется, что я задыхаюсь. Я нуждаюсь в нем так сильно, что если он сейчас исчезнет, то моя жизнь закончится в ту же секунду. Но он не оставляет меня, целует мои глаза, скулы, подбородок, влажными дорожками уходя к шее и скользя языком по яремной впадине. Его горячие ладони начинают водить по спине, плавно опускаясь к ягодицам и лаская их, в то время как язык зализывает легкие, едва уловимые укусы на груди. В этот момент я понимаю, что меня будто больше не существует, что вся я растворилась в ярких, восхитительных ощущениях, а мое тело лишь негласно молит о большем.

Вдруг Руслан снова встает во весь рост и одним уверенным, властным движением разворачивает меня к себе спиной, заставляя опереться руками на стену, чтобы не потерять равновесие. Сам он прижимается ко мне всем телом, и я явно ощущаю на уровне поясницы его сильное возбуждение. И без того горячий воздух в душевой накаляется до предела, а полупрозрачные стекла запотевают до состояния полной непроницаемости.

Руслан жадно целует мою шею, посасывая и прикусывая ее так, что наверняка останутся следы. Но мне в этот момент абсолютно все равно, потому что каждая отметина будет напоминать о том, как мне было безумно хорошо с ним. Одна ладонь снова накрывает мою грудь, то сжимая ее, то нежно лаская, а другая скользит вниз, нежно перебирая пальцами по животу, посылая дополнительные сигналы моему и без того возбужденному телу. Его рука быстро оказывается между моих ног, и я невольно раздвигаю их шире, давая ему доступ.

– Ты невероятная… – шепчет он мне в ухо, прикусывая мочку, и его слова распаляют меня сильнее.

Пальцы Руслана мягко касаются чувствительного клитора, и я вскрикиваю от внезапной волны удовольствия, жадно глотая воздух. Это еще не оргазм, но такое желанное прикосновение после долгого томительного ожидания посылает импульсы по всему телу. Большим пальцем он продолжает вырисовывать круги по самому чувственному месту, а остальные опускаются еще ниже, размазывая по половым губам скопившуюся вязкую влагу, смешанную с водой.

– Я хочу тебя, Ань, – произносит он в мою шею, руками наращивая темп. – Прямо сейчас…

– Да… – выдыхаю я, не в силах сформулировать ничего более связного.

Его ладонь продолжает свою сладкую пытку, я не могу сдержать стоны и чувствую, как колени слабеют и подгибаются. Руслан подхватывает меня, разворачивает к себе и поднимает. Я обвиваю его талию ногами.

Одной рукой он держит меня за ягодицы, словно я ничего не вешу, а второй быстро избавляется от трусов. Чувствую, как его твердый член прижимается к моему пульсирующему лону, а затем он входит в меня – одним плавным, но таким уверенным движением. Я вскрикиваю, вцепляясь ногтями в его плечи, так же оставляя отметины, словно ставя подпись в конце важного документа, устанавливающего мои права на этого мужчину. Его член такой большой, что заполняет меня полностью, и эта полнота граничит с легкой, но такой чертовски приятной болью.

Руслан начинает двигаться во мне, и каждый его толчок посылает электрические разряды по всему моему телу. Его губы снова находят мои, он целует меня жадно, почти грубо, и я отвечаю ему с той же страстью.

Вода продолжает литься на нас, делая наши тела скользкими. Руслан держит меня крепче, его движения становятся быстрее, интенсивнее. Я чувствую, как нарастает напряжение внутри, будто невидимая пружина сжимается все туже. На этот раз между нами нет никакой нежности, только страсть и похоть, многократно усиленные под действием адреналина. И я знаю, что сегодня Руслан не остановится, даже если я его об этом попрошу. Но я сама ни за что не стану этого делать.

– Руслан… – выдыхаю я, не в силах больше сдерживаться.

– Давай, малышка, – хрипло шепчет он в мои губы. – Кончи для меня…

И словно по команде, меня накрывает волна такого острого удовольствия, что я кричу, запрокидывая голову. Все мое тело содрогается, пальцы на ногах поджимаются, а перед глазами вспыхивают тысячи звезд, даря невероятные ощущения.

Руслан продолжает двигаться, продлевая мой оргазм, а затем его движения становятся рваными, неритмичными. Он резко выходит из меня, зарывается лицом в мою шею, глухо стонет и замирает, крепко прижимая меня к себе.

Стоим так некоторое время, обнявшись, словно мы единое целое, и тяжело дышим под потоком воды, который смывает следы безумной страсти с наших тел. Наконец, он осторожно ставит меня на ноги, но не отпускает, словно боится, что я упаду.

Руслан смотрит мне в глаза, и сейчас в его взгляде я вижу особую нежность. Ту, которая принадлежит только мне…

– Ты такая отчаянная, Ань… – произносит он с улыбкой, заправляя мокрую прядь волос мне за ухо. – Прилететь сюда одной…

Я улыбаюсь в ответ, ощущая невероятную легкость во всем теле.

– Но я рад, что ты здесь, – добавляет он тише, и я знаю, что он говорит правду. – Ты меня извини, я не смог сдержаться…

Мы заканчиваем мыться, помогая друг другу и обмениваясь нежными поцелуями и прикосновениями. Я понимаю, что мой Руслан никуда не делся – он просто показал мне сегодня в душе другую грань себя, более властную, более страстную. Но, на удивление, мне это даже понравилось.

Когда мы выходим из душа, завернувшись в пушистые гостиничные халаты, я чувствую себя по-настоящему счастливой. Да, сегодня я увидела мир, о существовании которого раньше только слышала на словах. Мир, полный опасностей и жестокости. Но также я узнала, что любовь может существовать и там, принимая непривычные формы, но оставаясь настоящей… Мне так хорошо с ним, и я понимаю, что готова принимать его любым, потому что где бы он ни был, он всегда будет оставаться моим Русланом…

* * *

Пронзительная трель телефона вырывает меня из глубокого сна. Я ощущаю тепло чужого тела рядом и на секунду теряюсь в пространстве. Гостиничный номер. Руслан. Вчерашний вечер. Телефон продолжает надрываться, и я, щурясь от яркого утреннего света, просачивающегося сквозь неплотно задернутые шторы, тянусь к прикроватной тумбочке.

На экране высвечивается «Мама», и сердце пропускает удар. Я же вчера так и не позвонила ей после того короткого разговора. Сажусь на кровать в позе лотоса и отвечаю на звонок.

– Алло, – мой голос еще хриплый со сна.

– Анечка! – мамин голос звучит взволнованно. – Ты почему не позвонила вчера? Я вчера рано уснула, так и не дождалась звонка…

Я поворачиваю голову и встречаюсь глазами с Русланом. Он сонно улыбается и нежно проводит рукой по моему бедру. От его прикосновения внутри разливается тепло, но приходится сосредоточиться на разговоре.

– Прости, мам, – я стараюсь говорить максимально естественно. – Мы с ребятами так долго гуляли по городу, я просто жутко устала. Как только добрались до гостиницы, я легла на кровать и вырубилась моментально. Даже не помню, как уснула…

– Ты могла хотя бы сообщение написать, – в мамином голосе слышится укор.

– Знаю, мам, прости. Все случилось так внезапно, – я закусываю губу, понимая, насколько близка к правде эта фраза, пусть и совсем в другом контексте.

– Ладно уж, – вздыхает она. – Как Новосибирск? Нравится?

– Очень! – я не могу сдержать искреннюю улыбку. – Город потрясающий.

– Я рада, что тебе все понравилось. Во сколько вы выезжаете обратно? – интересуется мама.

Я поворачиваюсь к Руслану, молча задавая ему этот же вопрос взглядом. Он понимает без слов и шепчет «час дня».

– Да вот уже скоро, мам. Я напишу тебе перед выездом, хорошо?

– Хорошо, доченька. Будь осторожна и не забудь написать.

– Обязательно. Целую, пока!

Отключаю телефон и кладу его обратно на тумбочку. Потягиваюсь, чувствуя приятную негу во всем теле. Воспоминания о прошлом вечере и ночи накрывают меня волной тепла. Улыбка сама собой появляется на лице.

– О чем задумалась? – Руслан притягивает меня к себе.

– О вчерашнем, – отвечаю я, устраиваясь у него на плече. – Знаешь, несмотря на все эти волнения перед твоим боем и после, я ни капли не жалею, что прилетела сюда…

– Я тоже, только давай больше никакой самодеятельности. Ладно?

– Ладно…

Он целует меня в макушку и говорит:

– У меня билет на час дня. Сейчас куплю тебе на этот же рейс, хорошо?

Я киваю, чувствуя, как внутри разливается счастье. Еще вчера я не знала, чем закончится вечер, и думала, что между нами пропасть, а сегодня мы вместе летим домой.

Я даю ему паспорт, и Руслан быстро оформляет мне билет через приложение в телефоне, а потом мы заказываем завтрак в номер. Он нежно целует меня и уходит в ванную, а я остаюсь в постели, завернувшись в одеяло, и не могу поверить своему частью.

Через несколько минут раздается стук в дверь. Я удивляюсь тому, как быстро привезли еду, и вскакиваю с кровати. Накидываю махровый белый халат, который приятно обволакивает мое обнаженное тело, сую ноги в мягкие тапочки и иду открывать.

Довольная распахиваю дверь, ожидая увидеть сотрудника гостиницы с тележкой, но улыбка мгновенно сходит с моего лица. Передо мной стоит тот самый парень, который преследовал меня вчера на машине, а потом затащил в лоджию. По спине пробегает холодок, а внутри все сжимается от неприятного предчувствия.

Он окидывает меня оценивающим взглядом, и его губы растягиваются в мерзкой ухмылке.

– Вот Рус, успел же вчера отхватить такой лакомый кусочек, – говорит он, не сводя с меня глаз.

Я инстинктивно запахиваю халат сильнее, чувствуя себя невероятно уязвимой. Горло сковывает, и я не могу произнести ни слова.

В этот момент из ванной выходит Руслан, вытирая волосы полотенцем.

– О, Вадик, заходи, – говорит он как ни в чем не бывало.

Вадим. Друг Руслана. Значит, я вчера не ошиблась. Это действительно была его машина. От этого осознания становится еще более противно. Вадим проходит мимо, снова окидывая меня скользким взглядом, от которого хочется немедленно принять душ.

– Теперь понятно, почему ты так быстро уехал вчера, – хохочет он, пожимая руку Руслану.

Я использую этот момент, чтобы проскользнуть в ванную, и закрываю за собой дверь. Включаю воду, чтобы умыться и немного прийти в себя. Мне неприятно находиться рядом с этим Вадимом, и я не хочу слышать их разговор.

Вскоре дверь приоткрывается, и в ванную заглядывает Руслан.

– Вадик за ключами заходил, – говорит он, а потом подходит ко мне сзади, обнимает за талию и наклоняется так, чтобы мы вместе смотрели в зеркало.

Я набираюсь храбрости и говорю:

– Это он привел меня вчера в ВИП-комнату…

Я не упоминаю о том, что он преследовал меня на машине. Почему-то это кажется слишком постыдным, будто я сама виновата в том, что он обратил на меня внимание.

– Хм, – Руслан хмурится. – Вот поэтому я и разозлился вчера. А если бы это был не мой друг?

– Но он же не знал, что мы встречаемся…

– Я поговорю с ним, – он целует меня в шею. – В какой-то степени все сложилось как надо. Я бы вряд ли увидел тебя, если бы ты была с остальными внизу. Но, малыш, больше так никогда не делай, ладно? Мне такие сюрпризы не нужны.

Я киваю, но внутри остается неприятный осадок. Что-то в этой ситуации не дает мне покоя.

Снова раздается стук в дверь, и теперь это действительно завтрак. Мы садимся за небольшой столик у окна и наслаждаемся едой. Разговариваем, смеемся, и постепенно неприятное чувство от встречи с Вадимом отступает.

После завтрака мы собираем вещи и выезжаем в аэропорт. В самолете я засыпаю на плече Руслана, чувствуя себя по-особенному – защищенной и любимой.

* * *

По прилете в родной город Руслан заказывает мне такси до дома. Мы прощаемся у выхода из аэропорта, оба в предвкушении новой встречи.

– Я позвоню вечером, – шепчет он мне на ухо, прежде чем посадить в машину.

Я еду и не могу перестать улыбаться. Кажется, что я буквально парю над землей, над проблемами, над всем миром. Мы помирились с Русланом, мы счастливы, и это единственное, что сейчас имеет для меня значение.

Дома меня встречает мама, и я сразу бросаюсь ей на шею.

– Мам, это была лучшая экскурсия в моей жизни! Новосибирск просто потрясающий!

Она улыбается, видя мое воодушевление.

– Рассказывай, что там было интересного?

Я начинаю на ходу придумывать подробности экскурсии, упоминая места, о которых читала в интернете, пока готовилась к поездке. К счастью, мама не слишком долго мучает меня расспросами, и я ухожу в свою комнату.

За два дня моего отсутствия накопилось много учебных дел, поэтому я до самой ночи погружаюсь в учебу, стараясь наверстать упущенное. Но мысли то и дело возвращаются к Руслану, к нашим моментам в Новосибирске. Ловлю себя на том, что улыбаюсь, глядя в учебник по русскому языку. Скоро я закончу школу, сдам экзамены, поступлю в университет, уйду из дома. Возможно, мы с Русланом даже будем жить вместе, я бы очень этого хотела…

* * *

На следующий день Руслан присылает сообщение, которое заставляет меня напрячься:

Нужно срочно уехать в Новосибирск. Не на бой. Вернусь через день-два.

Я чувствую, что что-то не так, но не подаю вида, отвечая лишь:

Хорошо, буду ждать. Целую ♥

Руслан возвращается через день, как и обещал, но я замечаю, что в нем что-то изменилось. Он отдалился, ушел в свои мысли. Мы видимся крайне редко, и то поздними вечерами, когда он приезжает к моему дому, а я выхожу к нему на улицу.

– Что-то случилось? – спрашиваю я прямо, когда мы в очередной раз стоим возле моего подъезда.

– Все нормально, Анют, – отвечает он, но глаза избегают моего взгляда. – Просто много дел.

Я киваю, но внутри растет беспокойство. Что-то определенно не так.

Так проходит неделя, я с головой ухожу в учебу, чтобы хорошо подготовиться к экзаменам, а заодно отвлечься от тревожных мыслей. Сегодня у нас в школе последний звонок. Наконец-то я заканчиваю одиннадцатый класс, впереди только экзамены. После торжественной линейки я ищу глазами Руслана среди встречающих, но его нет. Надеялась, что он придет. Я звоню ему, но он не отвечает.

Весь день я нервничаю и не могу думать ни о чем другом. Настроение испорчено, а праздник кажется пустым и бессмысленным. Мы с мамой отмечаем мой последний звонок вдвоем на кухне. Она для такого случая купила тортик в магазине, а мне кусок в горло не лезет. Брата практически не бывает дома в последнее время, мама говорит, что у него появилась девушка. Кому же такое «счастье» досталось. Мне искренне жаль эту девушку.

Вечером, когда я уже практически собираюсь лечь спать, звонит телефон. Я вижу, что это Руслан, и быстро отвечаю ему.

– Выйди на улицу, – просит он.

Я быстро одеваюсь и предупреждаю маму, что иду к Руслану. Она недовольно хмурится, но ничего не говорит против. Я выбегаю из подъезда и вижу его, стоящего у своего байка с небольшим букетом цветов.

– Прости, что не встретил тебя сегодня, – говорит он, протягивая букет. – Поздравляю с окончанием школы.

Его улыбка теплая, но в глазах все еще что-то скрыто от меня. Я беру цветы, но понимаю, что они не нужны мне. Мне нужен только Руслан, и то, что происходит в последнее время, расстраивает меня.

Он предлагает поехать к нему домой, и я без раздумий соглашаюсь. Виталия Степановича дома нет, и мы проводим поздний вечер вдвоем в его комнате, лежа на кровати и смотря фильм. Руслан крепко обнимает меня, гладит волосы, целует, и на какое-то время мне даже кажется, что у нас все как раньше…

– Аня, давай уедем… – внезапно предлагает он, и я теряюсь от его слов.

– Куда? – я удивленно моргаю.

– В Питер или Москву, неважно. Подальше отсюда. Начнем жизнь с нуля, вместе. Только ты и я…