– Если что-то не понравится, скажи мне, – тихо произносит Руслан, и его взгляд проникает в самую глубину моей души. – Мы остановимся в любой момент. Хорошо?

Его забота трогает меня до слез. Неужели такой парень, как Руслан, привыкший всегда получать желаемое, остановится по первому моему слову? Не знаю… но я верю ему всем сердцем. Верю, что он не причинит мне боль. Я киваю и привлекаю Руслана к себе для нового поцелуя, более глубокого, страстного, наполненного нашими невысказанными чувствами. Я снова проявляю инициативу и помогаю ему снять футболку, жадно проводя ладонями по пленительным изгибам крепких мышц. Его тело совершенно, и на мгновение я понимаю всех девушек, которые сходят по нему с ума. Но сейчас он здесь, со мной. Руслан выбрал меня.

Он в ответ поддевает мою футболку, и через несколько секунд я остаюсь в одних хлопковых шортах. Руслан нависает надо мной. Инстинктивно пытаюсь прикрыть обнаженную грудь ладонями, но он перехватывает мои руки и аккуратно разводит их в стороны.

– Не надо, Ань. Ты очень красивая, – его бархатный голос обволакивает меня, как шелк.

Он наклоняется ко мне, и его мягкие губы и горячий язык оставляют на моем голом теле влажные следы, словно метки, клеймя меня своей. Сначала Руслан касается губами правого соска, проводит языком и осторожно вбирает его в рот, нежно покусывая. А затем проделывает то же самое с другим. Его ладони блуждают по моему телу, лаская шею, талию, бедра. Я закусываю губу, выгибаясь от удовольствия, и слышу тихий шелест хлопковой простыни под моим телом. Руслан плавно опускается ниже, оставляя влажную дорожку из поцелуев на моем животе. На мгновение меня охватывает паника, потому что никто еще не прикасался ко мне там. Но затем я вижу его взгляд, полный нежности и восхищения, и страх отступает. Он не сделает ничего такого, что мне не понравится. Я верю ему и доверяю всю себя.

Руслан проводит языком вдоль резинки моих шорт, а затем зубами стягивает их чуть ниже, помогая себе рукой. Через мгновение на мне остаются лишь маленькие трусики, которые уже достаточно влажные от возбуждения. Не знаю, видит ли он это, но замечаю легкую ухмылку на его лице, когда он отодвигает одно мое бедро в сторону, открывая для себя пространство для дальнейших действий. Руслан нежно, едва касаясь, целует внутреннюю сторону моего бедра, и, хотя мне безумно приятно, я ощущаю сильный мандраж во всем теле. Кажется, он обращает на это внимание, потому что почти сразу возвращается наверх к моим губам. Он ласково гладит меня по щеке, убирает непослушную прядь волос за ушко, нежно целует в уголок губ.

– Расслабься, малышка…

Он смотрит мне прямо в глаза, пока его рука нежно поглаживает меня между ног. Руслан оттягивает тонкую, насквозь мокрую ткань трусиков в сторону и хриплым голосом спрашивает:

– Скажи, ты когда-нибудь трогала себя?

Я невольно дергаюсь вперед и не могу сдержать стон, когда его палец касается самой чувствительной точки.

– Ответь мне, Аня, – Руслан распределяет скопившую влагу по моим половым губам, уделяя особое внимание клитору, вырисовывая круги разной интенсивности, и с каждым новым его движением пульсация между ног становится невыносимой. Его прикосновение и ласка совсем не похожи на мои собственные, будто мощность ощущений выкрутили на максимум.

– Да… – выдыхаю ему в губы, вспоминая те редкие ночи, когда я изучала свое тело.

– Тебе понравилось? – он продолжает наращивать темп между моих ног одной рукой, а другой ласкает мою грудь, то грубо сжимая ее, то нежно поглаживая, отчего я начинаю терять рассудок, пока Руслан губами исследует мою шею и жадно впитывает каждый мой звук, каждое движение, каждую реакцию.

– Да… – шепчу я, непроизвольно подаваясь бедрами навстречу его руке, желая усилить ощущение от прикосновений.

– Ты позволишь сделать мне это за тебя?

– Да, – уже практически кричу я, мысленно умоляя его не останавливаться.

Но Руслан внезапно убирает руку и тянется в сторону подушки, отчего я тут же на физическом уровне ощущаю нехватку его прикосновений и пустоту. Я не хочу, чтобы он останавливался, ни на секунду. Сквозь туман возбуждения улавливаю, что он достает презерватив. Я наблюдаю, как он быстро снимает с себя оставшуюся одежду и натягивает тонкий латекс на свой впечатляющий член. Приподнимаюсь на локтях, непроизвольно сглатывая при виде этого зрелища. Я не думаю о возможной боли – я хочу только, чтобы он продолжил то, что начал своими пальцами.

Руслан снимает мои трусики, отбрасывая их в сторону, и раздвигает мои бедра. Удивительно, но когда я оказываюсь перед ним полностью обнаженной и такой беззащитной, то не испытываю ни капли стеснения, настолько сильно мое возбуждение. Я вижу, что сам Руслан сгорает от нетерпения, но все еще старается быть нежным со мной. Он устраивается между моих ног, и его член прижимается к моему влажному, пульсирующему лону. Руслан проводит им между складочек, размазывая влагу, а затем медленно проникает внутрь, отчего я впиваюсь пальцами в его плечи, а с моих губ срывается протяжный стон.

Он резко толкается вперед, погружаясь в меня все глубже, и я закрываю глаза, испытывая небольшой дискомфорт. Но я понимаю, что это происходит в руках любимого человека, в день моего совершеннолетия, и ощущение важности момента окрыляет меня, убирая незначительные неприятные ощущения на второй план. Руслан замирает, давая мне время привыкнуть к новым ощущениям.

– Ты в порядке? – спрашивает он, вглядываясь в мое лицо.

Я киваю, не в силах говорить, и Руслан начинает двигаться во мне, медленно и осторожно, постоянно следя за моей реакцией на каждый новый толчок. Он возобновляет ласки, и дискомфорт вскоре сменяется новой порцией удовольствия. Я знаю, каким грубым и несдержанным он может быть, но сейчас, со мной, он невероятно терпелив, словно правда готов остановиться по первому моему слову.

Но я не хочу, чтобы он останавливался. Мое тело постепенно отзывается на его движения внутри меня, привыкает к ним, начинает находить в них удовольствие. А круговые движения его пальцев вокруг клитора окончательно погружают меня в чувство бесконечного наслаждения. Еще одно движение, и волна блаженства накрывает меня, унося с собой все страхи и сомнения. Руслану требуется еще несколько более сильных толчков, чтобы кончить следом, и он утыкается носом в мою шею, покрывая ее поцелуями.

Мы лежим в объятиях друг друга, тяжело дыша. Он осыпает мое лицо легкими поцелуями, шепча нежные слова, а я чувствую себя заново рожденной, словно только что обрела новую жизнь в его руках.

Ощущаю, как меня окутывает безграничное умиротворение. Этот загородный дом, эта ночь, этот момент – все это стало началом чего-то нового, важного и прекрасного в моей жизни. Я счастлива, что сделала это с ним – с человеком, в которого по-настоящему влюблена и которому полностью доверяю. Руслан ложится на подушку рядом со мной, и я прижимаюсь к нему ближе, вдыхая его запах – теперь он смешался с моим, создавая новый, наш общий аромат.

– Я не знал, что могу чувствовать себя так, – тихо говорит он, и в его словах я слышу отголосок собственных ощущений. – Ты невероятная…

* * *

Утренний свет пробивается сквозь шторы, рисуя золотые полосы на стенах комнаты. Я просыпаюсь первой, моргая и привыкая к нему. Руслан спит рядом, его лицо расслаблено, а густые ресницы отбрасывают тени на щеки. Я приподнимаюсь на локте, чтобы лучше видеть его.

Никогда раньше я не рассматривала его так близко, так подробно. Яркое солнце выхватывает детали, которые я не замечала прежде: небольшой, но глубокий шрам над бровью, едва заметную щетину на подбородке, родинку на виске, тень улыбки, затаившуюся в уголках губ. Его крепкое обнаженное плечо выглядывает из-под одеяла, и я не могу удержаться – протягиваю руку и осторожно касаюсь его тела кончиками пальцев.

Кожа теплая, почти горячая, и на ней видны следы прошлых боев. Это огорчает меня, заставляет чувствовать тревогу за то, что он с собой делает. Я провожу пальцами вдоль его плеча, чувствуя рельеф мышц, испытывая невероятную нежность к этому парню, который прошлой ночью стал моим первым мужчиной. До встречи с Русланом я никогда не задумывалась, как и когда это произойдет, а сейчас я смотрю на него и понимаю, что всему свое время и рядом со мной сейчас мой человек.

Руслан шевелится под моей рукой, его ресницы дрожат, и через секунду он открывает глаза. На его лице сразу же расцветает улыбка – такая искренняя, такая счастливая, что у меня перехватывает дыхание.

– Доброе утро, малышка, – произносит он хриплым со сна голосом, и эти три простых слова заставляют мое сердце биться с удвоенной силой.

– Доброе, – отвечаю я, не в силах сдержать улыбку.

Он потягивается, как большой кот, а потом неожиданно хватает меня за талию и тянет на себя. Я взвизгиваю от неожиданности и падаю на него, ощущая под собой его мускулистое тело.

– Иди ко мне, – шепчет он и притягивает меня ближе для поцелуя.

Его руки скользят по моей спине, удерживая меня на месте, и я таю в его объятиях.

– Как ты себя чувствуешь? – спрашивает он, когда мы наконец отрываемся друг от друга.

Я опираюсь на его грудь, глядя в глаза.

– Просто отлично, – честно отвечаю я.

Я пытаюсь подняться, но его руки снова прижимают меня к себе. Мы перекатываемся на кровати, и вот уже он нависает надо мной, внимательно рассматривая мои черты лица и будто запоминая каждую деталь. Руслан нежно касается моей щеки и проводит большим пальцем по моим губам. А потом он целует меня – долго, медленно, так, что начинает кружиться голова. Я чувствую, как счастье заполняет меня до краев. Все моменты прошлого, когда мне казалось, что я счастлива, просто меркнут по сравнению с ощущениями, которые я испытываю сейчас. Мы вместе, мы наслаждаемся друг другом. Надеюсь, теперь так будет всегда…

* * *

Когда через пару часов мы подъезжаем к моему дому, я не хочу отпускать его. Стоим у подъезда, и я все еще держу Руслана за руку, не в силах оторваться.

– Увидимся сегодня вечером? – спрашиваю я, уже представляя, как мы будем смотреть фильм, обнявшись на диване, или поедем кататься по вечернему городу.

Его лицо меняется, и я чувствую, как внутри все сжимается.

– Не получится, Ань. Я уезжаю сегодня в Новосибирск. На пару дней…

Я тут же сникаю, как проколотый воздушный шарик.

– Опять на бой? – подавленно уточняю я, хотя прекрасно знаю ответ.

Руслан кивает, и я вижу, как в его глазах мелькает беспокойство, когда он замечает выражение моего лица.

– Малышка, не переживай так, – он пытается улыбнуться, придать голосу легкость. – Это обычное дело. Завтра вечером бой, и уже послезавтра я вернусь.

– У тебя еще от прошлого раза синяки не сошли… – чувствую, как к горлу подкатывает ком. – Как ты можешь снова туда ехать?

– Анют, со мной все в порядке, – успокаивает он меня, но в его голосе появляются нотки раздражения. – Поверь, я знаю, что делаю. Там все не так ужасно, как ты себе представляешь.

– А я не знаю, что там происходит, Руслан… Я вижу лишь последствия – синяки и раны на твоем теле, и они выглядят ужасно. Ты даже не до конца восстановился, а уже снова едешь туда. А что, если тебя там покалечат? – мой голос начинает дрожать от одной этой мысли. – Или убьют?

Замечаю, что его глаза темнеют. Это никогда не предвещало ничего хорошего.

– Значит, это будет мой выбор. Ань, не лезь в это.

Его слова бьют больнее любого физического удара. Я отступаю на шаг, чувствуя, как слезы подступают к глазам.

– Как я могу не лезть? Как я могу не думать об этом? Не гадать каждый раз, насколько сильно тебя там покалечат? – слова вырываются из меня неконтролируемым потоком. – Ты не думаешь о себе, так подумай о людях, которым ты небезразличен и которые волнуются за тебя!

Мы стоим друг напротив друга, и между нами буквально на глазах образуется пропасть. Все утреннее счастье, близость и нежность испаряются, будто их и не существовало никогда.

– Если ты хочешь сделать из меня послушную собачонку, которая радостно виляет хвостом и подчиняется твоим командам, то напрасно. Этого никогда не будет. Я знаю, что я делаю, и буду продолжать делать то, что посчитаю нужным, и то, что для меня важно, – отрезает он.

– А я? – тихо спрашиваю я. – Я важна для тебя?

Он смотрит на меня долгим взглядом, и я вижу в его глазах усталость вперемешку с раздражением.

– Конечно, важна. Но это не значит, что я должен отказаться от себя. Ты с самого начала знала, кто я и чем занимаюсь. Не надо сейчас пытаться меня изменить. Так мы далеко не уедем.

Я не нахожу слов для ответа. Мое сердце разрывается между пониманием, что он прав, и страхом за него. Да, я изначально знала, чем он зарабатывает на жизнь, но я не уверена, что смогу когда-либо это принять. Это опасно. Разве деньги стоят того, чтобы каждый раз подвергать себя риску?

– Извини, мне пора… – говорит он, и его голос звучит отчужденно.

Киваю, не в силах произнести ни слова. Он садится на байк и уезжает, даже не взглянув на меня. Я смотрю ему вслед, и мне кажется, что вместе с ним уезжает частичка меня. Та самая, которую я вчера ночью так доверчиво отдала ему, не подозревая, что всего через несколько часов буду стоять здесь, опустошенная и потерянная.

Захожу в подъезд, чувствуя, как слезы снова подкатывают к глазам. Я не разрыдалась при нем, но сейчас больше не могу сдерживаться. Мне горько осознавать, что наша первая ночь, такая волшебная, такая особенная, теперь омрачена первой ссорой. Сажусь на ступеньки между лестничными пролетами и пытаюсь успокоиться. Нельзя показываться маме на глаза в таком виде, она и так не доверяет Руслану, так еще и решит, что он меня обидел.

Мне требуется не больше десяти минут, и вот я уже стою напротив двери и достаю ключи из рюкзачка. Когда вхожу в квартиру, слышу звук ударов ножа о каменную доску и ощущаю аромат вареного картофеля. Скорее всего, мама, не дождавшись меня, готовит еду для праздничного стола, чтобы отметить мой день рождения, как мы вчера и договаривались.

– Я дома, – громко говорю я, скидывая кроссовки в прихожей.

– Анечка, я на кухне! – доносится мамин голос.

Хочется просто уйти в свою комнату, но нельзя. Надо показаться маме, ведь меня не было дома всю ночь. Выдыхаю и иду на кухню. Мама сидит за столом и нарезает ингредиенты для салата. Стараюсь никак не демонстрировать свое ужасное настроение, поэтому подхожу к ней и целую ее в щеку.

– Мам, ты бы поспала после смены. Вместе бы потом все приготовили.

– Да не спится все равно. Что время зря терять. Ты поешь что-нибудь? Я Стасу бутерброды готовила, осталось немного.

– Нет, спасибо. Не хочу. Пойду схожу в душ и буду заниматься, сегодня подготовительные после обеда…

– Анечка, у тебя все нормально? – спрашивает она, вытирая руки о фартук.

– Да, – отвечаю и отвожу взгляд. – Просто спала плохо на новом месте… Я пойду, мамуль.

Ухожу прежде, чем она успевает что-то сказать. Закрываю дверь комнаты и прислоняюсь к ней спиной. Конечно, мама что-то заметила и заподозрила. У меня нет ни сил, ни желания обсуждать с ней Руслана и наши с ним взаимоотношения. Она и так негативно к нему настроена.

После душа сижу за столом в своей комнате, раскладываю учебники, тетради и пытаюсь сосредоточиться на тестах по математике, но цифры расплываются перед глазами. Вместо них – его лицо, руки, поцелуи, прикосновения. Сегодня ночью я стала другой – буквально и фигурально.

Теперь я взрослая девушка. Его девушка. И если еще утром я испытывала невероятный трепет от этого осознания, то теперь ощущаю небольшой дискомфорт и даже стыд. На мгновение в голове возникает мысль: а что, если теперь я стану ему не интересна? Что, если все это было ради одного – получить то, что он хотел? Но я сразу отметаю ее, ведь вряд ли бы он стал так заморачиваться, чтобы провести со мной ночь. Нет. Руслан не такой. Я знаю его. Чувствую. Как он смотрел на меня, какие слова говорил. Это невозможно сыграть. Я верю ему.

Снова пытаюсь заниматься, но мысли неумолимо возвращаются к Руслану. А еще к этим чертовым боям. Новосибирск. Завтра.

«Я должна увидеть это своими глазами», – идея вспыхивает в голове, как неоновая вывеска. Сначала прогоняю ее, но она возвращается снова и снова.

Открываю браузер, набираю:

«Подпольные бои Новосибирск».

Ничего полезного – какие-то статьи о том, как подростки устраивают разборки во дворах, несколько новостей о полицейских рейдах. Конечно, такие вещи не рекламируют открыто. Это закрытый мир, куда не пускают посторонних.

Захлопываю ноутбук и собираю вещи, чтобы пойти в школу на подготовительные уроки. Перед выходом проверяю телефон, в надежде увидеть сообщение от Руслана, но там пусто, и острый укол тут же пронзает сердце.

* * *

– Анна Богданова, вы с нами или где-то витаете? – голос Натальи Сергеевны возвращает меня к реальности. – Надеюсь, в ваших фантазиях вы уже сдали ЕГЭ на сто баллов.

Двадцать пять пар глаз устремляются в мою сторону, пока я сижу, бессмысленно глядя в тетрадь, где вместо решений задач – бессвязные линии и каракули.

– Простите, – бормочу я, чувствуя, как краска заливает лицо. – Я не очень хорошо себя чувствую.

– Может, стоит зайти в медпункт? – предлагает учительница.

– Можно я просто пойду домой? Правда, плохо себя чувствую…

Она кивает после небольшой паузы, и я торопливо собираю вещи, все еще ощущая на себе любопытные взгляды одноклассников.

На улице прохладно. Ветер бьет в лицо, но мне даже нравится. Это отрезвляет. Проясняет мысли, а ведут они к одному – я должна попасть на этот бой. Должна увидеть своими глазами, чем занимается Руслан. Мне это просто необходимо.

Но я не знаю, как это сделать, к кому обратиться. У нас ведь с ним даже общих знакомых нет. Но тут меня осеняет. Алиса! Она говорила, что ее двоюродный брат знает Руслана, они вместе учились в школе и до сих пор пересекаются в общих компаниях. Может, он что-то знает об этих боях?

Достаю телефон и нахожу номер Алисы. Три гудка, и она отвечает:

– Привет, Ань! Я на работу иду. Что-то случилось?

– Привет! Слушай, мне нужна твоя помощь, – говорю я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. – Помнишь, ты рассказывала про своего брата, который знает Руслана Раевского?

Пауза.

– Да… А что?

– Мне нужен его номер.

– Зачем тебе? – настороженно спрашивает она.

Глубоко вдыхаю. Нет смысла что-то выдумывать, поэтому говорю как есть.

– Мне нужно узнать про бои, в которых участвует Руслан.

– Аня… – ее голос становится тише. – Ты уверена, что тебе нужно в это лезть?

– Я уже в это влезла. Полностью. С головой, – отвечаю я, и в моем голосе столько решимости, что сама удивляюсь.

Слышу ее тяжелый вздох.

– Тимур не станет с тобой разговаривать по телефону. Тем более на такую тему.

– Пожалуйста, Алиса, – умоляю я. – Ты можешь нас как-то познакомить? Это очень важно для меня. Я должна понять…

– Ладно, – сдается она после паузы. – Я позвоню ему, а потом перезвоню тебе.

Пятнадцать минут кажутся вечностью. Я успеваю дойти до парка, сесть на скамейку и несколько раз проверить телефон. Когда он наконец звонит, я хватаю его, едва не уронив.

– Ань… – голос Алисы звучит устало. – Тимур будет в нашем кафе через час. Я сегодня на смене, познакомлю вас. Но честно, я не уверена, что это хорошая идея…

– Спасибо тебе огромное! – выдыхаю я с таким облегчением, будто мне только что подарили квартиру. – Я твоя должница!

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь… – отвечает она перед тем, как повесить трубку.

А я не знаю… Но что-то внутри меня – какое-то шестое чувство или просто безумие – толкает меня вперед, и я иду в сторону своей работы.

* * *

Прихожу в кафе за сорок минут до назначенного времени. Выбираю дальний столик в углу. Заказываю чай и, пока жду, открываю на телефоне сайты с билетами на самолет. Новосибирск. Завтра утром. Ого, почти десять тысяч в один конец! С моими остатками сбережений – это огромная сумма. Но я готова потратить все до копейки.

Я не знаю, как все пройдет. Еще нужно будет где-то переночевать. Открываю приложение с хостелами – минимум полторы тысячи за ночь. В голове калькулятор щелкает цифрами. Большая часть всех моих денег уйдет на эту поездку. Но я должна. Должна увидеть все своими глазами. Должна окунуться в его мир, чтобы понять его.

– Аня, – голос Алисы выдергивает меня из размышлений.

Я вздрагиваю и поднимаю взгляд. Рядом с ней стоит парень. Среднего роста, с короткими темными волосами и настороженным взглядом. На вид ему лет двадцать, но в глазах какая-то странная усталость, делающая его старше.

– Тимур, это Аня, – Алиса кивает на меня. – Аня, это мой брат.

– Привет, – говорю я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

Тимур кивает, садится напротив.

– Что хотела? – спрашивает он без предисловий.

Я не знаю, как начать, поэтому решаю сразу перейти к делу:

– Я знаю, что завтра в Новосибирске состоится подпольный бой. И знаю, что в нем участвует твой знакомый – Руслан Раевский.

Его брови слегка поднимаются, в глазах мелькает интерес.

– И откуда такая осведомленность?

– Это неважно, – отвечаю я. – Я хочу попасть на этот бой.

Тимур фыркает.

– Таким малышкам, как ты, там не место.

– Мне есть восемнадцать, – парирую я. – И я могу делать все, что захочу.

Он изучает меня взглядом, словно оценивая, а потом усмехается:

– Ты хоть знаешь, сколько стоит входной билет? Десять тысяч рублей.

Я чуть не давлюсь воздухом. Десять тысяч?! Это намного больше, чем я предполагала. Но отступать нельзя…

– Это не проблема, – говорю я как можно более непринужденно.

Тимур смотрит на меня с нескрываемым скептицизмом.

– Слушай, детка, ты правда хочешь влезть во все это? – его голос звучит почти снисходительно. – Ну понравился тебе Рус, у нас в городе полно мест, где ты можешь его увидеть. Зачем тебе ехать на бой в другой город?

– Я не «детка», – отвечаю резко. – И я просто сказала, что хочу попасть на бой, а не просила дать мне совет по налаживанию личной жизни. Если не поможешь, найду другой способ…

Мы смотрим друг на друга несколько секунд. Потом он вздыхает и достает телефон.

– Ладно, – говорит он, что-то набирая. – Давай номер. Я отправлю тебе контакт. Напишешь ему, скажешь, что от Тимура Федорова. Он добавит тебя в закрытую группу, там найдешь анонс боя и сможешь купить билет.

Я диктую цифры, и через пару секунд на мой мобильный приходит сообщение с контактом.

– Спасибо, – искренне говорю я.

– Не благодари, – он встает. – Слушай, тебе лучше быть осторожной… Туда приходит… Определенный контингент людей. Для юной девушки это может быть опасно.

– Я учту, спасибо, – отвечаю я, поднимаясь вслед за ним.

Он уходит, а я остаюсь стоять, сжимая в руке телефон. В голове крутится вопрос: что я делаю? Это же безумие. Полное, абсолютное безумие…

Но дело в том, что я уже не могу остановиться…

* * *

По дороге домой пишу на номер, который дал мне Тимур. Одно короткое сообщение, от которого у меня пробегает волна мурашек по спине.

Здравствуйте, я от Тимура Федорова.

Хочу попасть на завтрашний бой в Новосибирске.

Ответа нет, и я начинаю нервничать. Что, если мне никто не ответит? Что, если это какая-то шутка и Тимур просто дал мне левый номер? Параллельно думаю о том, что скажу маме. Как объясню, почему мне срочно нужно в Новосибирск…

Дома иду прямиком в свою комнату, закрываю дверь и падаю на кровать. Вдруг телефон вибрирует. Хватаю его и вижу уведомление:

«Вас добавили в группу».

Сердце колотится, как сумасшедшее. Открываю. Там около двух тысяч участников, сотни сообщений. Пролистываю и вижу анонсы боев – Мурманск, Красноярск, Новосибирск и еще десяток городов. Масштаб поражает. Это не просто разовые мероприятия – это целая подпольная сеть, организованная система.

Листаю страницу и быстро нахожу анонс завтрашнего боя. «Новосибирск. 21:00. Основной бой: Руслан Раевский против Марата Ахметова. Адрес сообщим позднее». Фотография Руслана – с обнаженным торсом, на плечах и груди татуировки, которые я разглядывала вчера. Взгляд – холодный, отрешенный. Он совсем не похож на того Руслана, который смотрит на меня с нежностью. Под постом стоит куча реакций в виде сердечек. Ну конечно.

Перехожу по ссылке для покупки билета. Вписываю данные и перевожу десять тысяч рублей. Рука дрожит, когда нажимаю «Оплатить». Я сошла с ума… Отдаю такие деньги, чтобы посмотреть, как мой парень будет драться на каком-то подпольном ринге? Десять тысяч за то, чтобы вживую посмотреть, как его калечат? Или как он калечит другого человека?!

Размышляю об этом, а сама уже открываю приложение с авиабилетами, нахожу самый дешевый рейс на завтра – в 6 утра. Это же во сколько мне нужно встать, чтобы не опоздать на самолет… Еще минус почти десять тысяч. Оплачиваю и его.

Внезапно в дверь стучат.

– Анечка, можно?

Понимаю, что это шанс – сказать маме про экскурсию в Новосибирск с классом. Да, я решила, что это будет хорошая легенда.

– Да, заходи, – отвечаю я и блокирую телефон.

Мама входит и садится на край кровати.

– Ты какая-то странная сегодня, – говорит она мягко. – У тебя точно все нормально?

– Да, нормально… – отвечаю я, а потом, словно вспомнив что-то, добавляю: – Кстати, мам, завтра наш класс едет на экскурсию в Новосибирск. Профориентация, все дела. Будут показывать разные вузы…

– Завтра? – она удивленно поднимает брови. – Что-то внезапно. Да и зачем тебе Новосибирск? Ты же в наш местный поступать будешь.

– Почти весь класс едет, по городу нас еще покатают, культурную программу организуют. Я до последнего не хотела ехать, а сегодня девочки уговорили, – вру я, стараясь, чтобы голос звучал естественно. – Поедем на автобусе завтра утром, вернемся на следующий день вечером.

Говорю наугад, потому что пока не смотрела обратный билет, но предполагаю, что будет примерно так.

– А Руслан? – вдруг спрашивает она. – Это точно не отговорка, чтобы с ним куда-то поехать?

– Нет, – отвечаю я и произношу единственную правду в нашем разговоре: – Мы поругались…

Ее лицо странно оживляется.

– Ох, так и знала, что что-то не так. Утром на тебе лица не было. Он не обидел тебя?

– Нет, не обидел. Просто недопонимание… Вот и решила поехать, развеяться…

– Ладно, хорошо, – она кивает. – Конечно, поезжай на эту экскурсию. Может, проветришься, мысли в порядок приведешь, подумаешь, нужно ли тебе все это.

– Спасибо, мам, – я улыбаюсь ей, пропуская мимо ушей последнюю фразу, и чувствую укол совести от своей лжи. Но мне не привыкать…

Она уходит, а я остаюсь сидеть на кровати, глядя на телефон. Руслан все еще не пишет. Не звонит. Как будто его и нет в моей жизни. Решаюсь и звоню сама, но телефон выключен. Возможно, он сейчас в самолете, пытаюсь успокоить себя.

Вечером мы ужинаем всей семьей, отмечаем мой день рождения. Стас молчит, чему я только рада. Позже собираю рюкзак в дорогу – беру самое необходимое на пару дней. Ночью долго лежу в постели, глядя в потолок. Сон не идет, и в голове крутятся картинки – Руслан на ринге, кровь, крики толпы. И я там, среди них. Смотрю на все это. Ужасно. Зачем я вообще решилась на такое.

Телефон показывает 2:15, когда я наконец проваливаюсь в беспокойный сон. Снится Руслан – его лицо, искаженное болью, его руки в крови. Просыпаюсь от ужаса за полчаса до будильника. Глубоко дышу, понимая, что это всего лишь сон, который мой мозг выдал мне после долгих размышлений об этом. Ложиться спать уже нет никакого смысла, поэтому я встаю, тихо собираюсь и оставляю маме записку на столе.

Все хорошо, позвоню, как приеду в город. Люблю тебя.

Чувствую себя предательницей, но не могу иначе. В такую рань дороги практически пустые, и такси до аэропорта доезжает очень быстро. Прохожу регистрацию, досмотр и иду в зал ожидания. Все происходит, как в тумане. Я никогда не летала раньше. Никогда не уезжала так далеко одна. Но все бывает в первый раз. Чувствую себя очень взрослой и самостоятельной, когда прохожу на посадку, сжимая в руке билет и паспорт.

Самолет разгоняется по взлетной полосе. Я вжимаюсь в кресло от страха, и на миг у меня возникает желание все отменить, вернуться домой, забыть эту безумную идею. Но теперь точно поздно. Самолет уже набирает высоту, унося меня в неизвестность.