Следующий час мы потратили, отвечая на вопросы, на чертовы бесконечные вопросы. За это время полицейские перевезли тело Дарлин, позвонили ее семье и выяснили все, что могли.

Хейли показала Баду и Алексе сообщение и прислала им его копии. В конце концов мы решили оставить «Корвет» на улице и разойтись по домам, потому что все очень устали.

Как я и предполагал, камеры не дали нам никакой информации. «Корвета» просто не было видно, и тот, кто был ответственен за ущерб, позаботился о том, чтобы он тоже не попал на камеры. Мы рассчитали, что Энди мог направиться в ту сторону, но через несколько секунд ушел бы оттуда.

Ему бы потребовалось намного больше времени, чтобы убить Дарлин и разбить машину Хейли.

– Я хочу домой, –  прошептала Хейли.

Мы сидели в моем пикапе. Я посмотрел на нее и взял за руку. Она сжала мою руку в ответ, и мы теснее прижались друг к другу.

Было уже два часа ночи, а завтра мы должны были отправиться в участок, чтобы ответить на оставшиеся вопросы.

Меня тревожил ее измученный вид. То, что произошло с Дарлин, было трагедией, сущим кошмаром. Ее безжизненное лицо все еще стояло у меня перед глазами, и я мог думать только о том, что жертвой могла стать Хейли.

– Я останусь на ночь. –  Я сжал ее руку.

Она кивнула, откинувшись на спинку сиденья.

– Хорошо. А завтра мне нужно будет рассказать Хани, что произошло. И, возможно, я смогу убедить ее и Сару поехать в отпуск с детьми. Я за все заплачу и отправлю их в безопасное место. Еще я могу просто уехать, вернуться в Балтимор, а еще лучше –  свалить из этой гребаной страны.

– Ты никуда не уедешь, –  твердо сказал я. –  Здесь ты в большей безопасности, чем где-либо еще.

– Но другие –  нет. Сегодня ночью умерла женщина, Кэм. Еще одна женщина. Ее убили именно в чертовом Цитрус-Кове. Меня преследуют. Точнее, за мной охотятся. И я беспокоюсь, что все, кто мне так дорог, больше не находятся в безопасности.

– Солнышко… –  прошептал я, чуть сильнее сжимая ее руку.

– Сегодня вечером я все время думала о ней, –  прошептала Хейли. –  Как я держала ту умирающую женщину. Она истекала кровью прямо у меня на руках. Я очень старалась помочь ей. Я позвонила в 911 и не отходила от телефона, пока развязывала веревки, которыми она была связана. Она умерла на моих глазах. Это ужасно, но единственное, о чем я могу думать сейчас, –  о том, что это может случиться с тобой, с Сарой, с Хани… с мальчиками… Я никогда не смогу это пережить, никогда себе этого не прощу.

– Этого не случится. Хейли, клянусь тебе, они поймают его. Кто бы это ни сделал, он будет пойман и никогда больше не выйдет на свободу.

– Ты не можешь знать точно. Он зашел так далеко.

– Велика вероятность, что он где-то облажался: оставил улики в твоей машине или свои отпечатки пальцев. Его поймают. Полиция его найдет. С нами все будет в порядке.

– Вот только с Дарлин явно не все в порядке!

Я откинул голову назад, сделал вдох и медленный выдох, пытаясь снять напряжение. Хейли больше не проронила ни слова. Мы просидели так пару минут.

– Кэм, –  пробормотала она. –  Я не уеду.

– Хорошо, –  я кивнул. Собственно говоря, я бы все равно ей не позволил.

Я вздохнул, завел пикап и выехал с парковки. Поездка к дому Хани была недолгой, и мы оба вздрогнули, когда подъехали к двери и увидели, что в доме везде горел свет.

– Черт, –  пробормотал я. –  Ты звонила ей? Я –  нет.

– И я –  нет, –  сказала Хейли.

– Черт возьми, даже не знаю, как она могла узнать.

– Что ж, –  вздохнула Хейли. –  Слухи распространяются быстро. Я уверена, что кто-то позвонил ей.

Мы вылезли из пикапа и направились к крыльцу. Хейли потянулась к двери как раз в тот момент, когда та открылась и перед нами предстала Хани.

– О боже, –  прошептал я.

Только раз в жизни я видел эту женщину в ярости. Ее глаза метали молнии, а в руках она держала скалку.

– Хани, –  пробормотала Хейли, и на ее глазах выступили слезы.

Хани покачала головой и помахала скалкой.

– Мне позвонила мама Алексы и сообщила, что в красном «Корвете» было найдено мертвое тело. В этом городе есть только один красный «Корвет». Во-первых, Хейли Мэри Бентли, ты не отвечала на мои сообщения, не отвечала на мои звонки. Ты тоже не отвечал. –  Она перевела строгий взгляд на меня.

Я вздрогнул.

– Прости, Хани. Сегодняшняя ночь была кошмарной. Мы и не подумали никому позвонить.

Хейли тяжело вздохнула.

– Мы разговаривали с полицией…

– Хотелось бы думать, что я важнее, чем Бад! –  выпалила она, но выражение ее лица почти сразу смягчилось. –  Детка, ты так напугала меня.

– Извини. –  Хейли заключила ее в объятия. Хани заметно расслабилась.

– Знаю, уже два часа ночи, но я готовлю, когда у меня стресс, так что, надеюсь, ты проголодалась.

– Что ты приготовила? –  спросила Хейли.

– Все, что только можно.