После выхода из комнаты я передал лист бумаги с названиями трав Марианджи, которая была с доктором Нарамом в день нашей первой с ним встречи. После общения с доктором Нарамом она более подробно рассказывала пациентам о рекомендуемых травах и диете и брала оплату за консультацию. Марианджи объяснила, что такое доши или типы элементов природы, и как эти доши выходят из равновесия и создают проблемы со здоровьем. «Питта – это огненная доша, – сказала она. – Вата – ветер-доша, а капха соответствует воде/земле. Дисбаланс дош приводит к проблемам, которые могут быть предсказуемыми и разрешимыми. Измерение пульса у пациента помогает доктору Нараму и таким, как он, мастерам-целителям, выявить дисбаланс и блоки у пациента». Затем Марианджи спросила меня: «Какую пищу Вы употребляете?»
Я описал буррито из микроволновки, пиццу и другие продукты, подходящие для холостяка-аспиранта и исследователя. Она поругала меня и сказала, что я должен заботиться о себе. Она описала четыре травяные добавки, которые доктор Нарам прописал для баланса моей конституции и которые очистят от аам (произносится «аххм»; иногда называют «ама») или токсинов в моем теле.
И тут я стал чувствовать раздражение, потому что в тот момент, когда она начнет мне предлагать купить травяные средства, я собирался ответить, что не собираюсь их покупать, но этот момент так и не наступил.
«В благодарность за работу, которую вы делаете, – сказала она, – мы дарим Вам травы, которых хватит на два месяца».
Я был очень удивлен и поблагодарил ее. Выйдя оттуда, я не имел ни малейшего представления, что мне делать дальше. Это была самая странная встреча в моей жизни.
Неделю спустя травы прибыли. Я принимал их в течение нескольких дней из любопытства. Часть меня задавалась вопросом: «Может, у меня будет чудесный результат?» Но вместо этого я чувствовал боль в животе: «Что, если вместо того, чтобы помочь, они причиняли мне вред?» Я понятия не имел, кого об этом спросить, поэтому я положил их вместе с кольцом, которое он мне дал, в ящик, который я редко открывал. Когда я вернулся к своей повседневной жизни, мысли о докторе Нараме исчезли.